Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Никакой отсебятины не будет. Книга для нас прежде всего»

Режиссер Ренат Давлетьяров — о новой экранизации повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие»
0
«Никакой отсебятины не будет. Книга для нас прежде всего»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Карелии подходят к концу съемки фильма «А зори здесь тихие…» по мотивам одноименной повести Бориса Васильева. Корреспондент «Известий», побывавший на съемочной площадке, встретился с режиссером фильма Ренатом Давлетьяровым.

— Федор Бондарчук во время съемок «Сталинграда» обмолвился, что каждый российский режиссер мечтает снять фильм о Великой Отечественной войне. Это правда?

— Не знаю даже — не могу говорить за всех. У меня лично идея — абсолютно абстрактная — снять фильм о войне возникла несколько лет назад. Почему — не могу даже сформулировать. Когда я воспитывался, война была чем-то сакральным и при этом очень живым, несмотря на прошедшие годы. Во дворе мы часто разыгрывали Великую Отечественную, представляли себя на месте солдат… И сегодня, когда я ставлю ту или иную сцену, всплывают эти детские воспоминания.

— Почему вы выбрали для экранизации книгу Бориса Васильева «А зори здесь тихие…»?

— Мы c самого начала решили ничего не выдумывать и обратиться к реальному материалу — к книгам людей, которые действительно воевали и знали, о чем пишут. Если говорить о Васильеве, то мы раздумывали над «В списках не значился», но это слишком глобальное история, сопоставимая со «Сталинградом» Бондарчука и требующая соответствующего бюджета. Тем более уже снята «Брестская крепость».

Мы думали о Константине Воробьеве, которому не повезло с экранизациями, и повести «В окопах Сталинграда» Виктора Некрасова, по которой, правда, уже был снят замечательный фильм «Солдаты» Александра Петрова. Но опять же, это очень финансово затратные проекты. 

Взвесив все за и против, мы остановились на «А зори здесь тихие…» и, судя по резонансу в прессе, с выбором не ошиблись. И знаете, что любопытно? 15 сентября 2013 года  мы оформили все бумаги на право экранизации повести, а уже буквально на следующий день к наследникам Васильева начали поступать запросы от других продюсеров — не двух и даже не трех. Видимо, идея новой экранизации просто витала в воздухе. 

— Была информация, что вы снимаете ремейк фильма Ростоцкого. Расставьте все точки над i — почему ваш фильм нельзя назвать ремейком?

— Всему виной непрофессионализм ряда журналистов, которые, видимо, не понимают разницы между ремейком и повторной экранизацией. Наш фильм не ремейк по одной простой причине — у нас нет прав ни на фильм Ростоцкого, ни на сценарий Ростоцкого и Васильева. У нас есть права только на саму повесть. 

Все уже несколько месяцев судорожно обсуждают эту тему, но смысл? Снимается «Экипаж», снимается «Тихий Дон». Ну понятно, кто-то выпустил «Кавказскую пленницу» — сам я не видел, но все говорят, что это кошмар. И что после этого? Фильмы бывают удачные и не очень. В Америке спокойно делают ремейки Хичкока — и ничего, жизнь продолжается. Все с удовольствием смотрят «Идеальное убийство», потому что хороший фильм, и никому не важно, что это ремейк. 

Мы решили обратиться к повести «А зори здесь тихие» потому что книга достойна, чтобы ее читали, чтобы современная молодежь посмотрела ее экранизацию на большом экране. 

— Ростоцкий сделал максимально подробную, почти дословную экранизацию васильевского текста. Как будет у вас?

— Строго по тексту сделать у нас не получится — в силу специфики кино как искусства. В частности, у нас вся внутренняя работа мысли старшины Васкова будет переработана в открытый текст, иначе зрители просто не поймут мотивации многих его поступков: почему он пошел через болото, почему решил принять бой и т.д. 

Наибольшие расхождения с первым фильмом у нас будут в визуализации воспоминаний героинь. Если у Ростоцкого они выдержаны в довольно условном ключе и сняты в павильонах, то у нас они будут реалистичны и подробны. Например, для меня совершенно очевидно, что Лиза Бричкина была из раскулаченной семьи, которую насильно выслали из родной деревни.

Помните разговор ее отца с охотником? «А тебя, часом, не раскулачили? — Да невыгодно им меня кулачить». «Им?..» — переспрашивает гость. «Ну, нам!..» — быстро поправляется крестьянин. Это были намеки, максимально возможные в то время. Но повторюсь, никакой отсебятины не будет. Книга для нас прежде всего. 

— В советское время фильмы о войне имели важное идеологическое и консолидирующее значение. Что-то изменились сейчас?

— Война осталась скрепляющим, объединяющим воспоминанием для России. Быть может, это единственная святая вещь для нашей огромной, многонациональной страны. Мой дед погиб в 1942 году — как у многих. Тогда не было никаких компромиссов — шла борьба за полное уничтожение нас как народа. И, несмотря на чудовищные испытания, мы выстояли.

Я, честно говоря, в детстве недопонимал концовку в фильме Ростоцкого. Что остановило Васкова, когда он мог, но не выстрелил в тех немцев? Возможно, советская ментальность — выпрямить спину, когда звучит голос Левитана, взять пленных и привести их в часть. Как положено по уставу. Признаюсь, мне с детства хотелось, чтобы он разрядил в них автомат. Была у нас шальная мысль снять такой финал, но мы решили не фантазировать, и оставили Васкова верным долгу.

Но мы очень постараемся в финале передать не ощущение горечи, а чувство победы. 16 вооруженных до зубов, опытных диверсантов. Против них шестеро — 5 девушек и старшина. Несмотря на все жертвы, я уверен — они одержали победу.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир