Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Историк и аналитик моды Александр Васильев: "Нужны ли нам сразу две Недели моды?"

Сразу два главных события российской моды - Неделя моды в Москве и Russian Fashion Week - проходят на этой неделе. Почему этих недель две, что мешает организаторам объединиться, как это отражает реальное состояние отечественной моды и чего от нее ждать в будущем? Своими мыслями на этот счет с "Неделей" делится историк и аналитик моды Александр Васильев.
0
Историк и аналитик моды Александр Васильев Фото: Игорь Захаркин "Известия"
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Сразу два главных события российской моды - Неделя моды в Москве и Russian Fashion Week - проходят на этой неделе. Почему этих недель две, что мешает организаторам объединиться, как это отражает реальное состояние отечественной моды и чего от нее ждать в будущем? Своими мыслями на этот счет с "Неделей" делится историк и аналитик моды Александр Васильев.

1. Существование сразу двух Недель моды в России я могу объяснить только русской ленью. На Западе показы начинаются в 8-9 утра, и все, включая элитную публику, без ропота приезжают на метро, потому что пробочки в Милане и Париже будь здоров, а опоздать на такси никто не хочет. Раннее утро - нормальное, а не "плохое" время для показа, как считают в России. Но наш снобизм не позволяет ехать в общественном транспорте, да и к 9.00 мы не встаем, потому что "главные" мероприятия вроде after-party в клубе "Дягилев" начинаются в 2.00 ночи, а заканчиваются к 7.00 утра. И если в Милане и Париже с раннего утра до позднего вечера в день происходит десять показов и все они укладываются в одну неделю, то в Москве они, начинаясь после 5.00, растягиваются на две недели.

2. Кто заполняет залы российских Недель моды? Богема и элита, друзья и родственники дизайнера, родственники друзей дизайнера и случайные лица. В первом ряду, традиционно отведенном для профессионалов, таковых от силы встретишь пять-шесть, тогда как главные редакторы глянцевых журналов, чья прямая обязанность посещать показы, эти мероприятия игнорируют дружно.

Другой обязательный зритель, байер, суть закупщик, в России фигура мифическая, таковой реален только на Западе. Не случайно все наши модельеры свои имена на всякий случай пишут латинскими буквами. Увы, далеки мы от дягилевских времен, когда англичане становились Антоном Долиным и Лидией Соколовой, а норвежка Бриджит Хартвиг стала Верой Зориной! Мы всячески хотим подчеркнуть нашу иностранность, но толку от этого нет, ибо профессиональная несостоятельность большинства участников налицо.

3. Необходимо производить отсев дизайнеров по признаку: продаешься реально - вот тебе показ. От многих дизайнеров я слышу о существовании их персональных бутиков в Париже. Но, прожив в этом городе 25 лет и живо интересуясь модой, ни одного своими глазами не видел, кроме скоро закрывшегося магазина Анатолия Климина. Реально повысить уровень участников может простой принцип: те, кто ценз не проходит, могут участвовать вне списка, off, и там зажигать в ночных клубах, приглашая в качестве моделей светских персон и звезд эстрады. На профессиональном показе звездные модели только подчеркивают несостоятельность дизайнера - за шиком див правильный крой разглядеть трудно.

4. На обеих неделях никто не знает, на какой показ идти, а куда не стоит. Таланты и бездарности есть и там, и тут, но определить это никто не берется. Могли бы зарубежные байеры, но в Россию они ни ногой. Потому что наши модельеры, их потенциальные клиенты, не способны произвести одежду в промышленном масштабе. И сколько бы устроители недель ни рапортовали об успехах, мол, европейские и заокеанские байеры серьезно заинтересованы в нашей моде и скоро приедут - они не приедут. А если кто-то случайно приезжает, с ним носятся как с писаной торбой, как было с Сюзи Менкес. Но дальше русского гостеприимства дело не идет...

И редакторы западных модных журналов в Россию также не приезжают. Зато хватает случайных людей, чье мнение ничего не стоит.

5. Процент местечковости московских недель столь же высок, что на Неделях моды казахской или украинской - я бывал, знаю. Ткани те же, знания кроя и шитья аналогичны, количество выездов за границу такое же крошечное, и по профессиональному уровню никакой разницы между столицей и провинцией. Многими по-прежнему движет тщеславие, чтобы мама и соседки порадовались, а кого-то привлекает возможность досадить школьной подруге, которая говорила: "Ты, Зина, бездарь!" А я вот на Неделе моды выступаю.

6. Не хочу сказать, что все дизайнеры ленивы и бездарны. Из безусловно успешных отмечу Татьяну Парфенову, Александра Арнгольдта, Олега Бирюкова, Игоря Чапурина, из дебютантов- Кирилла Гасилина. Вообще у наших молодых много свежих идей - но только от незнания. Если французы знают, что этот путь тупиковый, и ни за что по нему не пойдут, то русский идет - и достигает успеха упорством и оригинальностью решений. Способствует тому отсутствие Музея моды (сравнить не с чем), контакта с основоположниками моды вроде Славы Зайцева, современного уровня образования, включая знания по маркетингу.

7. Мой прогноз: обе Недели моды объединятся. Но случится это нескоро. Кроме лени и тщеславия дизайнеров камень преткновения - амбиции устроителей, Александра Достмана (Неделя моды в Москве) и Александра Шумского (Russian Fashion Week). За многие годы они пообтесались, поднаторели, но гонор не позволяет им, как когда-то, работать вместе. Каждый уверен, что у него на голове большая бриллиантовая корона, которая не должна ни на миллиметр сдвинуться с макушки. Это неправильно, ибо в единении сила.

Если они думают не только о собственном кошельке и положении в обществе, а еще и о судьбе русской моды, надо объединяться... И, кстати, помнить, что имена дизайнерам делают редакторы моды глянцевых журналов, а уж тем более обозреватели серьезных ежедневных газет".

От редакции: кстати, обозревателя "Известий" на открытие Недели моды в Москве не пропустили именно как представителя прессы...

Комментарии
Прямой эфир