Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Душа государства Российского

Государство и Церковь - что принес стране союз с Русской православной церковью? Ответ на этот вопрос в минувшую пятницу, 11 февраля, в прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" в рамках проекта "Лихие 90-е, или Время надежд" искали обозреватели радиостанции Владимир Рыжков и Виталий Дымарский
0
Начало сотрудничеству Церкви и государства положили Борис Ельцин и Алексий Второй (фото: ИТАР-ТАСС)
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Владимир Рыжков: В наших циклах мы всегда обсуждаем конкретную историческую дату. Одной из самых ярких фигур 90-х был Патриарх Алексий Второй, а одной из важнейших тем - отношения РПЦ и русского государства. Вспомнить о них обязывает и дата - 12 февраля 1991 года праздновалось тезоименитство Святейшего патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго. Опросы общественного мнения говорят о том, что традиционно на протяжении и девяностых, и "нулевых" годов наибольшим доверием в России пользуются три института: институт президентской власти, армия и РПЦ. Более того, несколько лет назад был проведен достаточно любопытный опрос по поводу того, должны ли главные вопросы государства решаться государством совместно с РПЦ: 60% опрошенных сказали "да". Церковь имеет достаточно высокий авторитет в обществе: 62-65% на вопрос, являетесь ли вы православным, отвечают положительно. Около 15% говорят, что не верят в Бога, атеисты, а дальше идут мусульмане, буддисты и так далее.

Виталий Дымарский: Не надо забывать, что есть другие конфессии.

Рыжков: Авторитет РПЦ не нравится другим конфессиям, которые могут видеть некую привилегию, данную РПЦ по отношению к другим. Он может не нравиться многим верующим в самой РПЦ, потому что далеко не всем верующим нравится союз с этим государством - по многим причинам.

Дымарский: И вообще внедрение Церкви в политику.

Рыжков: Сразу скажу, я не согласен с тем, что при Алексии Втором РПЦ подчинилась государству.

Дымарский: Но Церковь превратилась в ведомство, аффилированное с Кремлем.

Рыжков: С этим я тоже не очень согласен. Это союз партнеров, где один не стоит над другим. РПЦ - не ведомство при власти. Это просто два института, которые нужны друг другу, которые видят выгоду в этом сотрудничестве. Церковь получает от власти имущество, экономические и другие льготы, а власть получает от Церкви свою собственную сакрализацию. То, что государство стремится заручиться поддержкой Церкви, напрямую связано с тем, что государство сегодня в России практически не имеет демократической легитимности. Если верить опросам, то 38% граждан верят, что в России власть избрана на свободных законных выборах. То есть большинство так не считает. И в этих условиях надо на что-то опереться. Государству выгодно получить РПЦ в союзники.

Дымарский: Она обеспечивает некую легитимность.

Рыжков: Да, как при царях. В этой связи, кстати, я процитирую самого Алексия, его интервью, данное "Известиям" в 1991 году, где он говорит, что "даже в демократическом государстве должна быть дистанция между государством и Церковью, чтобы государство не дышало на Церковь и не заражало ее своим дыханием, духом принудительности и безмолвности". Алексий - я это хорошо помню, я с ним встречался несколько раз - всегда стремился держать дистанцию. Когда были события 1991 года, во время путча, Церковь заняла отстраненную от обеих сторон позицию.

Дымарский: Ей было важно, чтобы не пролилась кровь.

Рыжков: А когда Алексий с 1989 года был депутатом Съезда народных депутатов СССР, он активно боролся за отмену 6-й статьи Конституции - о монополии КПСС на власть. Боролся он и за разделение идеологии и государства. Я уже не говорю об освобождении Церкви. Вспомни осенний кризис 1993 года, когда по инициативе Алексия РПЦ выступила в качестве посредника на переговорах между двумя сторонами. Да, переговоры оказались неудачные, к сожалению, но тем не менее. Не стоит думать, что Церковь подчинилась государству, наоборот, она наращивает свою политическую мощь.

Дымарский: Главное, что за эти годы Церковь прошла три важнейших этапа: при Горбачеве государство начало отдавать ей долги, которые накопились за годы советской власти, - долги экономические, политические, социальные... При Ельцине отношения формализовались, поскольку он подписал ряд указов и законов, которые определяли место Церкви в обществе и ее взаимоотношения с государством. И здесь как раз ощущался союз партнеров. А в "нулевые" годы этот союз превратился... как бы это сказать помягче - в контракт.

