Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Заместитель председателя Центробанка Алексей Улюкаев: "Государство должно ограничивать аппетиты госкорпораций"

Мировая экономика выздоравливает, но она уже не будет такой, как прежде. Нам придется привыкать к новой жизни: поменьше гламура и бонусов, побольше консерватизма и бережливости. Для частных инвесторов тоже многое изменится. Гость редакции "Известий" - первый заместитель председателя Центробанка Алексей Улюкаев - вместе с журналистами вспоминал горячие осенние дни и рассказывал, как теперь государство будет по-новому отстраивать финансовую систему
0
фото: Глеб Щелкунов, "Известия"
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Мировая экономика выздоравливает, но она уже не будет такой, как прежде. Нам придется привыкать к новой жизни: поменьше гламура и бонусов, побольше консерватизма и бережливости. Для частных инвесторов тоже многое изменится. Гость редакции "Известий" - первый заместитель председателя Центробанка Алексей Улюкаев - вместе с журналистами вспоминал горячие осенние дни и рассказывал, как теперь государство будет по-новому отстраивать финансовую систему.

"Какое человеку дело до курса доллара?"

вопрос: На прошлой неделе доллар и евро довольно резко выросли. Россияне стали нервничать. Неужели снова девальвация?

ответ: Поражает пристальное внимание наших сограждан к курсовым соотношениям. Такого нигде в мире нет. Какое человеку дело до курса доллара, если он за границу не собирается ехать, и у него нет ни обязательств в иностранной валюте, ни доходов в ней? Но у нас за курсом все пристально следят. И это тревожный сигнал. Он означает, что пока еще доверия к собственной валюте нет.

в: Так почему же доллар вырос сразу на 57 копеек? Что случилось?

о: Ничего особенного не случилось. Это нормальные колебания. Значит, рубль был несколько перекуплен. Слишком быстро он рос, слишком быстро рос фондовый индекс. Инвесторы, которые на этом заработали, поспешили зафиксировать прибыль, как только прошла информация о некотором снижении цен на нефть. Не надо питать иллюзий, что инвесторы в эти месяцы пришли на наш рынок с долгосрочными вложениями. Нет, они хотят поймать коррекцию, зафиксировать прибыль и уйти. И это нормально.

в: А вы выходили на рынок, чтобы поддержать рубль?

о: Мы - нет. Не видим оснований вмешиваться в такую ситуацию. Если будут более серьезные колебания, будет основание их сглаживать.

Девальвация: "прошло два месяца, и все забыто"

в: В период "плавной девальвации" ЦБ потратил половину резервов на поддержание курса рубля. Не жалеете?

о: Не половину, конечно, а около трети. Не просто не жалею, я твердо убежден, что это было правильно. Неверно считать, что Центральный банк, как держатель резервов, является их собственником. Мы не собственники. Мы лишь управляем ими. А резервы - это актив экономики, людей. Люди у нас приняли рубли. Эти рубли обеспечены. Чем? Вот этими резервами они и обеспечены. И мы обязаны в интересах экономики, в интересах домашних хозяйств, бизнеса управлять резервами. Конечно, мы могли бы "сэкономить", не поддерживать рубль. Но зачем? Этим мы поставили бы держателей рублей в сложное положение. Мы создали бы огромные проблемы банкам, которые бы не пережили резкую девальвацию, их заемщикам, гражданам... И все для того, чтобы просто иметь лучшую цифру по резервам? Я считаю, что это было бы безответственно.

в: То есть золото Центробанка - это не сокровищница, которую надо беречь?

о: Это золото всех. Резервы - это всего лишь способ обеспечить стабильность национальной валюты. Так что мы все правильно сделали. Только что прочитал в докладе одного инвестиционного банка, что Центральный банк провел лучшую операцию за всю последнюю историю: довольно глубокая девальвация не оставила после себя негативного следа. Прошло два месяца, и все забыто.

