Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир

У Глеба Агеева от родителей осталась только фамилия

В четверг Мосгорсуд подтвердил решение Преображенского районного суда об отмене усыновления Глеба и Полины Агеевых. Теперь уже бывшие приемные родители Антон и Лариса Агеевы, приехав в редакцию "Известий", рассказали о том, как проходил процесс и какими методами следствие пытается доказать их вину в истязании ребенка. Все происходящее Агеевы считают не просто беззаконием, а целым заговором
0
(фото: Глеб Щелкунов/"Известия")
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В четверг Мосгорсуд подтвердил решение Преображенского районного суда об отмене усыновления Глеба и Полины Агеевых. Теперь уже бывшие приемные родители Антон и Лариса Агеевы, приехав в редакцию "Известий", рассказали о том, как проходил процесс и какими методами следствие пытается доказать их вину в истязании ребенка. Все происходящее Агеевы считают не просто беззаконием, а целым заговором. В последней мысли они укрепились после появления в прессе фотографий встречи Глеба со своей лишенной родительских прав биологической матерью. "Известия", не веря в конспирологию, обратились в органы опеки. Там нас заверили, что разрешения на встречу не давали. А руководство приюта категорически утверждает, что никакой встречи и не было. Кто лжет?

В редакцию Агеевы принесли кипы документов и фотографии. "Мы напрасно рассчитывали на суд, но, может быть, хоть люди здравомыслящие выслушают нас и поймут, что творится произвол", - говорит Антон Агеев. По его мнению, само рассмотрение дела в Преображенском суде об отмене усыновления по существу было нарушением закона, поскольку в его решении есть ссылка на события 20 марта, когда, по версии следствия, маленький Глеб был избит приемными родителями.

Как надо заботиться о здоровье ребенка?

- Следствие по уголовному делу еще даже не завершено, решения нет, уже поэтому Преображенский суд должен был приостановить рассмотрение иска по существу, - объясняет Агеев. - Есть же статья 215 Гражданско-процессуального кодекса, а тут в гражданском процессе суд оценил версию следствия и на этом основании вынес решение.

Суд учел в своем решении мнение следствия, которое считает, что Глеб Агеев неоднократно подвергался побоям со стороны приемных родителей, но отказался принять во внимание показания свидетелей, соседей Агеевых и педагогов, занимавшихся с детьми в развивающем кружке.

- Это госучреждение, дети там занимались 4 раза в неделю. Они пришли в суд и дали показания под присягой, что регулярно видели Глеба в майке и шортиках и никогда никаких синяков, ссадин, следов побоев не было, в том числе и 19 марта, - рассказывает Антон Агеев.

В протоколе зафиксировано: художественный руководитель кружка заявляет, что если бы травмы были, она непременно заметила бы их.

Суд эти показания во внимание не принял, сославшись на то, что свидетели не были очевидцами событий 20 марта.

Преображенский суд также счел, что Агеевы не оказывали должного внимания и не проявляли заботы о здоровье детей - они не были поставлены на учет в детской поликлинике и не посещали педиатра. Агеев объясняет: весь год дети не болели, и обращаться к педиатрам нужды не было. Что же касается постановки на учет, то задержка была вызвана длительной бюрократической процедурой оформления полисов медицинского страхования: детям меняли имена и фамилии, потом оформляли прописку. Но все рекомендации медиков, полученные в доме ребенка, Агеевы выполняли. И к специалистам детей водили, причем в платные клиники. Но суд постановил: "То обстоятельство, что Агеевы водили детей к неврологу, ортопеду, стоматологу, не может служить основанием для выводов о том, что они должным образом занимались здоровьем детей, поскольку обследованием врачей Видновской и Морозовской больниц у детей обнаружены диагнозы, требующие лечения..." Ну да, специалисты одной из ведущих клиник страны - Морозовской, с особым тщанием обследовав детей, нашли у них заболевания функционального характера. Но что это подтверждает: наплевательское отношение приемных родителей к детям или известную истину - здоровых людей не бывает, есть лишь плохо обследованные? Агеевы клянутся, что намеревались пройти с детьми ежегодную диспансеризацию, но дети-то в их семье года не прожили.

Эти и другие противоречия не помешали Преображенскому суду отменить усыновление детей, а Мосгорсуд утвердил это решение.

