Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Шойгу заявил об окончании однополярного мира после начала спецоперации
Мир
Путин указал на попытки США затянуть конфликт на Украине
Мир
Китай призвал одуматься сторонников независимости Тайваня
Мир
Путин заявил о соответствии начала спецоперации в Донбассе уставу ООН
Мир
В СВР указали на разработку Западом планов по оккупации Украины
Экономика
IKEA ликвидирует управлявшую магазинами в России компанию
Общество
В Минобороны назвали причину ЧП на военном складе в Крыму
Мир
Китай введет санкции против семи сторонников независимости Тайваня
Спорт
IBU обсудит продление отстранения биатлонистов России и Белоруссии
Туризм
Финляндия сократит выдачу виз россиянам в 5–10 раз
Мир
Глава МИД Украины уличил Запад в желании увидеть крах страны
Общество
Аксенов заявил о сокращении маршрутов поездов в Крым из-за ЧП под Джанкоем

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

Актер Александр Лыков — о новой картине «День дурака», красоте одноэтажной России и ботинках Алексея Германа
0
«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»
фото предоставлено пресс-службой BAZELEVS
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

13 ноября в российский прокат выходит современный вариант гоголевского «Ревизора» — антикоррупционная комедия «День дурака» режиссера Александра Баранова. Корреспондент «Известий» встретился с исполнителем одной из главных ролей Александром Лыковым.

 Ваш Сергей Сергеевич не очень похож на слугу Осипа.

— Прямой аналогии мы не проводили. Поискать, конечно, можно, но по мне так лучше Гоголя отпустить и просто посмотреть кино. Мой Сергей Сергеевич — представитель новой для нашей страны профессии… Хотя нет, вру. В 1990-е годы это называлось рэкетом и было уголовно наказуемым занятием. А сейчас это вполне законная профессия — коллектор: тот, кто выбивает долги у клиентов банка.

Я знаю людей, которые так в свое время зарабатывали на жизнь. Удивительная, хотя и объяснимая была ситуация — брали в долг все подряд, но никто не возвращал. Совсем. Возникла потребность во флегматичных людях с хорошей физподготовкой. И как раз тогда же многие сотрудники органов или спецназовцы после сокращений ушли на вольные хлеба. Их таланты не пропали даром. В дело немедленно пошли сигареты, утюги, горячие бульоны. Сейчас, конечно, всё более цивилизованно (смеется).

— «Ревизор» как-то очень легко лег на современные реалии.

— Эта пьеса, наверное, будет актуальна в России до конца времен. Слаб наш человек, что поделаешь (смеется).

 И провинция останется такой же невзрачной ?

— Напротив, Касимов, где мы работали, — чрезвычайно красивый город. К сожалению, в фильме красот не будет — задача была другая. У нас много таких городов — Ярославль, Ростов Великий, например. Помню, как на праздничную литургию по случаю 300-летнего юбилея Димитрия Ростовского в Спасо-Яковлевский монастырь приехал патриарх и призвал людей, имеющих возможности и власть, сохранить одноэтажную Россию.

Мы печемся, чтобы к нам иностранцы приезжали, а они и рады, наверное, да некуда приезжать — нет туристической Мекки. Никто не сохраняет эти деревянные дома. Я люблю в таком маленьком городе остановиться в гостинице, походить по этим улочкам. И помечтать, чтобы таких улочек было много.

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

— А тот аварийный мост, на ремонте которого чиновники из «Дня дурака» украли деньги?

— Мост реальный. Мы его долго искали. Но он в жизни не разваливается — просто не используется (смеется). По нему люди ходят из одной деревни в другую.

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

— Легко сработались с Алексеем Веселкиным, исполнившим роль современного Хлестакова?

— Великолепный парень, и, видно, далеко пойдет. Быстро учится. И что приятно, без намеков на звездную болезнь. У него другие интересы — он больше по автомобилям. Занимается ими с утра до ночи, много гоняет, знает о них всё. Я его попросил один раз сымпровизировать текст на близкую тему — выдал сразу, моментально, не задумываясь.

