Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Размышления о высоком и пользе градостроительных идей

Уже который месяц в Санкт-Петербурге идет нешуточная и яркая полемика вокруг планов строительства высотного здания на берегу Малой Охты, которое, по замыслу инвесторов и архитекторов, должно стать "новой архитектурной доминантой" Санкт-Петербурга. Сторонники проекта настаивают на том, что город не может жить лишь своим великолепным прошлым и нынешнее поколение имеет право и возможность создать архитектурный шедевр. Противники утверждают: следует законсервировать Петербург как город-музей, сохранив его нынешний облик, а все архитектурные эксперименты губительны для петербургского ландшафта.
0
Заинтересованное обсуждение проекта "Охта центр" пошло ему на пользу
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Уже который месяц в Санкт-Петербурге идет нешуточная и яркая полемика вокруг планов строительства высотного здания на берегу Малой Охты, которое, по замыслу инвесторов и архитекторов, должно стать "новой архитектурной доминантой" Санкт-Петербурга. Сторонники проекта настаивают на том, что город не может жить лишь своим великолепным прошлым и нынешнее поколение имеет право и возможность создать архитектурный шедевр. Противники утверждают: следует законсервировать Петербург как город-музей, сохранив его нынешний облик, а все архитектурные эксперименты губительны для петербургского ландшафта.

Практически все значимые персоны российской политики, общественной жизни, деятели культуры так или иначе обозначили свое отношение к взбудоражившему город на Неве проекту "Охта центр". За время дискуссии проект трансформировался в общественно-деловой район, на территории которого планируется построить музей современного искусства, концертный зал, крытый каток и парки, новую набережную вдоль Невы... К финансированию проекта подключился "Газпром", налоги "дочек" которого составляют примерно 15 процентов бюджета Санкт-Петербурга.

Очевидно, что заинтересованное обсуждение пошло "Охта центру" на пользу. Хотя не всегда участники дискуссии оставались в цивилизованных рамках и высказывались компетентно. Но есть люди, к мнению которых действительно стоит прислушаться. Одна из таких персон - председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Санкт-Петербурга Вера Дементьева. Будущий хранитель памятников Санкт-Петербурга родилась в 1950 году в семье коренных ленинградцев. В 1973 году закончила факультет теории и истории искусства Академии художеств. Отношение Веры Анатольевны к громкому проекту, высказанное корреспонденту "Известий", мы и представляем сегодня читателям.

Вера Дементьева: "А вдруг это шедевр?"

- В прошлом, по историческим меркам совсем недалеком, в Петербурге был осуществлен грандиозный градостроительный эксперимент. Город творился во славу Российской империи. Здесь все сошлось: воля государей-градостроителей Петра I, Екатерины II, Александра I, колоссальные человеческие и материальные ресурсы, великая градостроительная идея - столица как апофеоз российских побед. Творческий гений зодчих прошлого дал адекватный ответ градостроительной задаче. Нам в наследство достались универсальной славы ансамбли российского градостроительства, проникнутого величием национальной идеи.

Сегодня Петербург вновь превратился в крупнейшую строительную площадку в Европе. Какой город мы строим? Под "мы" я имею в виду все поколения живущих ныне в Петербурге, а не только власти и бизнес (застройщиков, строителей, архитекторов). По официальной доктрине мы строим город европейских стандартов, вторую столицу (она же - культурная столица России). Европейский стандарт - вроде бы задача, близкая градостроительным замыслам Петра I. Но то ли не "греют" творческое воображение слова "стандарт" и "вторая столица", только результатами архитектурной и строительной деятельности последнего десятилетия недовольно абсолютное большинство горожан. Градостроительные ошибки пересчитывает власть и общественность. Почти всеми осознана ценность петербургского исторического ландшафта, его открытых пространств и силуэта, видов и панорам.

