Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Суть нынешнего скандала с гособоронзаказом проста.

Покупатель в лице Министерства обороны и продавцы — производители вооружений не могут договориться о цене. Дело взмыло до уровня премьера Путина. Он поручил решение возникших проблем вице-премьеру Сечину. Не помогло. Очередные сроки подписания договоров были нарушены. Сложилась  беспрецедентная ситуация, когда, несмотря на строгие команды высокопоставленных чиновников, стороны продолжают отчаянную борьбу за свои интересы.

Общество воспринимает эту дискуссию негативно, как одно из проявлений слабости или ошибок власти. Однако это не совсем так. Ожесточенная дискуссия, отчаянный торг, предшествующие принятию решений по закупкам вооружений, являются положительным фактором. В результате снижаются цены, улучшается качество, растет обороноспособность. Торг здесь не только уместен, но и необходим.

Среди множества причин, сделавших такую дискуссию возможной, хотелось бы выделить две. Во-первых — существование в Министерстве обороны гражданского ядра во главе с министром. Появление новых руководителей военно-промышленных корпораций, исторически не связанных с военным производством, — во-вторых.

В 2001 году, впервые в истории России, был назначен «неармейский» министр обороны,  выходец из КГБ Сергей Иванов. В 2007-м его сменил еще более «гражданский» экс-глава ФНС Анатолий Сердюков. Гражданские возглавляют военные ведомства США, Франции, Великобритании, Японии и других стран. По предыдущему месту работы они, как правило, не связаны с военной тематикой. Глава британского оборонного ведомства был до этого министром транспорта, а министр обороны Финляндии — министром туризма и спорта. 

Профессиональные военные генетически ориентированы на военное противостояние, конфликт, борьбу. Если военный становится пацифистом, то ему надо уходить в отставку. Нельзя требовать от бультерьера ластиться к каждому встречному. Бультерьеры, как и военные, созданы для войны. Если они служат «делу мира», то это либо пропаганда, либо генетический брак.

Гражданские руководители военных ведомств, как правило, ограничивают естественное желание военных получать все и сразу и ужесточают контроль над процессом закупки вооружений (Госзаказ). Они занимают более независимую позицию в выборе приоритетных направлений развития Вооруженных сил, а также при распределении бюджетных средств по родам войск.

В Карибском кризисе в 1962 году именно гражданский министр, далеко не «голубь», Роберт Макнамара (пришедший в Пентагон с поста президента концерна Ford), сдерживал желание американских военных — главы объединенного комитета начальников штабов генерала Максвелла Тейлора и главы  Стратегического командования ВВС Кертиса Лемея — начать полномасштабное вторжение на Кубу. Это стало одним из важных факторов, не позволивших вооруженным до зубов сторонам скатиться в военный конфликт.

Несколько дней назад министр обороны США Леон Панетта заявил, что нападение на Иран может привести к «непредвиденным последствиям». Он выступил за такие методы давления, как дипломатия и введение экономических санкций. Сложно представить, чтобы профессиональный военный выступил бы с подобными заявлениями по отношению к потенциальному противнику, находящемуся в шаге от создания ядерного оружия. Но гражданский министр обороны может позволить себе видеть в арсенале страны не только бомбы и ракеты.

В СССР интересы Минобороны и интересы страны были едины, но всегда с приматом обороны. Что было нужно министерству обороны, было нужно стране. Военный министр обороны органически отождествляет интересы своего родного ведомства с интересами страны. Гражданские же на этом посту могут принимать решения, противоречащие корпоративным интересам оборонного ведомства, но отвечающие национальным интересам.

Конфликт министерства обороны и ВПК по поводу гособоронзаказа — мучительные роды нового современного подхода к закупкам вооружений. Этот подход не безальтернативный, как раньше, а альтернативный. Конкурентный. А это значит, что в долгосрочном плане неэффективные предприятия ВПК не выживут. Останутся самые сильные и эффективные. Что и требуется стране. Таким образом, введение института гражданских министров обороны — безусловное достижение, отвечающее национальным интересам России. И каков бы ни был бэкграунд Сергея Иванова и Анатолия Сердюкова, важно то, что до прихода в Минобороны они никаким образом не были связаны с ВПК.

Правда, министр, застрявший на своем посту больше чем на 10 лет, срастается со своим министерством. И тогда разница между военным и гражданским министром исчезает. Ведомство выиграет, страна проиграет.

России необходимо выигрывать.

 Автор — председатель совета директоров ОАО «Волга»

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...