Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Музыкант Михаил Турецкий: "Петь в микрофон мы научились у Кобзона"

Однажды скромный молодой дирижер малоприметного еврейского хора Миша Турецкий почувствовал, что так дальше петь нельзя. И превратил свой коллектив в арт-группу имени себя. Голосистые мужчины поставили на стиль crossover, то бишь адаптировали популярную классику и фолк для эстрадного употребления. Прием сработал изумительно. На концерты "Хора Турецкого" народ стал ломиться, как на шоу поп-звезд. Нынешней весной команда наконец выпустила свой первый полноценный альбом.
0
Михаил Турецкий: "Петь в микрофон мы научились у Кобзона" (фото Игорь Захаркин, "Известия")
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Однажды скромный молодой дирижер малоприметного еврейского хора Миша Турецкий почувствовал, что так дальше петь нельзя. И превратил свой коллектив в арт-группу имени себя. Голосистые мужчины поставили на стиль crossover, то бишь адаптировали популярную классику и фолк для эстрадного употребления. Прием сработал изумительно. На концерты "Хора Турецкого" народ стал ломиться, как на шоу поп-звезд. Нынешней весной команда наконец выпустила свой первый полноценный альбом. В нем два CD и один DVD. Под вывеской "Великая музыка" здесь соседствуют "Мурка" и "Отче наш", "Волшебная флейта" Моцарта и "Синий туман" Добрынина, еврейская литургия "Ерушалаим" и "Широка страна моя родная"... Широту взглядов Михаила Турецкого измерял обозреватель "Известий" Михаил Марголис.

вопрос: Ваша группа не впервые презентует свои проекты в клубе московской бизнес-политической элиты "Монолит". Заведение, можно сказать, закрытое, не каждого сюда пускают. Почему вы его выбираете?

ответ: Я когда-то жил здесь неподалеку, а в период становления нашей группы мы здесь нередко выступали. Здесь мы повстречали многих людей, которые идут теперь с нами по жизни рядом.

в: Что это за люди?

о: Ну зачем перечислять?

в: Просто любопытно.

о: Встречались и с городской администрацией, и с выдающимися юристами, врачами, бизнесменами. Кстати, в этом клубе выступают многие элитные звезды — не поп-культуры, а именно искусства. Спиваков, например, Долина. Я ценю атмосферу этого места, тут достаточно приватно и элегантно. Мы не ставили задачу обрести здесь нужные связи, все само собой как-то происходило. Нас начали приглашать на частные мероприятия люди высокого уровня. Но настоящую славу приносят нам не корпоративные выступления, хотя мы очень востребованы в этом смысле, а гастроли по бывшему Союзу. "Хор Турецкого" сейчас легко собирает по три аншлага в Кремле или питерском "Октябрьском", и потом нас просят назначить дополнительные концерты. Мы — не поп-культура, не шоу-бизнес. Мы в большей степени элитное искусство с вкраплением развлекательных номеров. Даже если мы поем "Мурку", то подходим к ней своеобразно. Для нас это музыкальная пародия.

в: Вы действительно считаете "Хор Турецкого" высоким искусством, а не поп-проектом?

о: Мы смешали эстраду с классикой. Стараемся делать качественную эстраду. Эстраду на консерваторском уровне. По-другому нам просто неинтересно. Даже во время учебы в Гнесинке мне скучно было заниматься только классикой.

в: Верю вам. И тем не менее "Хор Турецкого" вы создали, потому что поняли: если продолжать петь исключительно в хоральных синагогах или в камерных филармонических залах, то презентовать дорого изданный двойной альбом в "Монолите" вряд ли доведется. И ездить в большие туры с аншлагами в Кремле и "Октябрьском" тоже. То есть вы постарались угадать конъюнктуру рынка и удачно продаться?

о: Я вообще не верил, что столь удачное развитие событий, какое с нами произошло, возможно. Оно само так "нарулилось". Некоторые, наоборот, на первых порах советовали мне не экспериментировать, считали, что мой замысел — бред, что нужно последовательно заниматься тем, чем и раньше.