Самыми волнующими темами повседневных разговоров петербуржцев стали обсуждение объектов нового строительства, катастрофы "уплотниловки", несомасштабность, негармоничность новой архитектуры, сносы ветхих построек в историческом центре. В средствах массовой информации в назидание архитекторам публикуются правила пропорционирования и гармонизации. Но никакие правила сами по себе не создадут архитектурного образа. Исходной образа может стать только идея. Именно отсутствие градостроительной идеи порождало "бледную немощь" современных построек. Не идея, а нужда руководила строительством последнего десятилетия. Нужда в квадратных метрах жилья, офисных и торговых помещений. Нужда торопливого бизнеса. Архитектурное проектирование этим нуждам и отвечало. И в этом историческая объективность. Счастье наше в том, что период натиска нужды мы проскочили быстро. Проскочить проскочили, а вот новую градостроительную идею не распознали. А вернее, приняли в штыки. Конечно же я веду речь о проекте "Охта центр".

Для меня, председателя КГКИОП, наверное, проще было бы занять правовую позицию. Мол, с этим - не ко мне, федеральный законодатель лишил органы охраны памятников права согласования проектов строительства в зонах охраны объектов культурного наследия. "Умыть руки"? Недостойная позиция. Тем более когда дебаты приняли какой-то неправильный, ожесточенный характер. Вот уже и общественные организации, WMF (Всемирный фонд памятников) решили вкупе с нашими активистами взять под защиту исторический горизонт Санкт-Петербурга. Как странно - горизонт! Да чтобы его увидеть, нужно весь город "стереть с лица земли". Подобно цензорам по ассоциациям в башне видят то кукурузу, то кое-что более впечатляющее. В том, что дружно охаивается, как и в компании избивающих, правды нет. И чувство справедливости заставляет задуматься. А так ли уж правы дружно и слаженно кричащие? Скажите на милость, что ж такого плохого в том, что недра России составляют ее богатство? И почему благодарность земле не может быть воплощена в архитектурном образе? Нравится или не нравится, но именно нефть и газ вытянули Россию из пропасти нищеты. Будут другие прорывы, будут и другие символы. В основе концепции "Охта центр" впервые появляется мощная градостроительная идея. Символическая доминанта плюс социально значимый комплекс построек, который город совместно с "Газпромом" намерен соорудить для горожан.

Архитектура башни нова и уникальна как по художественной, так и по конструктивной ее составляющей. С этим не поспоришь. Разрушит небесную линию Петербурга? Напомню, небесная линия - это контур зданий на фоне неба. До сих пор небесная линия более образ, чем квалифицированный и идентифицированный предмет градостроительной охраны. До "Правил застройки Санкт-Петербурга" силуэт охранялся Временным высотным регламентом, введенным в действие только в 2004 году. Это означает, что никакое строение не должно превышать исторически сложившуюся skyline. C главного городского пространства (Большая Нева от Горного института и Английской набережной до Литейного моста) конечно же башню будет видно, но панорамы она не разрушит. А вот предложение разместить башню на намывных территориях Васильевского острова действительно следует отмести. Оттуда она "убьет" силуэт Университетской набережной, Биржи, Петропавловской крепости. Раскрытие башни в створе улиц Кирочной, Фурштатской, Смольного проспекта образует явную доминанту, повторяя прием раскрытия на т.н. трезубец. Не проявится башня и в системе ансамблей площадей. В панорамах берегов Большой Невы (набережных Свердловской, Робеспьера, Смольной) возникает абсолютная доминанта. Из градостроительных ценностей там - наша великая Нева и гениальный Смольный собор. Застройка набережной Робеспьера (вот где состоялась эстетическая катастрофа) лишила обзора Смольный собор. О Свердловской набережной от дачи Безбородко вообще нечего сказать. Вы можете представить открытку с этим видом? Какой город? А неясно, может быть, и Саратов. В видовых секторах у Смольного собора и института создается колоссальное напряжение разных архитектурных образов. Но, обратите внимание, и собор, и институт имеют столь великий запас архитектурной мощи, что держат ансамбль, несмотря на 396-метровое сооружение из стекла и ажурного плетения связей.

В общем, есть над чем поразмышлять тем, кто думает головой, а не поет с чужого голоса. "Думайте сами, решайте сами: иметь или не иметь..." Видно башню или не видно? Дело вовсе не в этом. А вдруг это - шедевр? Позволю напомнить: рождение многих построек петербургского прошлого сопровождалось непониманием современников, а то и хулой коллег. А ныне мы охраняем их как объекты культурного наследия.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...