Так что же случилось с Глебом?

Ответ на главный вопрос должно дать следствие. Агеевы предоставили "Известиям" копии двух экспертиз. Согласно выводам первой (28 марта) подтверждений систематического избиения ребенка эксперт не нашел. Он просто написал, что в медицинской карте нет сведений о цвете синяков и кровоподтеков, а потому установить их давность в днях, а следовательно, периодичность и систематичность невозможно. Повторная экспертиза (13 мая - 8 июля) цвет синяков "разглядывала" на фотографиях. Агеев утверждает, что это те фотографии, которые были сделаны в больнице и переданы потом журналистам. Пригодны ли они вообще для работы эксперта? Свет, ракурс, фиксация размеров - это все важно для профессионалов. Изучив эти снимки, эксперты не смогли точно определить время причинения всех повреждений. Но почему-то пришли к выводу, что получал их Глеб Агеев неоднократно. Разошлись они и в оценке вреда здоровью ребенка. В первом случае он характеризовался как "легкий", а во втором - "как средней тяжести". А ведь от этого зависит наказание...

Ну а теперь к вопросу о чайнике и падении с лестницы. Версия о том, что Лариса Агеева била ребенка раскаленным чайником, не подтверждается. Ожог возник от "воздействия горячей жидкости", но не от раскаленного предмета. Правда, заявления Агеевых о том, что ребенок опрокинул на себя чайник, эксперты отвергают: нет ожогов направленностью сверху вниз (потеков). Мальчик, как считают эксперты, не падал с лестницы. И собака его не царапала и не кусала. Вот только как же ребенок получил все эти синяки, ссадины и ожоги? Чем их наносили? Об этом эксперты не пишут.

Таинственная встреча

В четверг в одной массовой газете появилась статья о встрече Глеба с лишенной родительских прав биологической матерью Галиной Чепайкиной. И фото: женщина целует ребенка в губы. Сергей Альбертов, директор приюта, в котором находится мальчик, заявил "Известиям", что никакой встречи не было и быть не могло, а в газете фотомонтаж. На том, что Чепайкина с ребенком не встречалась, настаивают и в департаменте молодежной и семейной политики правительства Москвы. Там подумывают о том, чтобы обратиться в суд. А руководитель опеки "Гольяново" Алексей Устинов заявил, что разрешений на встречу не давал.

Но сами Агеевы уверены, что и встреча была, и сама публикация не случайно появилась в день рассмотрения их жалобы на отмену усыновления. Мальчик - точно Глеб. Но, оговоримся, его биологическую маму они никогда в жизни не видели.

- Чего бы вы хотели от следствия? - спросили мы у Агеевых.

- Честных экспертиз, - ответили они.

- Вам предлагали пройти проверку на полиграфе?

- Мы сами предложили это, но нам сказали, что она еще ничего не доказывает.

А мы в "Известиях" хотим даже большего. Полной правды об этом деле. Независимо от того, приведет ли она кого-то за решетку или оставит на свободе. Дело это настолько кричащее, что следствию и судам надо бы выложиться и сделать все по закону и по совести. Полиграф, следственные эксперименты с чайниками, показания первых дознавателей, видевших травмированного Глеба, экспертиза лестницы, заключение кинологов о поведении собак той породы, которые живут у Агеевых. Не можем сами определить "цветность" синяков? А может, заграница нам поможет? И что скажут разные детские психологи, поработав с детьми независимо друг от друга? Не консилиумом, а индивидуально. Все это делается? Вы уверены?

Не надо подозревать "Известия" в том, что мы покрываем жестокость. Мы за правду и за закон, который не раз в ходе дела Агеевых, мягко говоря, интерпретировался странным образом. А еще мы когда-то с горечью писали: многие ли из тех, кто негодовал в интернете, после этого возьмут в свою семью отказных детей? Того же Глеба?

В четверг руководитель опеки "Гольяново" Устинов сказал нам: за все эти месяцы ни одного обращения от желающих усыновить Глеба Агеева к нему не поступило. По поводу Полины была пара телефонных звонков. А по поводу Глеба ни одного. Тот случай, когда мы вовсе не рады, что "Известия" оказались правы.

Читайте также
Реклама
Комментарии
Прямой эфир