Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Как я прощался с крейсером

В 1990 году крейсер "Свердлов", над которым с 1957 года шефствовал алтайский комсомол, отслужил свое. Решено было вычеркнуть его из списков флота, спустить флаг. Для прощания в Лиепаю поехала делегация: ветераны-"свердловчане", представители крайкома ВЛКСМ и я, тогдашний корреспондент газеты "Молодежь Алтая".
0
Сергей Тепляков, собкор "Известий" по Алтайскому краю
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В 1990 году крейсер "Свердлов", над которым с 1957 года шефствовал алтайский комсомол, отслужил свое. Решено было вычеркнуть его из списков флота, спустить флаг. Для прощания в Лиепаю поехала делегация: ветераны-"свердловчане", представители крайкома ВЛКСМ и я, тогдашний корреспондент газеты "Молодежь Алтая".

Построенный в 1952 году, "Свердлов" сразу же стал известен на всю Европу — именно на нем советская делегация прибыла в Англию на коронацию Елизаветы II. Британские шпионы-водолазы пытались изучить винты "Свердлова" — новейшую инженерную разработку. А у командира крейсера Олимпия Рудакова, утверждали сплетники, был роман с младшей cестрой королевы принцессой Маргарет.

Через 38 лет славная жизнь этого корабля подошла к концу. Узнав, что корабль списывают, с него и вовсе начали тащить все подряд. Помню, именно при нас умыкнули бронзовую рынду (судовой колокол) и трап ходового мостика. Один из офицеров удивленно повторял: "Утром еще трап был!" Когда ветеранов крейсера повели на экскурсию по кораблю, лица у них были невеселые: в каютах и на боевых постах — разруха и запустение. Говорили, что крейсер будет продан в Швецию "на иголки", то есть на металлолом. От этого ветеранам становилось еще грустнее. Моряки отпаивали их "шилом" — так на корабле назывался спирт, который выделяли для протирки оптики, но шел он, понятно, на другие цели. Питьевая вода в Лиепае была невероятно плохая, просоленная насквозь. Чай из нее не получался, купить пива в те времена было негде, поэтому все неизменно заканчивалось "шилом". Выпито его было так много, что у представителя крайкома ВЛКСМ обнаружилась на спирт аллергия — он чесался и робко просил водочки.

От Алтайского края привезли подарки — облепиховое масло, какие-то книжки, облепиховое варенье и еще что-то. Все это распределялось по чинам и заслугам, которые определял когда-то служивший на "Свердлове" Игорь Пантюхов, алтайский поэт и потомственный балтийский моряк. Пантюхов поражал меня тем, что, какое бы количество "шила" ни было выпито накануне, утром он всегда спускался на завтрак в кафе гостиницы бодрый, величественный и с газетой в руке.

Банкет состоялся в кафе "Якорь" на территории военного городка. После нескольких тостов слово взял какой-то старый адмирал, заговорил, сбился и уже почти в слезах запел: "Наверх вы, товарищи, все по местам!" Все моряки встали и запели: "Последний парад наступает!" К концу первого куплета они, судя по лицам и бегающим глазам, начали лихорадочно вспоминать, а что же во втором?! Я запел: "Все вымпелы вьются, и цепи гремят", — чем спас честь флота. За что был признан своим и получил призовую рюмку водки.

Но самое удивительное состоялось до банкета, во время прощания с флагом на крейсере. Представьте: по правому борту построена немногочисленная команда, по левому — ветераны. Командир корабля строевым шагом приближается к кормовому флагштоку и, сняв фуражку и опустившись на одно колено, напоследок целует знамя.

Я, заняв позицию, лихорадочно щелкал кадр за кадром. Капитан встал и, стоя спиной к команде, начал как-то особенно долго пристраивать на голове фуражку. Я увидел, что в глазах у него стоят слезы — он пытался их побороть, прежде чем повернуться к людям.

Вся команда опустилась на одно колено, держа головные уборы на левой руке. Знаменная группа с капитаном во главе торжественно промаршировала по палубе. Адмиралы ревут в голос, штатские шмыгают носами. И тут... Все действо снимала группа программы "Служу Советскому Союзу" (очень популярная в те времена передача об армии и флоте), руководитель которой говорит: "Не получилось! Надо переснимать!"

И его послушались! Командир и знаменщики вернулись на исходную, команда опять встала на одно колено и попрощалась со знаменем еще раз. Вот только теперь не плакали, а хихикали.

На память о крейсере нам всем подарили его фотографию, тельняшку и по какой-нибудь детальке. Мне достался корабельный свисток, с которым я потом несколько лет ходил на рок-концерты.

Комментарии
Прямой эфир