Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Красимире Стояновой в Большом театре запретили петь Чайковского

Поэтому на открытии Дней болгарской культуры в России примадонна показала первоклассный итальянский вокал
0
Красимире Стояновой в Большом театре запретили петь Чайковского
Красимира Стоянова. Фото: Маргарита Федина
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Министр культуры РФ Владимир Мединский и его коллега из Болгарии Вежди Рашидов со сцены Большого театра объявили об открытии Дней болгарской духовной культуры в России. Фестиваль, являющийся зеркальным ответом на прошлогоднюю российскую культурную высадку в Болгарии, представляет панораму нового болгарского кино, изобразительного искусства, филателии, драмтеатра; но главный акцент резонно сделан на музыке.

Виной ли тому климат, генетика или ментальность, но болгарская земля с завидной регулярностью рождает дивные голоса. Поэтому у братьев-славян в культурном арсенале — и крайне востребованные фольклорные и церковные хоровые коллективы (из последних в Москву приехал «Йоан Кукузел-Ангелогласни»), и оперные звезды высшего уровня — такие, как, спевшая в Большом, Красимира Стоянова.

Ее сильный, богатый оттенками и технически совершенный вокал предсказуемо оказался главным событием вечера и идеальной визиткой болгарской культуры — несмотря на то что кульминационным номером стала вердиевская ария Елизаветы из «Дон Карлоса».

В полном соответствии с законами жанра примадонна не преминула показать характер: «Я хотела спеть арию Лизы из «Пиковой дамы» Чайковского, но мне отказали — непонятно почему», — бросила она, выйдя на минуту к журналистам. Время самовластия великих сопрано прошло, теперь власть контракта сильнее: режиссеры распорядились национальным достоянием в лице Стояновой по-своему, и это едва ли снизило градус оваций в ее адрес.

Вместе с Красимирой за болгарскую оперу отчитывались тенор Камен Чанев и баритон Владимир Стоянов, а «наш ответ» прозвучал из уст юного тенора Сергея Радченко, уже заработавшей имя меццо-сопрано Елены Манистиной и народного артиста баса Михаила Казакова.

Вечер приятно напоминал социалистические «дни культуры», столь хорошо знакомые исторической сцене Большого, — за тем опять-таки приятным исключением, что в финале голоса шести перечисленных вокалистов слились не в национальном гимне, а в изящном секстете из «Лючии ди Ламмермур» Доницетти. Ибо ничто не может подружить истинных вокалистов, как и истинных меломанов, лучше, чем «нейтральная территория» итальянского бельканто.

Комментарии
Прямой эфир