Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Следы весны

Сейчас в Кроноцком заповеднике самые горячие дни. Ведутся маршрутные учеты. Вертолет разбросал по избушкам группы учетчиков, теперь мы все проходим по заранее определенным маршрутам, считаем следы животных. Времени катастрофически не хватает.
0
Только что выбравшегося из берлоги медведя можно узнать по шаткой походке. Неуверенно бредет он по снегу, приходя в себя от долгого бездействия
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Всю прошлую неделю бегал по заповеднику, вдалеке от интернета. Поэтому и не присылал в редакцию на прошлой неделе свой обычный материал. Но вот я снова у ноутбука, стучу по клавишам, и мне есть что рассказать.

Весна вступает в свои права на Камчатке. На днях в заповеднике появились первые в этом году медвежьи следы. Одна учетная группа видела следы крупного медведя на берегу Тихого океана, а вторая повстречала следы медведицы с двумя лончаками на льду Кроноцкого озера. Пару раз я даже видел косолапых издалека - метров за двести. Жирные, словно не было долгой зимовки. Мне не раз приходилось наблюдать за медведями, только что вышедшими на свет после многомесячной спячки. Облеплены землей, едва движутся шаткой походкой от долгого бездействия. Подолгу лежат на снегу, приходя в себя. Оно и понятно - полгода, а иногда и более проводят они зимой в берлоге. Не едят и не пьют.

В январе-феврале самки приносят от одного до пяти детенышей, каждый весом от 300 до 600 граммов. К моменту выхода из берлоги малыши весят около десяти килограммов и могут следовать за мамкой. Но сейчас им будет трудно. Впереди два тяжелых весенних месяца. Первая трава на Камчатке появится в самом конце мая. А до тех пор корма могут быть только случайные: например, выброшенный морем мертвый кит или морж. Вот и будут бродить медведи по снегу, искать пропитания.

В это время они особо уязвимы для охотников и браконьеров. Уже много лет на Камчатке с переменным успехом идет борьба между противниками и сторонниками весенней охоты на медведей. Апрель и май в горах - это сплошное "белое безмолвие". На белом фоне зверь заметен издалека и ему трудно скрыться от снегоходов со стрелками. Я считаю любую весеннюю охоту преступлением - хоть на медведей, хоть на глухарей-тетеревов, хоть на селезней. Россия сейчас - едва ли не последняя страна в мире, где официально разрешена весенняя охота. Невозможно оценить, сколько медведей добывается охотниками. Официальные цифры добычи на Камчатке - пятьсот медведей за год. Браконьеры о количестве убитых медведей не отчитываются, но, скорее всего, нелегальная добыча превышает легальную.

И тут идет борьба за выживание. Одни медведи уже бродят, другие продолжают лежать в берлогах.

На днях я искал глухариный ток и чуть не провалился в снежное чело медвежьей берлоги. Дыра в снегу диаметром примерно сорок сантиметров. Заглянул внутрь и встретился глазами с лобастым медведем. Дал деру! Давно так не пугался - ружья-то с собой не взял, а фальшфейер был далеко во внутренних карманах. Зато теперь знаю, где берлога. Вот освободит ее хозяин - схожу сфотографирую.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...