Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Ублюдки" пленных не берут

Каннский фестиваль представил одного из фаворитов конкурсного показа - картину Квентина Тарантино "Бесславные ублюдки". Конкуренцию ему составили "Разорванные объятия" в постановке еще одного кумира киноманов Педро Альмодовара и "Пророк" французского режиссера Жака Одиара
0
Победный танец Квентина Тарантино перед триумфальной премьерой "Бесславных ублюдков" (фото: AP)
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Каннский фестиваль представил одного из фаворитов конкурсного показа - картину Квентина Тарантино "Бесславные ублюдки". Конкуренцию ему составили "Разорванные объятия" в постановке еще одного кумира киноманов Педро Альмодовара и "Пророк" французского режиссера Жака Одиара.

"Пророк": из жертвы в мафиози

Тарантиновские "Бесславные ублюдки" явно готовились организаторами фестиваля как десерт. Они стоят ближе к закрытию - идеальное время: почти все основные соперники уже "отстрелялись", а кинематографический бомонд еще не разъехался.

Но уже с первого дня в конкурсе появились фильмы, которым и критика, и публика прочили награду. В рейтинге прессы стабильно лидировали Джейн Кэмпион с картиной "Яркая звезда", о которой "Известия" уже рассказывали, и "Пророк" Жака Одиара (в России этот режиссер стал широко известен в 2001 году благодаря фильму "Читай по губам").

 Одиаровский "Пророк" - мрачная и сильная тюремная драма про молодого человека, который попал в заключение по какому-то невнятному и явно неадекватному серьезному сроку обвинению. Парню 19 лет, он левак, родом из Северной Африки, и его легко берет "под колпак" контролирующая тюрьму корсиканская мафия. Но герой слишком умен и вынослив для роли жертвы и постепенно становится хозяином положения. В главной роли снялся новичок в большом кино Тахар Рахим.

Многие уже сравнивают "Пророка" с хитом Каннского фестиваля прошлого года итальянской "Гоморрой" - с почти документальным повествованием о сицилийской мафии. Картина Одиара явно может рассчитывать на один из основных призов, но вряд ли, впрочем, на главный. Но не только потому, что конкурс чрезвычайно силен. На прошлом фестивале "Золотую ветвь" взял французский "Класс". И хозяева фестиваля, наверное, не захотят награждать себя два года подряд.

Пенелопа Крус работает под Одри Хепберн

Главной кандидаткой на приз "За лучшую женскую роль" пока, на мой взгляд, является Пенелопа Крус, сыгравшая в фильме Педро Альмодовара "Разорванные объятия". В прошлом году испанская звезда была в Канне с картиной Вуди Аллена "Вики Кристина Барселона", где появилась в образе истеричной художницы, которая никак не может обрести гармонию в отношениях с бывшим мужем и моментами очень напоминала Анну Маньяни. Здесь у нее совершенно другая роль и иной стиль - стиль "Одри".

Внешнее сходство Пенелопы Крус с легендарной Хепберн проступало уже давно. Здесь же оно подчеркнуто эксплуатируется в утонченном, беззащитном и аристократичном облике героини, за которым, впрочем, скрывается очень сильная женщина. Этот фильм удивителен тем, что Альмодовар сумел создать изысканнейшее зрелище, привнеся в свой сценарий сюжеты не просто мелодраматические, а почерпнутые из самого настоящего латиноамериканского мыла.

Мы встречаем главного героя (Луис Омар) в 2008 году. Он слеп - пока не понятно по какой причине. По профессии сценарист, но когда-то был режиссером. При нем состоят помощники: юноша-секретарь и женщина средних лет - продюсер. Много лет назад герой отверг свое настоящее имя, откликается только на псевдоним и редко вспоминает о своем прошлом. Но однажды ему приходится всё рассказать секретарю, который, как смутно догадываешься уже в самом начале, оказывается его сыном.

Оказывается, что 15 лет назад у героя была возлюбленная Елена (Пенелопа Крус), начинающая актриса. Их роман возник прямо на съемочной площадке. У Елены был покровитель - могущественный финансист, который не одобрял увлечение любовницы кинематографом, однако решил дать деньги на картину, чтобы иметь возможность контролировать ситуацию. Контроль над событиями он в конце концов утрачивает - как, впрочем, и все герои картины.