в: А если бы вы не тратили резервы и доллар скакнул бы за два дня с 24 рублей до 34?

о: Были бы очень большие проблемы. Произошло бы немедленное крушение большого количества банков, началась бы паника вкладчиков. Всех спасти мы бы просто не успели. Еще одно последствие - курс рубля на этом мог бы не остановиться, мы вошли бы в неконтролируемую спираль девальвации.

"Было несколько очень тяжелых дней"

в: Вы помните самый страшный день, когда опускались руки?

о: Я всегда руководствуюсь притчей про двух лягушек, одна из которых сложила лапки и благополучно утонула в кувшине молока, а другая прыгала, сбила молоко в масло и вылезла. Опускать руки не надо, нужно сбивать масло. Но было несколько действительно очень тяжелых дней. Прежде всего это было 16-18 сентября, когда началась глобальная биржевая паника после крушения "Леман бразерз". Пошли первые сигналы о том, что в российских банках большие проблемы, вкладчики волнуются. На бирже не было оплачено порядка 30 миллиардов рублей заключенных сделок в день! Индексы упали.

Одновременно началось давление на рубль. Все это - за несколько дней. Вот мы и сидели ночами. Остановили биржу и вручную распутывали клубок неплатежей. Тогда родилось сразу несколько новаторских, не свойственных Центральному банку, решений, в том числе по поводу беззалоговых кредитов. Если бы кто-то нам сказал за полгода, за три месяца, что такое будет, Боже упаси. Лучше уж заявление на стол, как говорится...

Потом были очень тревожные дни в середине ноября, когда шел массовый отток денег с депозитов населения. Мы делали шаги, не зная точно, какими будут последствия. Вообще, период с середины сентября по начало декабря был чрезвычайно тяжелым. Я тогда решил: когда смогу позволить себе выехать в первую командировку, это будет означать, что жизнь налаживается. Это случилось в начале декабря.

"Дело пошло на поправку. Но не надо понимать ее как возвращение к тому, что было"

в: Сейчас обстановка другая? Можно в командировки ездить?

о: Конечно. Обстановка существенно менее нервная. Гораздо более предсказуемая. Да, непростая. Но принципиальное отличие "сейчас" от "тогда" в том, что тогда макроэкономическая среда была непрозрачна, мы действовали зачастую вслепую, как в тумане. Решения надо было принимать на ощупь, интуитивно, гипотетически представляя, как ситуация будет развиваться дальше. Я не припомню такого положения, наверное, с 1991 года. Сейчас же ситуация вполне понятная: сложная, но прогнозируемая.

в: Считаете, все будет хорошо?

о: У меня есть хорошие основания для позитивных ожиданий. Это касается и валютной сферы, и перспектив банковской системы. И когда говорят про всякие эти "вторые волны", я отвечаю: никакой второй волны не будет, потому что не было первой. Мы склонны называть одними и теми же именами разные вещи. Главная проблема сентября-декабря - ликвидность. Шло бегство из всех активов в деньги, наличность. И бабушки, и крупные концерны - все старались брать деньги и сидеть на них, ни в коем случае не отдавать... В таких случаях кризиса ликвидности - нужно очень быстро пожар заливать деньгами, с перехлестом. Давать больше, чем нужно. А сейчас ситуация другая. Сейчас ничего не надо заливать.

в: Ситуация стала стабильнее, но можно ли сказать, что во всем мире дело пошло на поправку?

о: Я считаю, что да, пошло на поправку. С точки зрения предсказуемости. Но не надо понимать эту поправку, как возвращение к тому, что было. То, что было, было ненормально. И мы, и весь мир в последние 7-8 лет развивались ненормально быстро. Сложилась ситуация глобального экономического перегрева, глобальных "пузырей". Но мировая экономика не может иметь темпы 5%-ного роста в год в течение нескольких лет. Это огромные риски, это создает инфраструктурные, ценовые, межстрановые, экологические дисбалансы. Вот эти самые дисбалансы и выстрелили. Теперь, я полагаю, мы вернемся к более медленному и спокойному росту.

