Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Ингушетия не находит своих людей

Жители республики собираются на крупнейший за последние годы митинг против похищений и убийств мирных граждан
0
Ингушетия не находит своих людей
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Ингушские правозащитники собираются провести общенациональный митинг против участившихся в республике похищений и убийств мирных граждан. По их данным, за последние десять лет в Ингушетии при криминальных обстоятельствах без вести пропали 214 человек. Под подозрения людей и правозащитников попали республиканские спецслужбы, однако силовики утверждают, что не имеют к этим похищениям никакого отношения.

В пятницу утром правозащитники направят в администрацию Назрани заявку на проведение 28 апреля на площади Согласия митинга численностью до 10 тыс. человек. Если разрешение будет получено, это станет крупнейшей акцией в республике за последние годы.

— Мы ориентируемся на 5–10 тыс. человек, но на самом деле людей может прийти куда больше, — считает председатель организации-инициатора «Мехк-Кхел» Идрис Абадиев. 

Тема митинга будет одна: многочисленные случаи пропажи мирных людей. По данным правозащитной организации «МАШР», за последние 10 лет в Ингушетии были похищены 214 человек, из которых 19 пропали в 2011 году. 

Один из последних случаев произошел 17 февраля 2012 года. 23-летний житель Назрани Рустам Аушев пропал с перрона вокзала в Минеральных водах. Он ждал поезд в Брест, чтобы уехать к родственникам в Бельгию. По словам свидетелей, к нему подошли трое неизвестных в штатском, представились сотрудниками ФСБ и увели его в полицейскую «Газель». С тех пор Аушева никто больше не видел. 

— Свидетели говорят, что его якобы задержали по какой-то ориентировке, — рассказывает «Известиям» жена Аушева Ася Албакова. — Но у Рустама и его родственников никогда не было проблем с полицией. Брата Рустама однажды забрали в отделение, но тут же отпустили.

По словам Аси Албаковой, вокзальные видеокамеры запечатлели инцидент с ее мужем: на них видно и само задержание, и лица сотрудников ФСБ, и то, как «Газель» уезжает с Рустамом в сторону Ингушетии.

Лишь 11 апреля 2012 года Южное следственное управление на транспорте СКР возбудило уголовное дело по ст. 126 УК («Похищение человека»).

Другой инцидент произошел в ночь на 27 декабря 2011 года в Магасе. Ночью на строительный склад, где дежурили ночной охранник Абабукар Евлоев и его друг Иса Булгучев, ворвались неизвестные в масках. Они силой усадили молодых людей в свою машину и уехали с ними в неизвестном направлении. Вместе с Булгучевым пропала и его Toyota Camry. Пустую машину преступников затем нашли на окраине ингушского села Али-Юрт. СКР Ингушетии также возбудил уголовное дело о похищении человека, но преступников пока так и не нашли.

По словам правозащитников, обстоятельства похищений людей в республике очень похожи: неизвестные мужчины в штатском или в униформе, как правило с оружием, забирают человека и увозят его на машине. Никто из более чем двухсот пропавших людей не вернулся домой. В редких случаях родственникам удавалось вернуть тела своих близких, договариваясь с силовиками.

— Люди через знакомых выходят на спецслужбы и просят вернуть тело родственника, — утверждает руководитель «МАШР» Магомед Муцольгов. — За $3–10 тыс. силовики показывают, где лежат останки. 

В качестве примера правозащитник рассказал о случае, когда после долгих переговоров, сотрудники МВД и ФСБ Ингушетии отвезли одну из местных семей в лес около Моздока и показали, где было закопано тело похищенного мужчины. Это якобы обошлось родственникам погибшего в $10 тыс. Еще по $2 тыс. получили посредники. 

Правозащитники пока не могут понять, для чего спецслужбы похищают людей. По одной из версий, таким образом сотрудники ФСБ борются с бандподпольем: если к ним поступает оперативная информация о причастности человека к боевикам, то его похищают и допрашивают с применением пыток, пока он не «сдает» всех подельников. После этого от ненужного свидетеля избавляются. 

— Работать так проще, поскольку в отличие от официальной процедуры, руки не связаны, — рассказывает «Известиям» Муцольгов. 

В ФСБ Ингушетии к версии правозащитников относятся скептически. 

— Это очень сомнительный способ получения информации. Такие случаи неизбежно всплывают и сильно подрывают доверие к спецслужбам, — говорит официальный представитель ФСБ Ингушетии Ильяс Дугов. 

В МВД «Известия» также заверили, что их сотрудники непричастны к похищениям людей.

« У нас есть законные способы работы с людьми, поэтому связываться с криминалом не имеет смысла. Существует правило: даже если человек связался с боевиками, то по базе находят его родственников и приглашают их на беседу, — объясняет официальный представитель МВД Ингушетии Мадина Хадзиева.

Силовики не исключают, что кто-то таким образом пытается их скомпрометировать.

— После инцидента с Аушевым, его родственники получили телеграмму за подписью некоего старшего следователя Кобеева и пометкой «Главное управление ФСБ по Ингушетии», — рассказывает Ильяс Дугов. — Там прямо говорилось, что вашего родственника похитили наши сотрудники. Однако это была явная фальшивка: такого следователя у нас нет, а печать на телеграмме была недействительной.

Версию о причастности к похищениям бандитов и боевиков в республиканских правоохранительных органах комментировать не стали.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир