Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Список «Русского Букера» сломал исторический тренд

Чем примечательны шестеро резидентов шорт-листа литературной награды
0
Список «Русского Букера» сломал исторический тренд
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Владимир Суворов
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Жюри литературной премии «Русский Букер» представило шестерку претендентов на престижную литературную награду. Из 24 романов, претендовавших на «Букер», за бортом остались работы титулованных и обласканных премиями авторов: «Мысленный волк» ректора Литинститута Алексея Варламова, нашумевшая трилогия «Русская канарейка» от Дины Рубиной, роман «Бизар» от прошлогоднего лауреата премии «Нос» Андрея Иванова, «Холод» от лауреата «Нацбеста» Андрея Геласимова.

Впрочем, несмотря на заверения председателя жюри Андрея Волоса о том, что короткий список появился в ходе «бурных и длительных» споров, в целом шорт-лист «Букера» выглядел предсказуемо.

Список «Русского Букера» сломал исторический тренд

По крайней мере, учитывая наличие в жюри критика Валерии Пустовой, следовало предполагать появление в «шортах» ее лучшей подруги и коллеги по литературно-критическому объединению «ПоПуГан» Алисы Ганиевой с новым романом «Жених и невеста», посвященным матримониальным ценностям Кавказа. Главной героине пора выходить замуж, главному герою необходимо найти невесту к уже назначенному дню свадьбы и оплаченному по этому случаю банкету. По словам самой Ганиевой, эта книга — о столкновении современного мира и традиционного общества, наиболее ярко проявленном на родине автора.

С большой долей вероятности ожидалось, что голос лингвиста Максима Кронгауза уйдет в пользу дебютного романа Гузели Яхиной «Зулейха открывает глаза».

Главная героиня «Зулейхи» — раскулаченная татарская крестьянка — не по-шариатски связывает свою жизнь с русским мужчиной. Роман написан с привлечением богатого этнического материала и — что важно — татарского словаря, что не могло не лечь на душу лингвисту, не ровно дышащему к языковым миксам. 

К слову, дебют начинающей татарской писательницы не вышел комом, и, помимо «Букера», «Зулейха» оказалась еще и резидентом коротких списков «Большой книги» и «Ясной поляны». 

Не миновала шорт-лист «Букера» и отметившаяся в коротком списке «Большой книги» «Зона затопления» Романа Сенчина (ремейк на распутинское «Прощание с Матерой»). Иное было бы удивительно, учитывая присутствие среди членов жюри соратника Сенчина по литературному цеху Денису Гуцко. 

Немного менее очевидным оказалось наличие в шестерке претендентов на «Букер» романа Александра Снегирева «Вера» — про измельчавшее мужское население, среди которого простая российская женщина с говорящим именем Вера пытается отыскать избранника.  

В качестве двух темных лошадок — традиционно появляющихся в списках «Букера» малопредсказуемых имен — выступили ростовский фантаст Владимир ДанихновКолыбельная») и нижегородец Юрий Покровский, чей роман «Среди людей» был охарактеризован критиком Валерией Пустовой как «интересный, но очевидно непрофессионально написанный». 

Помимо оглашения списка, на церемонии был представлен новый председатель комитета премии. На место ушедшего в отставку Дэвида Гауэна пришел Саймон Диксон, специалист по екатерининской эпохе, профессор Университетского колледжа Лондона.

Впрочем, исторические интересы профессора Диксона в нынешнем шорт-листе учтены не были. Говоря о главной отличительной особенности списка, критики отметили, что нынешний шорт запомнится «сломанным трендом на диктат исторической литературы».

Список «Русского Букера» сломал исторический тренд

— Исторических романов в нынешнем списке нет, если не считать книгу Гузели Яхиной «Зулейха открывает глаза». Я болею за роман о современности. Считаю, что современность достойна того, чтобы наконец воплотиться в лучшем романе года, — призналась «Известиям» критик Валерия Пустовая.

В целом Пустовая высоко оценила список, отметив, что нынешний год был урожайным на хорошие романы. Однако философ и критик Евгений Абдуллаев с коллегой не согласился.

Список «Русского Букера» сломал исторический тренд

— Нынешний год не слишком урожаен на что-то серьезное. Впрочем, из возможных претендентов это не худшее, — констатировал Абдуллаев. 

Среди других характеристик списка во время церемонии звучали эпитеты «пестрый» и «молодой». Имелось в виду, что вошедшие в шорт-лист — молодые авторы, пишущие молодую прозу. Однако и эту характеристику поставил под сомнение писатель Борис Евсеев. 

— Вопреки убеждению, что молодую прозу пишут молодые авторы, это не так. Это не возрастная проза, это проза неожиданных культурных контекстов. Молодой прозой был, например, «Хаджи-Мурат» Толстого, написанный, когда писателю было уже за 60.

По мнению Евсеева, характеристики «молодая» из списка может быть удостоена разве что «Вера» Александра Снегирева. 

В целом, кроме самих критиков и резидентов шорт-листа, больше всего итоги выбора жюри порадовали руководство премии «Дебют» — Ольгу Славникову и Виталия Пуханова. 

Список «Русского Букера» сломал исторический тренд

— Десять лет назад Александр Кабаков сказал, что мы готовим по одному букеровскому лауреату в год. В этом списке три лауреата «Дебюта»: Ганиева, Данихнов, Снегирев. Через несколько лет их будет четыре. А еще через какое-то время все финалисты будут дебютовцами, — пообещал «Известиям» Виталий Пуханов. 

Напомним, что имя лауреата премии «Русский Букер»–2015 будет названо 3 декабря. 

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...