Самая большая загадка в истории со «списком Магнитского» — то, что все мы, не задумываясь, восприняли запрет на въезд в Штаты для группы лиц как оскорбление общестранового масштаба. И вместе с тем, будто бы взяв под козырек, немедленно принялись сами расширять этот вражеский список, присовокупив к невыездным силовикам-душителям еще и тоже теперь невыездных детей-сирот. Как если бы встать и сказать прямым текстом: это не какие-то там отдельные изверги в погонах, это мы все, всей страной, вплоть до детишек из детдомов, убили и съели несчастного Магнитского. И если захотим, то убьем и съедим повторно — мол, наш Магнитский, что хотим с ним, то и делаем, и никто нам тут не указ.
Странная позиция.
Но в этой странности внезапно открылось одно важное свойство российской экономической модели — назовем его «правило золотого парашюта». Возможность иметь открытую американскую визу и западные счета для тех, кто здесь занимается так называемым бизнесом, является универсальной страховкой здешних рисков, кои тут для них, понятное дело, беспредельно велики. Но дело вовсе не в том, что страховка нужна из-за того, что эти риски такие уж огромные. Все ровно наоборот: страховка «там» как раз и является стимулом к тому, чтобы как можно больше рисковать «здесь». Как в компьютерной игре, где есть роскошная возможность сделать «сейв» — а значит, идти во все тяжкие, зная, что в случае чего тебя не «убьют». Ну а чем больше риски, тем, соответственно, выше ставки, это уж ежу понятно.
Россию удобно воспринимать как своего рода «территорию свободной охоты». Капиталы «здесь» — «это как бы не до конца капиталы; они легко создаются и столь же легко могут быть помножены на ноль; эдакие фишки в казино — но, как и в казино, у тебя в любой момент есть возможность «выйти в кеш», обменяв приобретенные фишки на настоящие деньги. Сделать это просто: превратить (пусть даже с дисконтом) деньги «здесь» в деньги «там».
И тут вдруг на тебе: фронтир отсекают от цивилизации, а у ковбоев, наснимавших на оном фронтире от души индейских скальпов, перестают эти скальпы обменивать на доллары. Прощай, заветная мечта о тихой старости в собственном домике в Пенсильвании. Назад, в прерии? А туда не хочется: там все дикие, злые.
Но тут же выясняется, что отдельные безумцы «оттуда», оказывается, готовы совершить движение в обратном направлении. Российское гражданство для Депардье — куда более нетривиальный ответ на «список Магнитского», чем вся эта неоднозначная история с «законом Димы Яковлева». По сути, нам надо было догадаться так и отвечать с самого начала: раз под вопросом ценность российского гражданства, то следует постараться поискать во внешнем мире тех, кто тоже вместе с нами готов разделить ответственность за страшную и ужасную нынешнюю Россию, принадлежность к коей определяется документом под названием «паспорт».
В конце концов, нам же с вами ясно дали понять: с точки зрения «белых людей», оппозиционер — фигурант майских событий на Болотной Александр Долматов тоже «убил и съел», и снисхождения не заслуживает. Иными словами, даже если ты против «режима», это еще не освобождает тебя от ответственности за его, режима, преступления — или то, что в цивилизованном мире принято считать таковыми.
Ну а раз так, то тогда и Депардье тоже «убил и съел». Впрочем, ему это уже, кажется, предъявили: третью неделю подряд возбужденная мировая общественность шлет пожилому актеру душераздирающие письма, объясняя ему, какой ужасный грех вместе с российским паспортом он взял на душу.
Но фрики на то и фрики, что, если уж им приспичит, плевать они хотели на страдания общественности. Вот сообщают, что о решении взять российский паспорт объявил известный любитель полетать на воздушном шаре Ксавье Фор. Мотив простой: в полюбившейся французу Перми, в отличие от родной Франции, летай не хочу — и никаких тебе особых запретов и согласований. Свобода!
И в этом на самом-то деле исторический шанс. Может быть, для уставших «отжимать» и «нагибать» российских пацанов нет ничего милее тихой Пенсильвании. А вот романтикам и безумцам «оттуда», наоборот, интереснее Пермь и Саранск. Так, может, и поставить обмен на поток: им туда — наших пацанов, а нам сюда — тамошних фриков? Ведь с ними же, правда, лучше.
И даже не вопрос, как это законодательно оформить. Раз уж американцы так хотят усыновлять кого-нибудь из России (судя по реакции на «закон Димы Яковлева»), вот пусть наших пацанов и усыновляют. Ну и ничего, что пацаны уже взрослые. Паспортную графу «возраст», равно как и «пол», «национальность», «имя», «фамилия» и т.д., давно пора сделать редактируемой — кто себе какой возраст хочет, тот пусть такой и вписывает. И никаких тебе проблем с легализацией капиталов: как известно, внутрисемейные транзакции даже налогами не облагаются.
Ведь именно по этой причине однополые браки в США разрешают, а многоженство — нет. Как только брак станет союзом трех и более лиц, ушлые ребята немедленно женятся на всех своих деловых партнерах, контрагентах и трудовом коллективе — и прости-прощай, налоговый инспектор.
Но это, опять же, у них, где высокие налоги. А у нас в России, где доля налогов с физлиц в доходной части бюджета смехотворно мала, вполне можно было бы выделить какую-нибудь одну такую специальную Мордовию, где разрешить браки для любого количества лиц в любой половой конфигурации. И тогда уже не безумцы-одиночки типа Депардье потянутся за клювастым-крыластым, а целые легионы вчерашних жителей так называемого свободного мира.
Вот тогда-то и посмотрим, какое гражданство будет больше котироваться — американское или наше.
