Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Главное — сломать стереотип, что наше кино востребовано только на собственном рынке»

Екатерина Мцитуридзе о русском Variety, госзаказе и киноэкспорте
0
«Главное — сломать стереотип, что наше кино востребовано только на собственном рынке»
Фотография из личного архива
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В марте выйдет первый номер российской версии журнала Variety — самого авторитетного в мире индустриального издания по вопросам кинематографа, телевидения, шоу-бизнеса. С главным редактором Екатериной Митуридзе, в прошлом году возглавившей также компанию «Совэкспортфильм» (ныне — Роскино), встретилась обозреватель «Известий».

— Существование кинобизнеса в России сейчас многими ставится под сомнение. Главный индустриальный журнал мира приходит в нашу страну, чтобы этот факт констатировать? 

— Мы собираемся констатировать реальное положение вещей. На мой взгляд, плюс нашей российской редакции Variety в том, что мы — и издатель Дмитрий Литвинов, и я, как главный редактор и одновременно руководитель Роскино,  находимся в центре этого процесса. По многим вопросам нам не нужно собирать информацию с нуля. Все, кто представлен в журнале в качестве экспертов и ньюсмейкеров, наши коллеги и товарищи. Но это не означает, что мы можем позволить себе быть необъективными.

- Тогда ответьте, пожалуйста, и как редактор Variety, и как глава Роскино: продвижение российского кино за рубеж составляет часть кинобизнеса? Или это пока вопрос исключительно престижа?

— Чтобы подобные вопросы не возникали, нужна система. Первым системным шагом Роскино стало создание нашего представительства, кинокомиссии в Лос-Анджелесе. Это организация, которая занимается содействием в поиске партнеров для будущих совместных проектов и продажей наших картин на североамериканский рынок, в том числе через интернет-платформы. Комиссаром стала Элеонора Граната-Дженкинсон. Она шесть лет была отборщиком Венецианского фестиваля по Штатам при Марко Мюллере, а еще раньше — студийным продюсером в Turner Pictures и Pandora Cinema. Благодаря ее связям на нашу презентацию на Берлинском кинорынке пришли даже дистрибьюторы, к которым обычно выстраивается очередь, в том числе Sony Pictures Classic. Директор кинокомиссии — Сергей Рахлин, вице-президент HFPA, ассоциации, которая вручает Золотой глобус. Мы ведем переговоры с Netflixи Hulu по распространению российских фильмов через систему VOD (видео по запросу. — «Известия»). Российскому кино трудно пробиться в большой американский прокат, а на новые платформы — более чем реально. Главное — сломать стереотип, что мы никому не нужны, что наше кино востребовано только на собственном рынке. Скажем честно, здесь оно тоже востребовано слабо. 

— Мне кажется, наш единственный стойкий сегмент киноэкспорта — это артхаус, кино для университетских городов. А вот ниша традиционного по языку, но содержательного кино, «кино про людей», фактически пуста.

— Одно дело — снять хороший фильм, а другое — донести его до тех, у кого так же болит. Успех «Елены» Звягинцева связан, на мой взгляд, с тем, что компания Александра Роднянского ее правильно продвигала.

— Но Роднянский — независимый продюсер. А вы как Роскино должны представлять государство. Экспортировать еще и позитивный образ страны. Это вообще-то выполнимая задача?

— Мы все знаем страны, имидж которых благодаря кино стал must be во всем мире. Но это задача мейнстрима. Авторский взгляд на мир может создать позитивный фон вокруг страны, в случае если фильм получает главный приз на большом фестивале. Спрашивать у Сокурова, Германа, Хомерики, Германа-младшего, Хлебникова, Сигарева, Балабанова, почему они снимают такое кино, некорректно. Эти люди создают культурный пласт сегодняшней России, они не могут подвергаться цензуре. Когда в какой-либо стране начинают произносить с придыханием слова «мораль» и «нравственность», жди проблем. Мы не отрицаем госзаказ в принципе. Но, на мой взгляд, он возможен, когда все четко просчитано, и на выходе мы имеем минимум «Спасение рядового Райана». Иначе мы регулярно будем наблюдать провалы миллионных госбюджетов. Вот «Полночь в Париже» — это идеология? Нет. Это — образ страны. Когда французы снимают фильм про Эдит Пиаф, а Марион Котийяр после этого начинает участвовать в проектах с главными голливудскими звездами — это пиар страны. А потом Котийяр делают лицом Dior. Это все звенья одной цепи: мода, шоу-бизнес, кино. В итоге Франция в глазах всего мира — страна мечты, а Россия со всеми нашими Достоевским, Чайковским, Малевичем и Эйзенштейном — страна с медведями. Мы в Variety будем обо всем этом говорить много и последовательно. Будем ассимилировать наше кино в мировой контекст. У нас 50% переводного контента. Причем, как вы знаете, нью-йоркский Variety кроме кино пишет о шоу-бизнесе, о Бродвее. Мы, не имея ни Бродвея, ни каких-либо конкретных цифр по шоу-индустрии, решили писать только о кино и телевидении. Причем ТВ не с точки зрения контента, а с позиций развития технологий, новых способов получения информации, новых форматов и прочее. В Америке ежедневно выходит два разных номера — в Нью-Йорке и в Лос-Анджелесе. Это большой, идеально работающий механизм. У него не было сбоев. Но ведь у него не было и советского периода странного бизнеса, и последующего разрушения киноструктуры. Вспомните 1990-е: кино оказалось на грани исчезновения. Но выстояло. И из нынешнего кризиса, уверена, мы тоже выйдем. Ведь несмотря на дикие противоречия внутри сообщества, позитивных людей у нас больше, чем отрицательных.  

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...