Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Лукашенко знал, что мой сын невиновен»

Любовь Ковалева — мать Владислава Ковалева, казненного в Белоруссии по обвинению в организации теракта в минском метро, рассказала «Известиям» о том, за что убили ее сына
0
«Лукашенко знал, что мой сын невиновен»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На прошлой неделе в Белоруссии были казнены обвиняемые в организации теракта в минском метро 11 апреля 2011 года Владислав Ковалев и Дмитрий Коновалов. К высшей мере наказания молодых людей приговорил Верховный суд Республики Беларусь, посчитав их вину в совершении теракта, унесшего жизни 15 человек, полностью доказанной. Президент страны Александр Лукашенко отказал Ковалеву и Коновалову в помиловании. Приговор был приведен в исполнение до начала рассмотрения надзорной жалобы в Европейском суде по правам человека в Страсбурге. Жалобу в Страсбург подала мать Владислава Ковалева Любовь. В интервью «Известиям» она рассказала, почему власти так торопились с расстрелом.  

— Любовь Ивановна, когда вы в последний раз виделись с сыном?

—  11 марта. Мне дали полчаса на свидание. Таких свиданий с момента ареста было несколько. Первый раз к Владу пустили еще до суда — 9 сентября. Полчасика с ним провела. Второй раз уже после суда разрешили, тоже полчаса. В январе давали три часа, но меня не было — я в Страсбурге была, в суд документы везла о невиновности Влада. Наверное, поэтому и дали три часа, знали, что меня нет. К нему дочь ходила моя – Танюшка. Три часа провела с Владом.

«Лукашенко знал, что мой сын невиновен»

— Вы знали, что ваше свидание 11 марта станет последним?

— Нет, мне вот извещение пришло из суда от 16 марта,  где написано, что свидетельство о регистрации смерти могу забрать в ЗАГСе. Никто не предупреждал нас.

— И вы, и правозащитники неоднократно говорили о том, что в следственных материалах множество нестыковок, что события разворачивались совсем не так, как указано в этих документах.

— Влад никого не убивал. И Дима тоже. Влад никогда не был с Димой особенно близок, они были друзьями, но не очень близкими. Влад, когда от нас из Витебска в Минск работать уехал, «симку» новую купил для мобильника, а старую мне оставил. Так Дима даже не знал его минского номера, на старый звонил. Они говорят, что ребята договаривались по телефону, планировали взрыв. Но когда метро взорвали, мне Влад звонил посоветоваться. Он еду как раз себе готовил, очень любил салат с крабовыми палочками. Купил для него мяты и мне набрал спросить, как лучше салат сделать. А они все говорят, что теракт планировал.

— Но почему этого нет в материалах дела?

— Не знаю, я и Лукашенко писала, и вашему президенту, и Путину. Ведь это ваша ФСБ экспертизы проводила, но никаких ответов не добилась. Они спешили с ребятами расправиться. Влад же сначала должен был свидетелем обвинения выступать, дать показания против Димы. Ему перед судом угрожали, говорили, чтоб не смел давать другие показания. Но Влад все честно сказал. И они убили моего сына за то, что он сказал правду. И мне отомстили за то, что я в Страсбург ездила, старалась ребят оправдать. Они же спешили скорее их убить, даже не дожидаясь рассмотрения надзорной жалобы, расстреляли. Ведь нормальное расследование показало бы, что обвиняемые ни в чем не виновны.

— Президент Лукашенко отказал ребятам в помиловании. Вам как-нибудь объяснили, чем мотивирован этот отказ?

— Никак. Ведь Лукашенко прекрасно знает, что мой сын ни в чем не виноват. Его просто сделали крайним. Вернее, крайним Дима оказался. Не знаю даже почему, может, потому, что у его родителей в 2005 и 2007 годах обыски проходили. Не вникала. И Влад вот с ним оказался как соучастник.

— А как в принципе следствие вышло на них?

— Я сразу после ареста с одной журналисткой в Минске разговаривала. Она рассказала, что ребята где-то во дворе отдыхали, и соседка позвонила в милицию — мол, в стране траур, метро взорвали, а они тут веселятся, разговаривают громко, пиво пьют, подозрительно. Вот их и арестовали. Потом все на ребят свалили и Влада моего расстреляли.

— Сейчас, после того, как просьбы о помиловании президентом Лукашенко проигнорированы, что бы вы хотели ему сказать?

— Я его прошу, очень прошу, пусть вернет мне тело сына (в Белоруссии казненных хоронят в безымянных могилах, не сообщая родственникам места захоронения. — «Известия»). Чтоб я могла на могилку прийти, цветы принести, поклониться ему, сыночку моему. 

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир