Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В истории США есть два президента, которые пришли к власти на волне сильнейших антивоенных настроений. Это Ричард Никсон и Барак Обама. Первому удалось закончить затянувшуюся войну во Вьетнаме, но финал его президентской карьеры можно назвать не просто драматичным, но и бесславным. Второй пришел к власти с обещанием завершить войну в Ираке и свое обещание сдержал. Однако ситуация, в которой сейчас оказались действующий президент Америки и его аппарат, более чем пикантна. Похоже, все как-то подзабыли об этом, но начать активные военные действия в Сирии собирается лауреат Нобелевской премии мира, а активно помогает ему в этом тот самый Джон Керри, который после окончания войны во Вьетнаме был активным участником мощнейшего антивоенного движения своего времени. Два столь ярких политика, ранее выступавших против военного вмешательства в дела других стран, себя дискредитировали.

Но в современной Америке остались силы, способные выступить против войны.

К первой группе интересов можно с уверенностью отнести антивоенные организации. Всевозможные объединения типа «Америка, возвращайся домой», «Ветераны Ирака против войны» (по аналогии со знаменитым «Ветераны Вьетнама против войны») «Коалиция за мир», «Партия свободы и мира» — список можно продолжать довольно долго) используют методы известного толка: организуют протестные акции, собирают подписи, ведут агитацию всеми доступными им методами. Однако слишком уж много времени занимает накопление «удельного веса влияния» для таких активистов, а доступ к инструментам реального воздействия на политику США у таких объединений весьма ограничен.

Так что главное сопротивление подстерегает Обаму в сердце принятия решений, в американском конгрессе. Ведь, согласно Конституции США, решение вопросов войны и мира находится в его ведении.  

Казалось бы, о чем в таком случае может быть разговор — до тех пор, пока конгресс не санкционирует начало войны, не может быть и речи об ударах по Сирии. Однако существует еще Резолюция о распределении военных полномочий, которая обладает статусом федерального закона, согласно которой президент США имеет право распоряжаться военными силами США без объявления войны. Правда, длительность такой операции ограничена сроком в 60 дней. Именно этот документ стал яблоком раздора между конгрессменами и Обамой летом 2011 года, когда отведенный законом на военную операцию срок вышел, а Резолюция о продолжении военных действий всё еще не была принята.

Сейчас американские конгрессмены находятся в официальном пятинедельном отпуске, который заканчивается 9 сентября 2013 года. У Обамы всё еще есть шанс вторично воспользоваться привилегией, которую ему дает резолюция, и вполне возможно, что столь скорое развитие событий этой недели обусловлено его желанием запустить процесс до того, как конгрессмены обеих палат завалят его возражениями.

Если так, то можно уже утверждать, что Обаму, несмотря по поспешность, в любом случае ожидает нелегкое начало политического сезона.

Предсказуемое сопротивление встретит его со стороны давних противников, республиканцев-либертарианцев: во всеуслышание заявил о своем осуждении возможных авиаударов сенатор от Кентукки Рэнд Пол. «Война в Сирии не имеет четкой связи с вопросом национальной безопасности США, и победа любой из сторон там не обязательно приведет к власти людей, дружелюбно настроенных к Соединенным Штатам». Его коллега по партии из нижней палаты конгресса Скотт Ригель между тем развернул бурную деятельность по сбору подписей и уже собрал 110 имен представителей обеих партий под письмом с призывом к Обаме добиваться одобрения конгресса, прежде чем развязывать военные действия.

Но и от родной Демократической партии ожидать поддержки ему не стоит. Пока  Обама раздумывает, как же все-таки поступить, его однопартийцы не стесняются выступать с критическими заявлениями.

Тим Вальц, демократ из Миннесоты, уверен, что конгресс был слишком послушен Обаме, когда обсуждал сложную, по сути, проблему о применении химического оружия в Сирии. Ему вторит коллега конгрессмен-демократ от штата Вашингтон Джим Макдермотт. «Если ракеты будут выпущены, вы увидите, что очень многие будут говорить о том, какая это огромная ошибка, что делать этого совершенно не следовало и что они это не поддерживают. Разразится буря, если Обама пойдет на это без одобрения конгресса». Аналогичные заявления сделали Алан Грейсон (Флорида), Курт Шредер (Орегон), Брюс Брайли (Айова), Барбара Ли (Калифорния) и др., а также бывшие конгрессмены Деннис Кусинич, возглавившей в 2011 году группу подавших в суд на Обаму за начало военных действий в Ливии и известная своими антивоенными выступлениями Линн Вулси, бывший член палаты представителей от Калифорнии.

Что характерно, молчит мощнейшее лоббистское объединение, чей голос наверняка помог бы президенту склонить на свою сторону скептиков. Израильское лобби, в том числе знаменитый Американо-Израильский комитет по общественным связям (AIPAC), не настаивает на вмешательстве в Сирийские дела даже с целью поиска доказательств применения химического оружия. Это молчание может стать проблемой для Обамы, так как различные произраильские группы тесно связаны с представителями всего политического спектра, включая либеральное крыло Демократической партии, обладающее определенным влиянием на принятие решений в политике относительно Ближнего Востока. За кулисами несколько ветеранов произраильского лобби также заявили, что не хотят повторения войны в Ираке, когда они выступили за начало военной операции — многие чувствовали, что это сыграло против них, когда война стала крайне непопулярна среди американцев.

В этот раз, рискнув поступиться мнением конгресса, Обама вполне может оказаться в политической изоляции — и без того не слишком удачливый во внутренней политике, президент растеряет уважение ближайших соратников, без опоры на которых противостоять республиканской палате представителей будет еще сложнее.

Дважды Обаме хватило храбрости прислушаться к антивоенным настроениям истеблишмента — во время первой избирательной кампании и в тот момент, когда выступил с инициативой глобального ядерного разоружения. Но кем в итоге останется в истории Барак Обама, решается именно в эти дни. 

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир