Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Музей вопреки сатанинской силе

...Как-то, по дороге из редакции домой, автор этих строк невольно подслушал в метро разговор двух парней. Узнал от них, что в доме по Садовой, 302-бис, описанном в романе "Мастер и Маргарита", а также в квартире 50, "которая давно пользовалась если не плохой, то во всяком случае странной репутацией", и по сей день продолжается какая-то чертовщина. Будто бы на стенах шестого подъезда злополучного здания чудесным образом проступает едва ли не весь текст знаменитого романа.
0
Юрий Гринько
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Любопытна предыстория появления той давней публикации, наделавшей в читательской среде много шума.

...Как-то, по дороге из редакции домой, автор этих строк невольно подслушал в метро разговор двух парней. Узнал от них, что в доме по Садовой, 302-бис, описанном в романе "Мастер и Маргарита", а также в квартире 50, "которая давно пользовалась если не плохой, то во всяком случае странной репутацией", и по сей день продолжается какая-то чертовщина. Будто бы на стенах шестого подъезда злополучного здания чудесным образом проступает едва ли не весь текст знаменитого романа; исчезают, чтобы вновь появиться, изображения основных персонажей... На мраморных ступенях лестничной клетки отчетливо видны гигантские следы кота Бегемота. А совсем недавно в квартиру 50 поступила телеграмма от... Воланда. Из Ленинграда.

- Бред! - оценил эту информацию мой коллега Владлен Арсеньев, которому я вечером того же дня поведал об услышанном. - Но слухи проверить стоит.

Договорились завтра же проделать это... И вот мы на Патриарших прудах. Сияло солнце, голубело небо. Стоило, однако, подойти к аллее, что некогда располагалась рядом с трамвайными путями и злополучной вертушкой, где Аннушка-чума пролила масло, - задул свирепый ветер, началась снежная круговерть. Вдали сверкнула молния, и густо заворчал гром...

Мы не без труда нашли искомый дом, а войдя в подъезд, ахнули: все было так, как рассказывали мои случайные попутчики в метро. И строки романа, и портреты Мастера, Маргариты, Воланда и его свиты, даже следы Бегемота - вот они! Какая огромная работа проделана бесчисленными поклонниками романа на лестничных пролетах, удивлялись мы, - цветными мелками, гуашью, фломастерами, гвоздями...

В репортаже, написанном вечером того же дня и утром сданном в набор, мы рассказали обо всем увиденном, отдали должное проектировщикам, арендаторам "нехорошей квартиры", которые в меру своих возможностей пытаются сохранить в ней дух булгаковского романа. И высказали убежденность, что со временем в доме, где жил писатель в 1922-1923 годах, обязательно должен появиться музей.

Материал был опубликован в газете 12 января 1985 года - вопреки позиции редактора отдела литературы, уныло бубнившего на утренней планерке о "неоднозначности" творчества писателя, о неких темных пятнах в его биографии. Главный редактор И.Д. Лаптев выслушал "доводы" осторожничающего коллеги и отрезал: "Печатаем".

Менее всего рассчитывали авторы репортажа, что он станет причиной новых дьявольских каверз. На другой же день после выхода газеты в шестой подъезд нагрянули из домоуправления три тетки с ведрами зеленой краски и принялись вдохновенно замазывать расписные стены. На двери квартиры 50 невесть откуда появилась табличка "Не стучать, не звонить!". Всполошилось и руководство "Гипротехмонтажа": что это еще за мемориальные дела в арендованном им помещении? И выдало отеческий наказ: рисунки к произведениям Булгакова - убрать, бездельных посетителей - не пущать...

А в редакцию между тем хлынул поток писем, в которых читатели безоговорочно поддержали идею создания музея-квартиры великого прозаика. Житель Костромы Л. Туманов, много лет занимающийся так называемой "лесной" скульптурой, дал знать: "Среди самых любимых и удачных моих работ те, что посвящены образам "Мастера и Маргариты". Жду, когда сообщите адрес музея, - я готов подарить ему свои произведения".

...После "Известий" о доме 10 по Большой Садовой улице писали едва ли не все центральные газеты. "Нехорошей квартире" посвятило острый сюжет Центральное телевидение. Но время шло, а ничегошеньки практически не предпринималось... Более того, тогдашний начальник главного управления культуры Моссовета В. Шадрин в официальном ответе на публикацию заявил без обиняков: "Музеефицирование указанной квартиры нецелесообразно"... И это несмотря на то, что выступление "Известий" публично поддержали Ч. Айтматов и Б. Ахмадулина, И. Бэлза и А. Вознесенский, А. Жигулин и Бор. Ефимов, В. Лакшин и Б. Окуджава, Э. Рязанов и М. Ульянов, М. Чудакова и Р. Щедрин...

Два десятилетия с лишним минуло с той поры... И лед, как говорится, вроде бы тронулся. Остается надеяться на то, что реинкарнация В. Шадрина не состоится, планы по "музеефицированию" воплотятся в жизнь, и "Воланд и кот Бегемот станут литературными экспонатами"...

Юрий Гринько

В "Известиях" работал в 1978—1989 годах, спецкор газеты по отделу экономики.

На днях в "Известиях" (в номере от 28 марта) была напечатана заметка "Воланд и кот Бегемот станут литературными экспонатами". В ней сообщалось, что правительство Москвы приняло решение о создании музея-квартиры писателя М.А. Булгакова. Похоже, у идеи, которая первой в стране была высказана "Известиями" еще 22 года (!) назад, появился реальный шанс материализоваться.

E-mail: istclub@izvestia.ru Станиславу Сергееву

Комментарии
Прямой эфир