Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Баллада о случном пункте

Будет о чем вспоминать. Например, в "Известиях" - совсем свежее сообщение: "В 2006 году Москва лишилась минимум шести памятников культуры". Минимум! Рушат именно памятное, что издавна отличало этот город хоть от Рио-де-Жанейро, хоть от Санкт-Петербурга. Хоть от самой Москвы, той, которая с Петром I посреди речки и с Дворцом съездов посреди древнего Кремля. Нет, этих-то не сносят, они же не памятники культуры, чего их сносить-то?
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Будет о чем вспоминать. Например, в "Известиях" - совсем свежее сообщение: "В 2006 году Москва лишилась минимум шести памятников культуры". Минимум! Рушат именно памятное, что издавна отличало этот город хоть от Рио-де-Жанейро, хоть от Санкт-Петербурга. Хоть от самой Москвы, той, которая с Петром I посреди речки и с Дворцом съездов посреди древнего Кремля. Нет, этих-то не сносят, они же не памятники культуры, чего их сносить-то?

Причем вандализм так наладился, что его уже и в монографиях увековечивают. Издали, например, коллективный труд "Хроника уничтожения старой Москвы: 1990-2006". Для потомков стараемся - они ведь не смогут увидеть красоту, снесенную навсегда. А в книге - пожалуйста: изображения "чего уничтожили" на фотографиях, как бы отчет о проделанной работе. Не подарить ли эту книгу Генеральной прокуратуре? Есть для нее о чем почитать.

Впрочем, Генеральная прокуратура и без нас знает, отчего бы древняя архитектура вдруг с четырех концов загорается синим пламенем и старинный особняк превращается в пепелище. Так ведь дефицитная земля освобождается. Для кого дефицитная? А для тех, кто на месте уничтоженного памятника культуры строит подземный гараж для "Мерседесов", а при гараже - небоскреб для проживания владельцев этих автомобилей.

Вот ведь какое варварство стало твориться, возмущаемся мы. Стало?! Да нет, вполне традиционное варварство. Для исторических реминисценций мне далеко ходить не надо. В нашем дворе стоит дом бригадирши Артемьевой - один из самых старых в Москве жилых домов. Так эти палаты на моей памяти горели раза три. Кто поджигал, не знаю, а зачем - знаю: чтобы на месте старинных хором стоянку для автомобилей учинить. Пожарники, спасибо им, отстояли.

А поджигали-то сокровища еще в середине прошлого века, давняя традиция-то. Вот и позвольте внести в наш разговор некоторую историчность, некую перекличку поколений.

Последний адрес Пушкина: Петербург, Мойка, 12. Если кто помнит, чего только на стене этого бесценного дома посетители на память о себе не писали, например, насчет гонорара поэта хихикали. Смотрители музея повесили рядом с входной дверью огромный щит с чистыми листами бумаги - "Место для любителей оставлять автографы". На этом щите каждый вечер бумагу приходилось менять, чтобы подготовить место для глумливых "автографов" очередных паломников. Здесь умер Пушкин, здесь билась в горе Наталья Николаевна, здесь плакали люди, составившие славу России. О чем хихикать-то? Юдоль ведь!

А уж насчет лермонтовских Тархан... до сих пор самому себе не верится. Мемориальный дом бабушки Арсеньевой в Тарханах, где родился Михаил Юрьевич, стоит на маленьком как бы полуострове, вокруг речка огибает. Так вот некогда я застал на этом полуостровочке механические мастерские, дровяной склад и... случной пункт для лошадей. Не нашлось на Руси другого места для эротических игрищ колхозных кобыл. Я не против случного пункта. Он, конечно, тоже нужен. Но не обязательно же в оазисе российской культуры.

Рассказывать об этом "Известия" в свое время не стали. Знаете, все-таки лошадиный случной пункт посреди лермонтовской усадьбы - это уж очень чересчур. Но надо отдать должное, благодаря вмешательству газеты это безобразие из мемориала немедленно убрали. Все-таки, как видите, удавалось кое-чего на ниве культуры добиться, защитить. Сейчас это стало получаться все хуже и хуже.

Можно ли без культуры обойтись? Конечно, можно. И многие обходятся. Но дело ведь в том, что культура превращает млекопитающее в человека.

Комментарии
Прямой эфир