Сложные интеллектуальные ходы фильма органично сочетаются с самой что ни на есть бульварщиной, цитаты из киноклассики - со страстями мексиканских сериалов, и надо, конечно, быть Альмодоваром, чтобы привести все это к единому знаменателю. В финале герой садится заканчивать свою картину, когда-то безнадежно испорченную интригами ревнивого финансиста, и произносит ключевую фразу: "Фильм должен быть смонтирован, даже если режиссер ослеп". Думаю, ради этого утверждения Альмодовар и начал снимать "Объятия". В мире кино оно звучит как "Рукописи не горят".

Поздно вечером, возвращаясь домой после просмотра "Белой ленты" Михаэля Ханеке (об этом участнике конкурса - в следующем репортаже), я встретила на набережной Альмодовара с его живописной съемочной группой (Пенелопы Крус среди них не было - слишком узнаваема, чтобы просто так разгуливать по городу) - и они удивительным образом напоминали персонажей из его картины. Видимо, каждый раз Альмодовар действительно снимает фильм про себя...

Брэд Питт громит фашистов

Несколько дней назад, когда в Канн приехал Квентин Тарантино и его пресс-офис разместился на седьмом этаже отеля "Карлтон", мы с друзьями всерьез задумались: если случайно столкнуться с автором "Криминального чтива" в лифте, что можно успеть ему сказать? "Вы гений!" - как-то глупо. Ничего не сказать - обидно. Вот и решили, что самым правильным будет: "Гитлер капут!". В тему его нового фильма.

В конкурсе нынешнего Каннского фестиваля - четыре режиссера, в разные годы завоевавшие "Золотую пальмовую ветвь": Кен Лоуч, Ларс фон Триер, Джейн Кэмпион и Квентин Тарантино. Но, судя по тому, как реагирует на Тарантино публика, ему в Канне отведено особое место.

До показа "Бесславных ублюдков" именно "Разорванные объятия"  были моим личным фаворитом в конкурсе. То, что пресс-сеанс Тарантино, как и в случае с Альмодоваром, поставили на 8.30 утра, поначалу казалось страшной подлостью со стороны организаторов. Сеанс в половине девятого означает, что люди с привилегированной аккредитацией (это в основном корреспонденты главных мировых газет, "Известий" в том числе) должны прийти самое позднее в восемь, чтобы мест хватило. Остальные же занимают очередь часов с шести.

Но накануне показа я прочитала интервью Тарантино, где он рассуждал о том, как это здорово: в Лос-Анджелесе люди лениво плетутся на просмотр к двенадцати, а здесь - к восьми, и это так бодрит! Ранним утром в среду набережная Круазетт и прилегающие к ней улицы представляли собой презабавное зрелище: со всех сторон к фестивальному дворцу наперегонки с поливальными машинами неслись люди...

Впервые в Канне-2009 аплодисменты и приветственные вопли стали раздаваться не на финальных, а уже на вступительных титрах. Спустя пролетевшие как миг два с половиной часа аплодисменты раздались снова, но уже немного растерянные. "Однажды Францию оккупировали немцы", - сообщает Тарантино в начале своего фильма и дальше рассказывает о том, как мог повернуться ход войны, если бы придуманные им персонажи существовали на самом деле. Его герои - это Inglourious Basterds - "бесславные ублюдки": отряд еврейских и американских мстителей во главе с лейтенантом Альдо Рейном (Брэд Питт). Они неуловимы, бесстрашны и жестоки настолько, что перепуганные немцы склонны считать их мистическими пришельцами.

Еще в этой истории есть еврейская девушка Сюзанна Дрейфус (француженка Мелани Лоран). Изысканный бонвиван, полиглот, безжалостный истребитель евреев и при этом весьма расчетливый тип эсэсовский полковник Ланда (австрийский актер Кристоф Вальц). Сотрудничающая с британской разведкой немецкая кинозвезда Бриджитт фон Хаммерсмарк (в этой роли снялась современная немецкая кинозвезда Диана Крюгер). Героический фашистский солдат, "сокровище нации" Фридрих Золлер (прославившийся в "Гуд бай, Ленин" немецкий актер Даниэль Брюль). И еще десяток знаменитых исполнителей разных национальностей, изображающих в том числе лидеров Третьего рейха.