"Нам никуда не деться от мировой инфляции"

в: Но триллионы долларов, которыми Америка и другие страны накачивают мир, еще аукнутся?

о: Да, проблема этой огромной ликвидности будет сохраняться в течение долгого времени. Нам никуда не деться от мировой инфляции. Но важно, чтобы были сделаны выводы из нынешнего кризиса. Финансовые власти должны стать осторожнее, консервативнее, регулирование финансовых рынков и институтов должно стать "контрциклическим". Когда все хорошо - создавать резервы, чтобы потом, когда будет плохо, их использовать. Надо, чтобы все инновационные инструменты и институты, типа хедж-фондов, которые фактически не регулировались, были взяты под контроль. И надо, конечно, чтобы в мире ликвидировался грандиозный базовый дисбаланс. Чтобы Китай меньше сберегал и больше потреблял, а США - наоборот. И тогда даже при большом объеме ликвидности кризиса не будет, будет просто инфляция. Контролируемая.

"Аргументов на стороне доллара больше"

в: Вы всегда пропагандировали корзину, в которой должны храниться разные валюты. Сейчас на что делать ставку - на доллар или евро?

%%VYNOS1%%о: Мой друг Егор Гайдар говорит, что тот, кто делает прогнозы относительно цены на нефть, рискует профессиональной репутацией. То же самое и с прогнозом относительно курсов валют. Когда ты делаешь этот прогноз, ты должен прогнозировать мировой экономический рост, его структуру, бюджетное состояние и так далее. Есть аргументы на стороне доллара, есть аргументы на стороне евро. Мне кажется, на стороне доллара их больше. Списывать его со счетов рано. Доллар будет оставаться резервной валютой еще долгие годы.

в: Сколько наших резервных денег вложено в американские бумаги и остались ли у нас в порт-феле облигации ипотечных агентств?

о: Нет, облигаций ипотечных агентств не осталось. Около трети наших международных резервов инвестировано в государственные ценные бумаги США, в основном короткие.

"Госдолг означает, что с бюджетом не все в порядке"

в: Министр финансов Алексей Кудрин заявил недавно, что в 2010 году Россия опять может выйти на рынок внешних заимствований. Зачем нам опять лезть в долги и занимать под 8-10%, если сами размещаем под существенно более низкие ставки?

о: Чем больше мы тратим резервов из госфондов, тем выше будет для нас цена заимствований. Поэтому лучше занимать тогда, когда у нас есть резервы, чем тогда, когда у нас их не будет.

в: Потому что инвестиционный рейтинг выше?

о: Рейтинг выше. Кроме того, это вопрос стратегического планирования. Пока есть резервы, у нас есть возможность занимать на приемлемых условиях. Если резервов не будет, придется кредитоваться на кабальных.

в: Ваше мнение - нам все-таки придется занимать за рубежом?

о: Если в 2010-м у нас будет дефицит на уровне 4-5% ВВП, я считаю, что надо часть его финансировать за счет заимствований - и внешних, и внутренних. Ничего страшного в этом нет.

в: Хотелось бы, чтобы наши читатели получили ответ на простой вопрос: почему мы всегда в долгах? В 90-е годы государство занимало, в 2000-е - крупные компании. Где конец этой истории?

