Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

День мира четвертый

Все началось ровно 75 лет назад - 27 сентября 1935 года. Впрочем, если быть хронологически точным, - годом раньше. Выступая в августе 1934 года на 1-м Всесоюзном съезде писателей, Максим Горький бросил в зал очередную эпохальную идею: коллективным разумом и талантом создать "портрет планеты", документально запечатлеть один день жизни мира
0
Станислав Сергеев
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Все началось ровно 75 лет назад - 27 сентября 1935 года. Впрочем, если быть хронологически точным, - годом раньше. Выступая в августе 1934 года на 1-м Всесоюзном съезде писателей, Максим Горький бросил в зал очередную эпохальную идею: коллективным разумом и талантом создать "портрет планеты", документально запечатлеть один день жизни мира, информацию и впечатления этого дня собрать в книгу, а день выбрать произвольно - например, 27 сентября, для "разбега" в подготовке взять год. Идею патриарха поддержали "внизу" и, главное, "наверху". Работа закипела, ее возглавил талантливый журналист и блестящий организатор Михаил Кольцов. Так в истории страны и журналистики появилась дата - День мира, 27 сентября. Книга "День мира", фундаментальный том, вышла в 1937 году - после смерти Горького и до ареста Кольцова. Она и впрямь стала примечательным документом эпохи, противоречивым и многоцветным (от черного до красного), как сама эпоха.

Через четверть века, в 1960-м, о плодоносной идее напомнили Алексею Аджубею, 36-летнему энергичному, талантливому и заводному главному редактору "Известий", положили на стол неподъемный том. Аджубей завелся с пол-оборота, завел всю редакцию и поднял на ноги - без преувеличения - отечественную да и мировую прессу. Пишу об этом по собственным впечатлениям, так как за полгода до памятной даты пришел на работу в "Известия".

Что творилось в редакции в те сентябрьские дни, трудно передать. Конечно, Алексей Иванович развил идею: книга - это хорошо, но мы должны выпустить спецномер газеты и по горячим следам событий рассказать, чем жил мир в этот день. Все сотрудники редакции - от спецкоров до стажеров - превратились в репортеров, охотясь за новостями. Стрекотали телетайпы, валились от усталости стенографистки. "Известия" тогда выходили вечерним выпуском в Москве, так что уже вечером 27 сентября столица читала спецномер газеты, а утром он разлетелся по стране многомиллионным тиражом.

Потом были еще и еще номера - материалов хватило и на них, и на книгу "День мира-2". Она вышла через год - в сентябре 1961-го, 800 страниц большого формата на мелованной бумаге. По подсчетам Дмитрия Мамлеева, соратника Аджубея и соредактора книги, в ней были "3044 материала - очерки, эссе, корреспонденции, информация - и 1441 иллюстрация - фотографии, рисунки, карты". Теперь и эта книга - раритет.

Еще через четверть века, в сентябре 1985 года, "Известия" памятную дату пропустили - тогдашнее руководство посчитало книгу для издательства неподъемной, а на номер решило не тратить силы.

Но традиция не умерла, ее подхватил духовный наследник Аджубея - главный редактор популярной тогда газеты "Советская Россия" Михаил Ненашев. Мне, в ту пору работавшему под его началом, подумалось, что именно Михаил Федорович откликнется на идею Горького-Кольцова-Аджубея. Так и случилось. "Книгу не сдюжим, - сказал он, - а номер выпустим обязательно!". Номер вышел, и в нем прослеживался известинский след. В числе коллег из родственных изданий мы пригласили известинцев (например, ныне здравствующего Мэлора Стуруа). Но главное - номер предварял рассказом об эпопее Дня мира Алексей Аджубей. Это само по себе было событием: его имя впервые появилось на страницах органа ЦК КПСС после 20-летней опалы.

...И вот на календаре - 27 сентября 2010 года, День мира четвертый. Времена меняются. Сегодня пресса - бумажная и электронная (телевидение, радио, интернет) - перенасыщена информацией, и фактически плоды коллективного труда журналистов всех мастей ежесуточно складываются в день жизни мира. И, может быть, нет особого смысла "фотографировать" его с дотошностью хроникера: войди в Сеть - вот тебе и день мира. Возможно, кто-то так и подумает.

Но вдруг вспомнится: "Остановись, мгновение, ты прекрасно!". Даже если "мгновение" не так прекрасно, как хотелось бы, разве не достойно оно того, чтобы задуматься над ним и, не споткнувшись об ошибки, пойти дальше? Думать о прожитом никогда не поздно. Глядишь, и мы сподобимся...

Комментарии
Прямой эфир