Все аутентично, никакой клюквы. "Мне очень понравилось, что фильм интернациональный, и каждый говорит на своем языке: французы играют французов, американцы - американцев, немцы - немцев, канадцы - англичан", - заметил по этому поводу Брэд Питт.

В подвиги банды "ублюдков" вплетается любовная история - точне, история безнадежных ухаживаний героического немецкого солдата Фридриха Золлера за француженкой еврейского происхождения Сюзанной Дрейфус - владелицей кинотеатра. Она, в свою очередь, влюблена в своего киномеханика - черного красавца Марселя (Жак Идо). Хитросплетения сюжета приводят к тому, что вся гитлеровская верхушка оказывается в один прекрасный вечер 1944 года в кинотеатре, принадлежащем Сюзанне, чтобы присутствовать на премьере фильма, снятого про подвиг "сокровища нации" с ним же в главной роли... А где, по мнению синефила и "видеотечной крысы" Квентина Тарантино, могут произойти события, которые изменят ход истории? Конечно же в кинотеатре.

В "Бесславных ублюдках" есть все, за что мы любим тарантиновское кино. Бешеный ритм (держать зрителя два с половиной часа, да так, что никто и не вспомнил о времени, мало кому дано). Искрометные диалоги. Выдающийся саундтрек. Немалая доля абсурда. Актеры, играющие так, будто каждый из них долгие годы занимался по системе Станиславского. И главное - глубокий смысл, проступающий через захватывающий экшн.

Да, история не знает сослагательного наклонения, но когда это "если бы" произносит большой художник, можно поверить во многое. В то, например, что кинематограф своей силой и жертвенностью способен уничтожить зло. Собственно, именно это - в метафорическом смысле - и происходит в фильме.

"Сказка про темноту": сочно, горько и смешно

История человечества - одна из основных тем Канна-2009. История древняя, из эпохи раннего христианства - как в показанном вне конкурса фильме "Агора" Алехандро Аменабара. И совсем недавняя, представленная в румынском альманахе "Сказки Золотого века". Несколько румынских режиссеров под художественным руководством Кристиана Мунджиу (лауреат Канна-2007, автор фильма "Четыре месяца, три недели и два дня") рассказали об эпохе торжества развитого социализма у себя на родине. Какие-то истории оказались смешными, какие-то - зловещими, но все - абсолютно узнаваемыми, особенно для нас.

"Сказки Золотого Века" показывали в программе "Особый взгляд", как и "Царя" Павла Лунгина. И в той же программе была представлена "Сказка про темноту" молодого российского режиссера Николая Хомерики.

Выпускник Парижской киношколы Хомерики - наверное, единственный наш соотечественник, чей каждый фильм приглашают в Канн. Его картина "Вдвоем" - о том, как сын сидит у постели умирающей матери и на него накатывается безнадежное одиночество, - получила здесь несколько лет назад награду в конкурсе "Короткий метр". Новый его фильм тоже об одиночестве.

И вновь это чувство буквально физически наползает с экрана на зрителя. Хотя "беспросветной" картину не назовешь. Как все фильмы, снятые по сценариям молодого драматурга Александра Родионова, (постоянный соавтор Бориса Хлебникова), это трагикомедия. Героиня - сотрудник детской комнаты милиции Ангелина (блестящая работа Алисы Хазановой) недавно потеряла родителей и хочет вновь обрести утраченное человеческое тепло. Поиск выливается в серию приключений, которые Геля ищет на собственную голову. Слова "горькая и смешная история" давно уже стали штампом, но история, которую рассказывает Хомерики, и вправду смешная и горькая. А еще - очень сочная по языку. Поначалу кажется, что все персонажи, населяющие фильм, разговаривают как люди с улицы - с междометиями, нецензурщиной и невнятицей. Но постепенно понимаешь, что это, конечно, не магнитофонная запись, а тончайшая литературная обработка - как в пьесах Людмилы Петрушевской. Недаром Родионов ее ученик. Сильная все-таки в России драматургическая традиция.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...