Рыжков: В беготню государства за Церковью, чтобы получить ее благорасположение.

Дымарский: Да. Церковь решает свои задачи, а власть решает свои задачи - это отпущение грехов, которых, видимо, за собой власть знает немало.

Рыжков: Напомню любопытный эпизод - в 1991 году, когда Ельцин в первый раз приносил президентскую присягу, Патриарх впервые выступил с напутствием. А в исторический день 31 декабря 1999 года, когда Ельцин ушел в отставку, процедура передачи власти уже происходила в присутствии Алексия. Новая российская власть стремилась опереться на авторитет Церкви. Союз двух - главы государства и главы самой влиятельной Церкви - очень четко прослеживается все десятилетия.

Дымарский: При этом нельзя забывать, что существуют еще и другие религии, у нас страна мультиконфессиональная.

Рыжков: В законе о религии у нас названы четыре религии традиционными: православие, ислам, буддизм и иудаизм.

Дымарский: При этом в мире нет идеальной модели взаимоотношения Церкви и государства. Во всех странах - в демократических, авторитарных, тоталитарных - эти отношения складываются по-своему. Взять демократическую Европу в целом, ЕС: Польша, Испания, Италия - сильное влияние Церкви. А в Германии, Франции - небольшое, не говоря уже о мелких странах типа Бельгии или Голландии.

Рыжков: Даже в ЕС нет единой модели взаимоотношений государства и общества.

С приходом Кирилла на патриаршество РПЦ стала более активно выходить в публичное пространство. Патриарх начал выступать перед большими аудиториями, Московская патриархия несколько раз очень жестко высказалась по Сталину, предмет "Основы религиозной культуры" все шире внедряется в школьное образование. Обсуждается введение института священников в армии. Недавно был принят закон о передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной собственности. А не так давно депутаты Госдумы сказали, что по важным законопроектам будут консультироваться с РПЦ. То есть РПЦ вышла в более активное публичное общественно-политическое пространство.

Начиная с 1988 года, с Горбачева, потом при Ельцине и сегодня РПЦ и другие конфессии получили возможность свободно работать в России, создавать приходы, общины, строить церкви, мечети и храмы. На мой взгляд, Церкви все-таки нужно держать определенную дистанцию - здесь я присоединяюсь к Патриарху Алексию, считаю, что слишком тесный союз повредит и государству, и Церкви.

Дымарский: С тобой согласны и наши слушатели. 16,3% считают, что рост политического влияния Церкви - это позитивный процесс, и 83,7% считают, что это процесс негативный.

Рыжков: Возможно, Патриархия услышит это.


Трудный выбор Патриарха

Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй, в миру Алексей Ридигер, никогда не отделял себя от государства.

Тем более что государства рушились и возникали, а режимы видоизменялись у него на глазах. И к каждому колебанию линии партии он должен был приспосабливаться.

Почему должен? Потому, что Алексий стал Патриархом в очень благоприятный момент. РПЦ из идеологического врага превратилась в одну из идейных подпорок власти; партаппаратчики и чекисты неистово осеняли себя крестным знамением, расшибая лбы и поминая имя Господа всуе; Церкви возвращали храмы в товарных количествах.

Предстоятелю приходилось быть и хозяйственником, и топ-менеджером, и политиком. Требовались дипломатические таланты, и думать приходилось часто не о небесном, а о земном.

Владыка справился, он преумножил богатство, влияние и авторитет Церкви. Сделал ее естественным и необходимым институтом. Но какой ценой?

Патриархия искала покровительства власти, но только временно и до некоего предела. Власть же, напротив, стремилась - да и теперь стремится - задушить родное священство в объятиях, и никаких пределов в своем стремлении не знала.

Это противоречие Алексий Второй разрешить не сумел. Всё вышло в духе суровых традиций Византии, Руси и Российской империи, где Церковь испокон веку была приводным ремнем государственной власти.

Имея все качества мудрого пастыря, оказавшись на роковом политическом перепутье, дистанции между светской и духовной сферой патриарх удержать не сумел. А если и пытался, то совсем незаметно. Хотя известно, что эту трагическую дилемму Алексий прекрасно осознавал.

И не в том дело, что в храмы ринулись все подряд, в том числе и "конкретные авторитеты": для священника несть ни жулика, ни бандита. Каждый грешник вправе рассчитывать на спасение души, ибо пути Господни неисповедимы и находятся вне компетенции РПЦ.

