Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Урок бдительности после урока словесности

Сегодня в штате "Известий" продолжают работать три человека, свидетели и участники той эмоциональной бури, которая пронеслась по редакционным кабинетам и коридорам 12 апреля 1961 года: два ныне знаменитых фотокорреспондента Сергей Смирнов и Виктор Ахломов, из пишущих - ваш покорный слуга.
0
«Известия», 12 апреля 1961
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

У каждого из этих фотомастеров богатый "космический" архив. У меня гораздо более скромный архив. Но есть в нем один "экспонат", которым очень дорожу, - белоснежная хлопчатобумажная тенниска, на лицевой стороне которой факсимильное изображение первой, парадной, полосы номера "Известий" от 12 апреля, а на спине репродукция третьей полосы с откликами на полет Юрия Гагарина. Здесь, в нижнем правом углу, небольшой репортаж "Урок русского языка" за моей подписью. Между прочим, тенниску привезли мне в подарок лет пять назад из Америки - вот такое далекое эхо из космоса времени...

В первые месяцы работы в "Известиях" мне, вчерашнему студенту МГУ, было поручено освещать жизнь только что открытого в Москве Университета дружбы народов. Встречал в "Шереметьево" двух первых его абитуриентов, брал интервью у первого ректора нового вуза...

И вот апрель 1961 года. Редакционный воздух наэлектризован ожиданием грандиозного события, витает возможная дата полета первого человека в космос - 10 апреля, его имя, разумеется, нам неизвестно. В этот день с утра получаю задание редактора - мчаться в Университет дружбы народов и ждать там экстренного сообщения ТАСС: международный резонанс на Московской земле - хорошая тема для газеты. Приветливый пресс-секретарь университета уже в курсе ожидаемого события (можно предположить, какими источниками информации пользовался этот человек, приставленный к первому интернациональному вузу страны). Весь день провели мы с ним в томительном ожидании, намечая кандидатуры студентов для предполагаемых интервью. Прождали впустую, и я вернулся в редакцию.

12 апреля я снова в университете: вторая попытка, на этот раз удачная. Конечно, и здесь все в нетерпении ждали фантастическое событие. Несколько дней подряд в общежитии студенты не выключали радио. Но, как всегда, событие пришло неожиданно и застало всех врасплох. "Шел урок русского языка, - писал я потом в репортаже, - но сообщение по радио построило его не так, как предполагали преподаватели". Студенты засыпали их вопросами, прося научить правильному произношению слов "Гагарин", "Юрий", "космос", "траектория"...

...Я бросился в редакцию писать репортаж, и он был напечатан в московском вечернем выпуске, который вышел без опозданий. А поздно вечером 12 апреля небо столицы озарили огни салюта, 24 залпа, не как нынче - 50, соответственно юбилею полета Гагарина. Друзья-коллеги шутили: "Вот и на твоей улице праздник" (по чудесному совпадению это был мой день рождения).

Однако эта замечательная история получила неожиданное продолжение.

Через несколько дней в нашем отделе информации затрезвонил телефон, спросили меня. Строгий голос в трубке повелел мне тогда-то и тогда-то явиться в Московский горком партии на Старую площадь. Теряясь в догадках, я, законопослушный комсомолец, явился в назначенный срок по зову партии.

В огромном кабинете сидел сухощавый человек (я так и не узнал ни его имени, ни его чина). Он внимательно изучал меня, на столе перед ним лежали "Известия" с отчеркнутым в них моим репортажем. Разговор был недолгим, но неприятным. Партийный товарищ интересовался, когда я узнал о полете Гагарина, в какие дни был в Университете дружбы народов, с кем из студентов обсуждал космический полет. Я как на духу во всем "признался" и вскоре был отпущен под тяжелым взглядом хозяина кабинета. И только прикрыв за собой дверь, я понял, что несколько минут назад прошел "рентген" в связи с возможным разглашением "государственной тайны". На Старой площади пытались найти источники "преждевременного" распространения сведений о космическом полете, хотя давно уже весь мир, в том числе Москва, говорил о предстоящем событии. У меня же перед глазами возник образ розовощекого пресс-секретаря Университета дружбы народов. Видно, его призвали к ответу, и он услужливо среди других назвал мое имя.

После урока русского языка это был наглядный урок бдительности.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...