о: А почему должен быть конец? Госдолг означает, что с бюджетом не все в порядке: расходов слишком много, они не оптимизированы, не эффективны, а доходов маловато. В хорошем варианте - это явление временное. Корпоративный внешний долг - это немножко другое. Из-за высокой инфляции корпорациям дешевле занимать там, где такой инфляции нет, что позволяет держать низкие процентные ставки. Такие заимствования выгодны, но рискованны, в чем мы сейчас убедились. Как себя должен вести в этом случае регулятор? Запрещать? Нет. Он должен демотивировать так много занимать за границей. Мы это делали, но слишком робко, вяло. Для всех нас все произошедшее должно быть хорошим уроком. Представители государства должны ограничивать аппетиты госкорпораций в плане внешних заимствований. Государство может сказать: покажи мне свой инвест-план, давай его обсудим, зачем ты будешь занимать? Если ты собираешься кредитоваться, чтобы бурить на шельфе, вводить новые месторождения, - это одно дело. А если задача приобрести заграничные активы - это другое дело. Вот это мы одобряем, а вот это не одобряем.

в: Но этим никто не занимался?

о: Нет, потому и упустили ситуацию.

%%VYNOS2%%в: Все будущие крупные такого рода заимствования должны быть одобрены правительством?

о: Безусловно.

"Банки начнут нормально выдавать кредиты"

в: Снижение ставки рефинансирования в четверг выгодно для бизнеса, но не подстегнет ли оно инфляцию?

о: Более дешевые деньги, конечно, появятся, но они уйдут в экономику. Банки начнут нормально выдавать кредиты. Сейчас они говорят нам: мы не можем кредитовать под нормальный процент, нет заемщиков с небольшими рисками. А под 20-25% никто брать не хочет - многовато. Если благодаря снижению ставки цена кредита снизится до 18%, то уже будет нормально, 16% - еще лучше. Значит, у банков появятся реальные заемщики, и деньги уйдут в экономику.

в: А что происходит со вкладами?

о: Начиная с декабря постоянно идет прирост вкладов. Изменилась их структура - к февралю до 34% (почти в 3 раза. - "Известия") выросла доля валютных вкладов населения. Сейчас произошло небольшое движение назад до 31%.

"Общество любит, когда жирных котов гоняют"

в: Премьер на совещании в прошлую среду наконец дал понять, что государство готово войти в капитал банков первого уровня. При этом жестко контролировать использование госресурсов. Наложат ли наконец лимиты на безграничные бонусы банкиров?

о: Государство входит в капитал, становится собственником, отправляет представителей в совет директоров. Через них участвует в принятии решений. Могут и бонусы ограничить.

в: Возможно, пригодится опыт западных банков, где государство решило жестко регулировать бонусы?

о: Тут нет большой доблести. Это легче всего: регулировать бонусы, зарплату... Это все равно как Немцов хотел госчиновников на "Волги" пересаживать. Это популизм. А реальный контроль - это жесткие, консервативные надзорные требования. Чтобы банки правильно формировали резервы, чтобы у них достаточный капитал был - не дутый, а настоящий. Все остальное вторично. Очевидно, что это кивок в сторону общественного мнения. Общественное мнение любит, когда жирных котов гоняют.

в: Но вы - как член совета директоров двух госбанков, основных получателей госпомощи, - уже можете влиять на бонусы.

о: Могу. И более того, мы будем это делать. Такое решение уже принято по ВТБ - не выплачивать бонусов. По Сбербанку также могут быть приняты ограничительные решения.

в: Еще одна претензия банкам: они получают деньги от государства и даже не отчитываются, куда их потратили. А какой-нибудь владелец пекарни взять кредит не может. Чем он хуже?

о: Устойчивость банков - это национальная платежная система, надежность расчетов и сбережений - по сути, достояние общества.

"Инвестиции в малый бизнес надежнее, чем вложения в закредитованных господ из профсоюза олигархов"

в: Идея - в плане бреда: создать некий институт по поддержке конкретных пекарен...

о: На самом деле мне тема малого бизнеса в последнее время стала очень близка. Я считаю, что его кредитование, обслуживание очень важно для банковской системы. Это реально надежные активы. Пожалуй, надежнее, чем вложения в наших уважаемых, но закредитованных господ из профсоюза олигархов. И с точки зрения банков это менее рискованно и более правильно. Если говорить примитивно, то какое будущее у наших банков? Крупный бизнес будет обслуживаться на Западе. Население будет обслуживаться у "дочек" западных банков - брать ипотеку, автокредиты и так далее. А вот малый и средний бизнес может апеллировать только к российским банкам, потому что только они понимают его специфику, его риски. И это ниша, в которой наша банковская система будет выигрывать.