Печальнее то, что предстоятель как будто перед искушением не устоял, превратился в номенклатуру с мигалкой, а Церковь - в ведомство, аффилированное с Кремлем.

Так уж случилось. Алексию Второму выпало жить и служить в непростое время. Справился как сумел. Царствие ему небесное.

Николай Троицкий, обозреватель РИА Новости


ВОПРОС РЕБРОМ

Как вы считаете, политический союз РПЦ (Русской православной церкви) и государства вам принес...

Скорее пользу

Духовность всегда в пользу всем...

Заместитель директора по юридическим вопросам, Набережные Челны

Правильное духовное развитие должно закладываться в каждом человеке с раннего детства.

Специалист по взысканию задолженности, Краснодар

Церковь должна помогать в управлении обществом и страной, но "рулить" должны наука и здравый смысл без религиозных предпочтений. Поскольку большинство людей глупы, то и Церковь должна им быть в помощь. Современным обществом необходимо срочно начать управлять исключительно по научным соображениям и с научными взглядами на последствия. Любая религия - это часть культуры, но никак не передовой метод управления финансами, армией, медициной, видами промышленности. Более того, любая религия есть разъединяющая, а не объединяющая народы сущность. Их, религий, интеграция невозможна, как и ассимиляция "темных" наций в культурных "светлых".

Заместитель генерального директора, Волгоград

Но Церковь (любая религия) должна быть отделена от государства, т.к. в соответствии с Конституцией РФ, статьей 14 "РФ - светское государство. Никакая религия не может быть установлена в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом". Однако пока само общество не может устанавливать нормы морали и нравственности без учета религиозных догм, то роль Церкви актуальна в урегулировании культурно-нравственных аспектов жизни общества.

Менеджер проекта, Москва

Нет третьего варианта ответа - "никакой пользы". Я вообще это не почувствовала.

Начальник отдела персонала, Гатчина

Общей национальной идеи у нас нет. Живем каждый для себя. Пусть нас хоть под эгидой православия попробуют сплотить.

Младший системный администратор, Москва

Этот союз в какой-то мере способствует улучшению морального облика населения в противовес необдуманно (или неосторожно) насаждаемой СМИ разнузданности и вседозволенности.

Инженер-строитель, Сочи

Чем тесней и динамичней будет взаимодействие, тем быстрей и плодотворней будет положительный результат.

Директор, Донецк (Ростовская обл.)

Комсомола нет, пионерских организаций тоже нет, молодежь болтается по подъездам, в спорт не затянешь, только пиво, дети предоставлены улице, отсюда кражи, наркотики, грабежи и т.д. А православие учит доброте, смирению, почитанию не только святых, но и стариков, родителей, государства и т.д.

Директор, Хабаровск

Политическим союзом это назвать нельзя, т.к. Русская православная церковь - не политический союз, а скорее духовный стержень, к которому стремится примкнуть партия, даже правящая. Ведь в итоге мы все стремимся к совершенству воли и духа.

Начальник архитектурной проектной мастерской, Москва

Церковь, даже в таком виде, гораздо лучше неверия. Государство должно строить свою деятельность с учетом десяти заповедей христианства.

Руководитель, Люберцы

Скорее вред

Церковь и политика - понятия несовместимые

Наладчик станков с ЧПУ, Волжский

Ничего не изменится. Что государство, что Церковь превратились в коммерческое предприятия с целью получения сверхприбылей.

Заместитель директора, Саратов

Лучше уж политический союз с какой-нибудь безобидной и имеющей точно такие же права в светском государстве общественной организацией. Например, Обществом любителей сибирских кошек. Агрессивность и амбиции РПЦ неуместны.

IT-директор, Новосибирск

Насаждение во многих школах лишних религиозных предметов против воли учеников и их родителей.

Менеджер по туризму, Краснодар

У нас светское государство. И почему союз с РПЦ? Может быть, рациональнее в нынешней международной ситуации иметь политический союз с исламом? А может, вступить в союз с Израилем и всем стать иудеями? Согласно конституции Церковь отделена от государства. Вот попы и пускай стоят в стороне и не лезут во все государственные дыры.

Конструктор, Тольятти

И те, и те продажные.

Наладчик, Сходня

РФ - уже не царская Россия. По Конституции наша страна многоконфессиональная. Так что создается противоречие. Будут возмущения мусульман. И так возмущаются, что им не дают строить мечети.