По сюжетным причинам с другими своими партнерами я мало контактировал в кадре, но мы много времени проводили вместе вне съемок — большая часть материала снималась в экспедициях. И так как почти все были театральными артистами, среда у нас была очень комфортная, почти семейная, что вообще редкость.

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

 Какое-то время назад вы с успехом играли в спектаклях по пьесам Клима (Владимира Клименко). Сейчас, когда он наконец получил свою площадку — Центр драматургии и режиссуры, — нет желания поработать вместе? Правда, вы живете в Петербурге, а театр в Москве.

— Москва меня не пугает. Сейчас в основном приходится работать в столице, и это не так уж сложно. Сел в поезд, 3,5 часа — и уже дома. Столько же в Москве можно в пробке простоять. Что до Клима — я передавал ему привет, когда узнал, что он получил театр. По просьбе одной питерской газеты даже написал о нем и его методе большой текст, его из-за какого-то форс-мажора сократили в несколько раз. Это была моя дань уважения мастеру, которому я стольким обязан в профессиональном плане. Больше, чем он, мне как театральному актеру никто не дал.

Но вернуться в театр… Я пока не готов. Мне периодически предлагают работать в антрепризе. Вот недавно мы встретились с режиссером, молодой, талантливый парень, условия хорошие. Но дальше разговоров дело не пошло. В театре я себя пока не представляю. Это как снова вернуться в семью и обрасти обязательствами. Очень непростое решение.

— А в чем сложность?

— Актер в театре и в кино — две совершенно разные профессии, даром что называются одинаково. Театральная работа подразумевает долгие взаимоотношения и даже взаимопроникновение личностей режиссера и актера. А на телевидении и в кино — отношения быстрые, не обременительные, не образующие привязанностей. Конечно, бывают исключения — с Алексеем Юрьевичем Германом невозможно было не войти в личный контакт, да и снимал он феноменально долго. За последние годы я привык к сумасшедшей скорости работы, и мне пока трудно переключится.

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

— Вы играли у Германа в «Хрусталев, машину!» Пробовались на дона Румату в «Трудно быть богом». Роль в итоге сыграл Леонид Ярмольник. Но оказалось, что и Константин Хабенский мог ее сыграть.

— Я знал, что трое артистов одновременно пробовались. Алексей Юрьевич долго думал и выбрал Ярмольника. Что могу сказать — мастеру виднее. Мы мало вместе работали, но много проводили времени. Я, как и Герман, ленфильмовский человек. Время было такое — не было охраны, пресса не гонялась, да и работы, впрочем, тоже не было. Он долго, мучительно, с большими перерывами снимал «Хрусталев, машину!». Парень я был наглый, отвязаться было невозможно. Мы сидели в теплушках, общагах, бараках, дежурных станциях и от нечего делать говорили и говорили. Я многое от него узнал и многому научился.

Часть наших разговоров я писал себе на диктофон и слушаю иногда сейчас. Алексей Юрьевич постоянно рассказывал о своем детстве. Заходил за кресло, когда меня гримировали, и начинал бубнить про то, как мама забыла ему снять ботинки, а он развязывать шнурки еще не умел, поэтому неделю носил ботинки не снимая, даже спал в них, пока они не сгнили от сырости. Он часто эту историю рассказывал, я слушал, каждый раз как в первый, и не мог понять, зачем он это все рассказывает. А потом понял. Рассказывая о себе, Алексей Юрьевич постепенно просачивался в меня и оседал где-то внутри.

 Ваш сын Матвей Лыков снимается в масштабном фэнтези «Драконы» продюсера Тимура Бекмамбетова. Как относитесь к выбору сына?

— У него есть все, что нужно для настоящего профессионала: ум, жесткая дисциплина (которой у меня и в помине нет), трезвая оценка своих способностей. Он знает, что за красивой картинкой стоит тяжелый, выматывающий труд. Мне нравится, что он самостоятельная личность, и какой путь он себе выберет — так тому и быть.

«Ревизор» в России будет актуален до конца времен»

Читайте также
Реклама
Комментарии
Прямой эфир