Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Питер Джексон: «На съемках фильма важно не забывать смеяться»

Оскароносный режиссер — о том, почему он отдал 20 лет жизни экранизациям романов Толкина
0
Питер Джексон: «На съемках фильма важно не забывать смеяться»
Фото: REUTERS/Phil McCarten
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В прокат выходит вторая часть приключений Бильбо Бэггинса, Гэндальфа Серого и гномов: «Хоббит: Пустошь Смауга», приквел к «Властелину колец». Перед презентацией фильма в Лос-Анджелесе корреспондент «Известий» Галя Галкина встретилась с трижды оскароносным режиссером Питером Джексоном.

— Вы начали работать над «Властелином колец» в 1995 году, последний фильм «Хоббита» выйдет к 20-летию первого. Получается, что вы посвятили экранизациям романов Толкина 20 лет своей жизни. Что в них так важно для вас?

— Было бы замечательно, если бы эти 20 лет оказались одной пятой частью моей жизни, но я в это не очень-то верю. Понимаете, дело тут не только в Толкине. Я с детства обожал магию кино и возможность убежать от реальности. Я вырос, смотря фильмы «Кинг-Конг», «Седьмое путешествие Синдбада», «Ясон и аргонавты». Я обожал мир фантазии, и я решил, что это и есть моя стихия.

В школе мне было неуютно, но я знал, что по возвращении домой смогу посмотреть то, что унесет меня в другой мир. Именно возможность этого путешествия всегда привлекала меня в кино. Так что я действительно посвятил 20 лет своей жизни Толкину, а также тому, о чем я мечтал с детства. Я знаю, что не всем людям так везет, и я очень благодарен судьбе.  

— Вы решили, что будет хорошо соединить в одном фильме Мартина Фримана и Бенедикта Камбербэтча, потому что между ними уже вспыхнула искра в телесериале «Шерлок»?

— Ну, мне просто не терпелось увидеть третий сезон «Шерлока», вот я и решил, что если мы привезем Бенедикта и Мартина в Новую Зеландия, они смогут разыграть «Шерлока» там (смеется). На самом деле я встретился с Беном давно, даже не знаю, вышел ли уже «Шерлок» к тому времени, может, только первый сезон. А потом я посмотрел «Шерлока» и стал его огромным поклонником. «Шерлока» я еще смотрел, потому что мы пытались заполучить Мартина на роль Бильбо, но он был занят — второй сезон «Шерлока» снимали в то же время, что и «Хоббита». 

Я смотрел «Шерлока» на iPad в четыре часа ночи и психовал: «Ну почему судьба так к нам несправедлива? Ведь Мартин — идеальный Бильбо!». Утром я пришел на работу и сказал: «Послушайте, нам необходимо получить Мартина, мы остановим съемки, чтобы он смог завершить сезон в «Шерлоке». И мы сделали то, что никто никогда не делает — остановили съемки в самом разгаре. Но Мартин был просто идеален для Бильбо. Лучше никого не было, а мы, уж поверьте, искали. 

И Бена взяли на роль, потому что он замечательный актер с чудесным голосом, а для нас важно, чтобы дракон Смауг был уникальным. И чтобы он внушал тревогу, так как для меня Смауг — Ганнибал Лектер в мире драконов. В первой части «Хоббита», когда Бильбо впервые встретил Голлума, сразу же возникало ощущение, что Бильбо его раскусил, понял, как с ним лучше иметь дело. Мы не хотели такого со Смаугом. Он непредсказуем, опасен и невероятно умен. Он умнее Бильбо, всегда опережает его на шаг, и это правильно для истории — из-за этого герой по-настоящему ужасает. 

Но Бенедикту и Мартину не удалось поработать вместе на нашем фильме. Мы пытались привезти Бена в Новую Зеландию, когда Мартин снимался в своих сценах, а потом пытались привезти Мартина, когда Бен снимался в своих. Но их расписания так и не совпали, каждый работал в одиночку.

— Как вы взаимодействовали друг с другом на съемочной площадке?

— Я не помню, кто из нас был автором тех или иных идей, потому что при обсуждении фильма кто-то начинает говорить, другой подхватывает его мысль, третий ее развивает. Это как импровизация, и Гильермо дель Торо был частью того процесса, его ДНК глубоко сидит в этом фильме (автор «Лабиринта Фавна» поначалу должен был быть режиссером «Хоббита», но выбыл из проекта в связи с отсрочкой съемок. — «Известия»).

Эванджелин Лилли (актриса сыграла в фильме роль лесной эльфийки Тауриэль. — «Известия») была права, сказав, что у меня не хватает терпения на абсурд или на то, что я считаю абсурдом. Но я, понятное дело, хочу получить от актеров лучшее, на что они способны, и делаю всё от меня зависящее, чтобы этого добиться. 

Я как-то читал интервью с одним режиссером, не помню с кем, но точно со знаменитым, где он сказал: «Я хочу, чтобы на съемочной площадке возникло напряжение, хочу, чтобы там царил стресс, хочу в первый же день уволить кого-нибудь. Это будет способствовать лучшей концентрации всех членов съемочной группы, потому что напряжение рождается из стресса».

Но мне кажется, это полная чепуха: в процессе работы, особенно такой длительной, как съемки фильма, необходимо получать удовольствие. Лучше всего люди работают в доверительной атмосфере, а когда начинают спорить, то это довольно быстро сводится к ситуации «Я прав, ты виноват». А при выяснении отношений нет победителей, и фильм от этого не выигрывает. И еще очень важно не забывать смеяться. Радостные эмоции так или иначе отразятся на картине. 

— Что для вас главное в работе с актерами?

— Актеры — люди, рассказывающие историю, они несут ответственность за то, как эта история будет воспринята зрителями. Я обычно не говорю: «Твой герой делает так, потому что он сегодня встал не той ноги». Актеры сами должны понимать своих героев, а я скорее представляю зрителей и выступаю от их лица. Поэтому я говорю: «В этой сцене я хочу, чтобы люди почувствовали то-то и то-то, поэтому важно, чтобы ты сыграл таким-то образом».

— Какая сцена оказалась самой трудной, и какие съемочные приключения самыми занятными?

— Ну, наверное, две экшн-сцены с самыми большими декорациями можно считать самыми трудными. Это сцена с бочками и столкновение с драконом. Сцену с бочками мы снимали на настоящей реке Форест-ривер, куда мои родители возили меня, когда мне было лет 9–10. Я был большим поклонником Рэя Харрихаузена (продюсер и сценарист фильма «Седьмое путешествие Синдбада». — «Известия»), стоял на камнях, смотрел на реку и думал, как было бы здорово, если бы здесь происходила схватка Синдбада с монстром или скелетом.

И я представлял, как бы это происходило в реке, и как бы всё это выглядело на экране. А потом, уже на съемках фильма, у нас было производственное собрание, и мы стали думать, какую реку можем использовать для падения бочек, и я сказал: «О, у меня есть одна на примете, я ее давно приберегаю на такой случай». Река оказалось точно такой же, как и 40 с лишним лет назад. 

Был еще случай, когда Ричарда Армитэджа (исполнитель роли Торина Дубощита. — «Известия») затянуло в водоворот, и нам пришлось послать ему на подмогу пару каскадеров (смеется). Нет, я серьезно, было совсем не до смеха. Я тогда подумал, что, наверное, теперь мне самому придется играть Торина. А еще мы построили декорации в студии размером с этот зал, и он был в виде круга, как карусель в луна-парке, и там у нас был канал с водой, и были огромные машины, чтобы имитировать течение, и это было здорово.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...