Креативный директор, Москва

Единственное, что я о них помню, - это что-то по поводу формы одежды... Вред вряд ли, но и пользы от этого никакой.

Бренд-менеджер, Москва

Такой (политический) союз в прин-ципе невозможен... Политика изменчива. Это ее сущность. А вера? Она либо есть, либо нет. Ее не изменить. Вера - она в людях. Люди создают государства. Вера - фундамент для всего.

Юрисконсульт, Тюмень

Вопрос должен был стоять так: "Какую пользу союз РПЦ и государства принес государству и обществу в целом, чьи еще интересы, кроме своей выгоды, защищает Русская православная церковь, какой вклад РПЦ вносит в развитие и формирование как России, так и отдельного индивида".

Помощник юриста, Москва

Кто Церкви денежки дает, того, видимо, боженька и любит.

Плотник, Пермь

Абсолютно никак не сказался на мне и на моем вероисповедании. Но я считаю, что это приведет к коррупции в церковных рядах и в итоге к загниванию Церкви как института православия...

Инженер, Новочеркасск

Ничего не принес, и современное государство, и РПЦ - это паразиты, но, к счастью, зная их повадки, можно избегать причиняемого ими вреда...

Менеджер по персоналу, Балашиха

Негативно отношусь к любой политической активности церкви. Веру превращают в бизнес и политику - это вызывает отвращение...

Менеджер по продукту, Ростов-на-Дону

Церковь должна помогать людям, а не государству.

Инженер-технолог, Тольятти

Принес он мне ровно столько, сколько Дед Мороз. То есть ничего...

Менеджер по подбору персонала, Москва

Мне кажется, что духовность нельзя совмещать с государственностью и бизнесом. Слишком все переплелось:

Водитель-экспедитор, Москва


Всеволод Чаплин, председатель Синодального отдела по взаимодействию Церкви и общества Московского патриархата:

В девяностые годы, преодолевая наследие советского периода, люди начали понимать, что церковь не является органом власти, но при этом она не должна отсутствовать в общественной жизни. Верующие люди, в том числе священнослужители, стали высказываться по многим вопросам, которые волнуют общество. Были сняты барьеры, отделявшие религиозные понимания от детей и от юношества, от военнослужащих и заключенных. Этот процесс не закончился. Более того, он не закончился и сейчас. До сих пор есть определенные рецидивы советского мышления, советского понимания светскости государства, которое имеет мало общего с тем, как это понятие трактуется в большинстве стран Европы и мира.

Конечно, были некие странные явления в первой половине девяностых годов, когда некоторые политики пытались очень по-глупому использовать религиозную идеологию в предвыборных кампаниях. Но это не сработало. Как об этом в одном из интервью сказал покойный Святейший патриарх Алексий, "наши верующие люди очень тонко чувствуют фальшь и быстро разбираются, где настоящее стремление к церковной жизни, а где показуха". Люди стали лучше понимать реалии духовного мира не только в смысле знания религии, но и в смысле духовного опыта. Так что мне нынешнее состояние общества, в том числе в религиозно-общественной сфере, нравится гораздо больше, чем то, которое было в девяностые.

Сергей Неклюдов, профессор, специалист по фольклорным и мифологическим традициям:

Для определенного времени религия может быть культурной силой и конструктивным началом для самоидентификации общественного человека. Так было в начале девяностых годов. Но возвращение к религии тогда произошло не от хорошей жизни: после ухода советской идеологии явственно ощущалась некая пустота, и государство позволило Церкви заполнить образовавшийся вакуум. Сейчас необходимость в этом прошла. Церковь должна быть отделенной от государства и существовать автономно.

Сегодня Церковь в России пытается занять максимально сильные позиции. Это плохо. Во-первых, у нас многоконфессиональная страна, в нашей стране есть большое количество мусульман да и приверженцев многих других вероучений. Во-вторых, у нас большое и сильно недооцененное количество атеистов. В-третьих, истинно религиозных людей у нас значительно меньше, чем людей, так или иначе считающих себя православными. Я по роду деятельности соприкасаюсь с тем, что называется "народная религиозность", и, поверьте мне, она достаточно далека от религиозности церковной. За этим иногда вообще не стоит серьезной религиозности, зато куда чаще скрывается тотальное религиозное невежество. Наконец, если действительно взять истинно верующих православных и истинно верующих мусульман, то количество их будет сопоставимым. А тогда встает вопрос: почему именно православие? Почему именно оно должно занимать лидирующие позиции?

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...