Вот мы сейчас с Российским банком развития запускаем программу. Они получают 30 миллиардов государственных денег. Потом кредиты, которые выданы малому бизнесу отобранными по специальному конкурсу региональными банками, рефинансируются из этих средств Российским банком развития. А мы сможем, в свою очередь, рефинансировать его. Наши деньги будут стоить для РосБР 11-12%, его деньги для региональных банков - 13-14%. Конечный заемщик - тот же владелец пекарни может получить ссуду под 16-17%.

"Очень важно, чтобы мы уроки кризиса восприняли"

в: Мы недавно напечатали колонку "Неужели кризис пройдет, а мы так ничего и не поймем?". На ваш взгляд, это утверждение справедливо?

о: Абсолютно. Я часто вспоминаю, как в июле прошлого года был в одном из регионов нашей черноземной полосы и беседовал с губернатором. Он такой неординарный человек. Он мне говорит: "Я мечтаю о двух пинках под зад: чтобы цены на нефть упали и чтобы нам перестали давать деньги за границей". Я ему говорю: "А зачем тебе это?" Он: "Вот тогда будем по-настоящему заниматься сельхозпроизводством, внутренним рынком и так далее". Все очень логично объяснил. И через два месяца все это и случилось.

в: Это не его в Совет Федерации послали?

о: Нет, это другой. Он продолжает работать губернатором. Тут что важно? Отрезвляющее воздействие шоков должно быть и не должно забываться. А то гром грянул, мужик перекрестился и продолжает делать то же самое. Слава Богу, пронесло. Конечно, очень важно, чтобы мы в самом деле уроки кризиса восприняли правильно, как добрую науку, чтобы мы рисков принимали поменьше, были более консервативными, более осторожными, меньше заимствовали, больше сберегали. В соответствии с постулатами протестантской этики, что Бог любит трудолюбивых и бережливых.

"Гламур - он как квартал красных фонарей"

в: Это к вопросу о бонусах. Без этики мы опять можем оказаться в пропасти...

о: Конечно. Должны быть внутренние ограничители. Большая скромность. Если, кстати, мы посмотрим на такую сторону, как образ жизни богатых людей у нас и на Западе, то увидим, что там топ-менеджеры в дорогущих костюмах не ходят, запонки "Картье" и "Монблан" не носят. Есть рубашечка долларов за 40 с пуговицами, простенький галстучек. Ничего - прекрасно обходятся. В развитых странах гламур находится в некоей резервации - там преимущественно обитают представители шоу-бизнеса. А серьезные люди из мира бизнеса и политики находятся в другом измерении. Гламур, показное потребление - как квартал красных фонарей: он везде есть, но существует за чертой.

в: Какое сейчас самое правильное инвестиционное поведение?

о: Не суетиться. Любое решение неквалифицированных инвесторов, коими мы все как граждане являемся, работает на обогащение банков и других профессионалов. Все равно мы заплатим комиссию, в целом большую, чем любой наш выигрыш. И лучше этих решений не принимать без очень веских оснований.

в: Может, пора покупать акции?

о: Зачем? Я считаю, что если есть свободные денежные средства, то первый приоритет - вложить их в предметы потребления. Скажем, откладывал человек на покупку автомобиля. Государство сейчас субсидирует процентную ставку - возьми автокредит и купи. На жилье цены снижаются. Возьми ипотеку и купи. Это реальные инвестиции в свою жизнь, а не в какой-то финансовый актив, судьбу которого ты не контролируешь. В квартире ты хотя бы жить будешь, на машине ездить.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...