Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Высокие ставки в афганской игре

Есть на земле место, в котором сверяются с часами конца истории судьбы империй. "Мене, текел, фарес" - "взвешено, измерено, разделено" - рано или поздно звучит для каждого завоевателя, приходящего в Афганистан со своими форматами мироустройства. Заблуждения, что Чингизхана, что Дизраэли, что Брежнева, что Буша-младшего, что, похоже, по последним новостям из пуштунских провинций, Обамы, - одинакового свойства
0
Максим Шевченко, телеведущий
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Есть на земле место, в котором сверяются с часами конца истории судьбы империй.

"Мене, текел, фарес" - "взвешено, измерено, разделено" - рано или поздно звучит для каждого завоевателя, приходящего в Афганистан со своими форматами мироустройства.

Заблуждения, что Чингизхана, что Дизраэли, что Брежнева, что Буша-младшего, что, похоже, по последним новостям из пуштунских провинций, Обамы, - одинакового свойства.

Все владыки мира или претенденты на владычество полагали и полагают Афганистан отсталой территорией, населенной дикими племенами, с которыми "надо разговаривать на языке кнута и пряника".

И все рано или поздно убеждаются на собственной шкуре (а точнее - на шкуре своих солдат), что Афганистан не по зубам ни одной империи и ни одной армии.

Только Александр Великий, известный в исламском мире и в Афганистане как Зулькарнайн, сумел в какой-то мере договориться с Афганистаном - он продемонстрировал его народам победоносных воинов и принес им свет мысли Аристотеля и Платона.

И Афганистан, пожалуй, только его видит сквозь толщу времени как почти равного пророкам.

Кстати, хорошее отношение, несмотря на войну и разорения восьмидесятых, Афганистан в целом сохранил и к Советскому Союзу, и к его историческому правопреемнику - Российской Федерации.

"Вы строили нам школы, больницы, фабрики и заводы, вы учили сотни тысяч молодых людей современным гражданским и военным специальностям, вы хотели нам добра, хотя и заблуждались относительно той идеологической обертки, в которую это добро упаковывалось" - примерно так сегодня афганцы рассуждают о своих отношениях с Советским Союзом.

И в этом видении нашей страны во многом сокрыта и сама тайна афганской политики.

Да, Афганистан, как сказано выше, становился началом конца многих империй, но те, кто находил правильные форматы отношений с этой страной и с ее народами, оказывались в центре мировой истории.

В этом великая тайна Афганистана: если ты претендуешь на ключевые позиции в мировом масштабе - ты должен иметь свой формат афганской политики, свое присутствие в сердце Евразии.

Если этот формат силовой - ты проиграешь; если же сумеешь понять, что ты можешь дать Афганистану в обмен на его дружбу и партнерство, - ты не только выигрываешь, но и получаешь огромные стратегические возможности.

И дело не в том, что Афганистан - это как бы одновременно и врата, и ключ к цивилизациям Индии, Китая и Персии с их неимоверными человеческими, материальными, культурными и духовными ресурсами.

И не в том, что невозможно проводить вменяемую политику в Средней Азии без афганского формата, без афганской составляющей этой политики.

И даже не в том, что афганцы - одни из лучших воинов в мире, которых лучше иметь в союзниках, нежели во врагах.

А в том, что сегодня на Афганистане сосредоточено внимание таких могущественных мировых сил и он является такой важной ставкой в мировой "большой игре", что, не участвуя в его делах, ты просто автоматически становишься, несмотря на территорию и амбиции, второсортной державой, объектом, но отнюдь не субъектом глобальной политики.

Не хочется еще раз повторять здесь все те геополитические выкладки и пасьянсы, которые демонстрируют высочайший уровень ставок в афганской "большой игре". Достаточно только помнить, что эти ставки не "принимаются" без ведома самих афганцев, без прямого выстраивания отношений с ними.

Равно как не имеет смысла кого-либо убеждать сегодня, что наркопоток из Афганистана в Россию и его катастрофический рост после оккупации этой страны войсками НАТО требуют внятного формирования внятной стратегии взаимодействия с афганскими авторитетами, с теми, кто реально в сегодняшнем Афганистане может прекратить или хотя бы сократить производство опийного зелья.

Одним из парадоксов российской афганской политики является тот факт, что, создавая на протяжении десятилетий эту самую политику, воспитывая и образовывая огромное количество людей из образованного афганского слоя, имея, в конце концов, одну из лучших школ афганистики в мире, Российская Федерация заняла пассивную позицию по отношению к Афганистану.

Ринувшись на помощь сомнительным авантюрам американцев в 2001-2002 годах и вооружив до зубов отвергнутый большинством населения страны так называемый Северный альянс, приведший американскую армию на афганскую землю, Россия смирилась с тем, что западные "союзники" отодвинули ее от всяких форм внятных отношений с Афганистаном.

Россию не позвали даже на мирную конференцию по Афганистану, собранную после силового свержения власти "Талибан"!

И сегодня, несмотря на лицемерные разговоры о необходимости "сотрудничества" (имеется в виду транзит натовских грузов через территорию Российской Федерации), страны оккупационной коалиции не подпускают Россию к Афганистану.

Хотя их политика в Афганистане - худший пример бессмысленной и кровавой неоколониальной авантюры.

Ее безумие выражается хотя бы в том, что сегодня в Афганистане и Пакистане имя "Талибан" из названия радикальной политической группировки превратилось в бренд всякого, в том числе и весьма далекого от идеологии реальных талибов муллы Омара, антиамериканского повстанческого движения.

Массовые убийства американской армией мирного населения (бомбовые удары по свадьбам, похоронам и т.п., сопровождающиеся гибелью десятков женщин и детей), перенос боевых действий на территорию Пакистана и втягивание этой страны во внутриафганскую этнополитическую мясорубку - все это при практически полном отсутствии социальных и бизнес-инвестиций в Афганистан несет угрозу не только этой центральноазиатской стране, но и всему миру. И в первую очередь, кстати, Российской Федерации.

Дошло до того, что сами афганцы, устав от бессмыслицы американского и всякого иного военного присутствия на своей территории, обратились к России с предложением восстановить мирную и внятную афганскую политику.

На этой неделе в Москву для участия 14 мая в Российско-Афганском форуме приезжает представительнейшая делегация афганской политической элиты. В основном это лидеры пуштунов - народа, дававшего на протяжении столетий Афганистану политический и государственный каркас.

Они уверены, что путь к миру и согласию в Афганистане определяется позицией, которую займет Россия.

Осталось только, чтобы Россия нашла в себе силы понять это и вернуться в реальную мировую политику - через Афганистан.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...