Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Прощай, "школа"!

Признаюсь в том, что со мной случилось невероятное: впервые в жизни я целиком посмотрела долгоиграющий сериал. Все 69 серий! Признание для телекритика, возможно, странное - по мнению некоторых зрителей и читателей, телекритик обязан смотреть все. Пытаюсь по мере сил. Но поскольку количество сериалов на нашем телепространстве превышает все мыслимые и немыслимые санитарные нормы, то и пришлось бы мне приковать себя к телевизору, забыв даже об отдыхе и сне. Потому смотрю телесериалы выборочно
0
Ирина Петровская
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Признаюсь в том, что со мной случилось невероятное: впервые в жизни я целиком посмотрела долгоиграющий сериал. Все 69 серий! Признание для телекритика, возможно, странное - по мнению некоторых зрителей и читателей, телекритик обязан смотреть все. Пытаюсь по мере сил. Но поскольку количество сериалов на нашем телепространстве превышает все мыслимые и немыслимые санитарные нормы, то и пришлось бы мне приковать себя к телевизору, забыв даже об отдыхе и сне. Потому смотрю телесериалы выборочно. Обычно бывает достаточно одной-двух серий, чтобы понять, что очередное творение мастеров конвейерного слова доброго не стоит: избитые ходы, дешевые страсти, фанерные образы, халтурная работа артистов. Бывают исключения - знаковые экранизации, к примеру, но они случаются редко и длятся, как правило, не больше месяца, то есть совместимы с жизнью.

Сериал "Школа" стартовал на "Первом канале" вскоре после новогодних каникул и практически сразу чем-то зацепил. Поначалу невозможно было и сформулировать, чем именно. Может быть, сопутствующим премьере скандалом - еще не успела закончиться первая серия, а заслуженные работники народного образования, депутаты и прочие записные поборники общественной нравственности завопили: "Запретить! Закрыть! Руки прочь от нашей российской школы!"

Лучшего пиара для любой телевизионной работы трудно и вообразить. И "Первый канал" извлек из этого скандала максимум возможного, организовав по ходу обсуждение едва начавшегося сериала и тем самым усилив интерес к нему и умножив аудиторию. Скандал, впрочем, быстро сошел на нет, а уж когда о "Школе" благосклонно отозвался сам премьер-министр Путин, она окончательно "легализовалась" и, что называется, пошла-поехала.

Первые серий десять "Школа" страшно раздражала. От прыгающей, летающей, дергающейся камеры иногда в буквально физическом смысле мутило. Герои сливались в одну неразличимую массу, поражая примитивностью мыслей, речей и поступков. Сюжет будто топтался на месте, и представить, что он сможет удержать зрительское внимание на протяжении нескольких месяцев, было совершенно невозможно.

Но постепенно в нем стали проявляться характеры и лица, завязываться отношения и интриги, и тогда возник зрительский азарт и человеческое сочувствие героям. А отсюда - желание скорее дождаться новой серии, чтобы узнать, как поведет себя в непростой ситуации Епифанов, что предпримет Носова, останутся ли вместе родители Королева и выкарабкается ли из тяжелого инсульта дедушка Анатолий Германович.

Документальная манера, в которой сделана "Школа", в какой-то момент заставила отождествить актеров с их героями, забыв о бросающемся в глаза несоответствии их реального возраста и возраста персонажей фильма, и волей-неволей принять всю его эстетику вместе с дергающейся камерой, временами нелогичными или обрывающимися сюжетными ходами, общей неприглаженностью, свойственной в большей степени неигровому кино, нежели огламуренному игровому, главная задача которого - сделать публике красиво. Ну а уж главный вопрос противников "Школы" - соответствует ли показанное правде жизни или это всего лишь плод болезненного авторского воображения - вовсе отошел на задний план, тем более что правда жизни весьма многообразна и художник, способный убедить хотя бы часть аудитории в своем видении этой правды, уже достоин уважения и похвал.

Забавно, что дискуссии, организованные "Первым каналом" по окончании сериала, повторили ту же сказку про белого бычка, что сказывалась на протяжении всей демонстрации "Школы": "А они кричат мне - где правда, где правда, мол? Аргумент им вынь да положь!" И в программе "Судите сами", и в малаховском ток-шоу "Пусть говорят" депутаты и педагоги вновь настаивали на том, что наша школа не такая, наши подростки иные и нельзя-де худшее выдавать за типичное, вызывая у юных зрителей желание подражать полюбившимся героям и брать за основу модель поведения и взаимоотношений с родителями, учителями и сверстниками, показанную в фильме.

Сама режиссер "Школы" Валерия Гай Германика, приглашенная Борисом Берманом и Ильдаром Жандаревым в программу "На ночь глядя", искренне недоумевала, какое отношение все эти претензии имеют к ее фильму. Она призналась, что в ее планы не входило создание образа типичной или нетипичной российской школы и всех сопутствующих ей проблем. Сериал "Школа" - ее авторское художественное высказывание, в котором отразились ее личные комплексы, ее рефлексии, ее любовь и ненависть. Она вовсе не рассчитывала всем понравиться и всех удовлетворить. Тема "Школа" отнюдь не исчерпана сериалом "Школа", и желающим создать позитивный образ школы - флаг в руки!

А молодые артисты, пришедшие в программу "Пусть говорят" и до такой степени слившиеся со своими героями, что и в студии, казалось, сидели все те же Епифанов, Носова, Будилова, а не совсем другие люди с другими фамилиями, ссылаясь на свою многочисленную почту и общение с реальными подростками, всячески опровергали мнения взрослых гостей об опасности непременного отрицательного воздействия фильма на неокрепшую психику юных зрителей. Так, актриса, сыгравшая покончившую с собой Аню Носову, рассказала, как осуждают эти зрители ее героиню за малодушный, с их точки зрения, шаг, принесший ее родным столько горя. А все вместе они, эти молодые артисты, единодушно осудили реального юного отморозка, пырнувшего учительницу ножом и бахвалящегося своим геройством в студии программы. Осудили не столько от себя лично, сколько от имени своих сериальных персонажей, способных на многие пакости, но все же не способных на откровенные злодейства.

Как бы то ни было, "Школа" закончена. Всех ужасно жалко. Жалко оставшегося сиротой Епифанова. Жалко дурищу Будилову, в поисках любви пускавшуюся во все тяжкие. Жалко доморощенного скинхеда Исаева, которому свои же проломили башку. Жалко Носову, наглотавшуюся таблеток. Безмерно жалко ее бабушку с дедушкой, положивших на внучку жизнь. Валерия Гай Германика сняла фильм, который заставил думать и переживать людей самого разного возраста, а значит, она нащупала общие для всех болевые точки, связанные не только и не столько с проблемами школьного образования, сколько с проблемами человеческих отношений. А именно они во все времена и являются главным предметом исследования подлинного художника. И шок, который некоторые зрители испытали во время просмотра, - это шок от осознания и, быть может, просветления, ибо так, как живут многие сегодня, жить нельзя.

"Где свет в конце тоннеля?" - кричали на обсуждении "Школы" ретивые общественные деятельницы. Если бы знать! Но почему в ответе за этот тоннель и за этот свет должен быть именно сериал "Школа"?

Комментарии
Прямой эфир