Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Импер на интер

Революционные потрясения в Северной Африке и на Ближнем Востоке этой весной заслонили серию событий, способных оказать существенное влияние на развитие европейской политики
0
Владислав Иноземцев
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В толерантной и политкорректной Европе начал складываться тренд в пользу отказа от принципа мультикультурной терпимости. Еще в 2007 году в Швейцарии Народная партия получила поддержку 28,9% избирателей, в 2008-2010 годах националисты заняли на выборах третью или четвертую позицию в семи странах ЕС, а в апреле 2011 года в Финляндии "Истинным финнам" не хватило чуть более 1% голосов для того, чтобы стать лидерами выбор-ной гонки. Ведущие политики - от Ангелы Меркель до Дэвида Кэмерона, не считая десятков более значимых фигур, - делают заявления о том, что политика построения "мультикультурного" общества в Европе провалилась, а опросы общественного мнения во Франции говорят о том, что Марина ле Пен может выиграть президентские выборы, если встретится во втором туре с Николя Саркози.

Однако не следует полагать, что мультикультурализм мертв. В глобальном мире нормальные и динамично развивающиеся общества обречены быть многоконфессиональными, мультикультурными и этнически разнородными. Надеяться на то, что государства, строящие свое благополучие на "миграции" товаров и капитала, смогут сдержать миграцию людей, наивно и недальновидно.

В Соединенных Штатах, где концепция мультикультурализма зародилась в 1900-е годы, проблема была исторически порождена практикой расовой сегрегации. В Европе над элитами довлел комплекс колонизаторов. Весь западный мир в 1990-2000-е годы ощущал себя смертельно виноватым перед глобальной периферией за издержки глобализации. Не все эти соображения и эмоции имели под собой реальные основания, но от этого их влияние на повседневную политику не становилось меньшим.

Россия - страна хотя и европейской культуры, но особой истории, превратности которой во многом могут быть оценены только сегодня. В советские времена мы были, пожалуй, единственной из империй, в которой периферия имела более высокий уровень жизни, чем центральные регионы страны, а выходцы из национальных республик правили государством в апогее его величия. Россия - это страна, в которой представители радикально разнящихся культурных традиций и различных религиозных течений сосуществуют на протяжении нескольких столетий, но внутри которой никогда не разгорались межконфессиональные конфликты. Это указывает на то, что в нынешней ситуации именно в нашей стране существуют предпосылки для рождения более комплексной, сбалансированной и глубокой теории мультикультурного общества.

Разумеется, я говорю только о предпосылках. Вопреки урокам собственной истории Россия заражена вирусом примитивного национализма, который, увы, не может быть излечен прививками европейской толерантности. Здесь необходимы новые подходы, сочетающие принцип гражданской нации с концепцией групповой идентичности, примиряющие разного рода "особости" и не дающие им стать основанием для утверждения исключительности. Здесь и только здесь можно понять, каким образом имперское наследие способно превратиться в точку опоры для построения новой, неагрессивной национальной идентичности. Пройти между Сциллой исторического самобичевания и Харибдой этнической и национальной исключительности - вот что могло бы привести нашу страну к совершенно новому статусу в глобальной политике.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...