в: Не секрет, что поворотным моментом в карьере "Хора Турецкого" стало попадание в прощальный тур Иосифа Кобзона. Это тоже случайно получилось?

о: В 90-х годах в нашем репертуаре была подборка еврейских песен. Мы знали, что Кобзон делает интернациональную программу, и подумали, что в блоке еврейских номеров наш коллектив мог бы быть ему полезен. В тот момент мы не очень-то понимали, что участие в туре Кобзона может принести нам узнавание в народе.

в: К Кобзону ведь нужно еще было как-то умело "подъехать"?

о: Мы пригласили Иосифа Давидовича на концерт, посвященный нашему пятилетию, в Большой зал консерватории...

в: Мало ли куда его приглашают...

о: Наверное, спросил про нас у кого-то, ему сказали: "Да, это интересно". Мы тогда уже ездили на гастроли в Америку, Англию, Израиль. Кобзон пришел, подарил нам букет, и как-то стало понятно, что ему понравилось. А вот дальше я упорно и трудно пытался до него достучаться. Может быть, я стучался громче других, хотя большую часть времени в тот период проводил с нашей группой в Америке и у меня даже не было мобильного телефона. Подбегал к таксофону, покупал карточки и пытался дозвониться ему в Россию. В конце концов договорился о встрече в его офисе. Он меня принял. Я пришел с демонстрационными записями, спел и за него, и за хор, объяснил: "Вот здесь вы, здесь мы, вот так все будет выглядеть в программе...". В общем, как-то я его уговорил взять нас в тур, и этот ход имел большой успех. Для нас участие в том проекте стало отличной школой. Мы тогда фактически научились петь в микрофон. До этого работали в основном без микрофонов.

в: Мне кажется, название вашей группы не случайно возникло. Не "Великолепная десятка", "Десять соловьев" или "Компания поющих друзей", а именно "Хор Турецкого"...

о: Мы мучились с этим названием. Не очень хотелось употреблять слово "хор", и "Турецкого" не очень хотелось. Но просто не нашли другой формы.

в: А какие были варианты?

о: "Энергия голосов", "10 певцов". Когда у нас было больше еврейского в репертуаре — "Москва — Иерусалим", "Группа J" и т.п. Но все казалось каким-то безликим.

в: Кто все-таки принял окончательное решение и сказал: "Хор Турецкого" — это лучший вариант"?

о: Мы взяли одну девушку в состав. Она года два у нас работала, потом влюбилась в одного из участников группы, не нашла взаимности, начала мучиться и ушла из коллектива. Вот она-то и сказала однажды, что надо называться арт-группа "Хор Турецкого". Так что клянусь, это не моя идея.

в: Вообще-то я к тому веду, что в "Хоре Турецкого", видимо, строго выстроена иерархия. Вы — главный, и с вами лучше не спорить?

о: Буду очень рад, если кто-то в коллективе примет решение, не обращаясь ко мне, и жизнь покажет, что это решение правильное. Но случаются ситуации, когда группа попадает в тупик, приходит ко мне и просит принять решение. А спорить со мной, разумеется, можно. Я же не идиот, не самодур

в: У вас спортивный вид, чувствуется, что следите за своей формой. Хотя, наверное, в мужском-то коллективе после очередного концерта хочется расслабиться, выпить водочки-коньячку. Или в "Хоре Турецкого" такое исключено?

о: Я не слежу пристально, что делают участники коллектива после концертов, но в принципе у нас сухой закон, и за его нарушение предусмотрены серьезные штрафы. Люди работают за деньги и должны нести ответственность за свои поступки.

в: Вас не любят, наверное. Слушаются, но не любят?

о: У нас многие разделяют мою точку зрения.

в: У вас есть друзья в "Хоре..." или только коллеги, партнеры?

о: В основном коллеги. Но у нас хорошие отношения.

в: На гастролях вы живете в номере один?

о: Естественно. А вы хотите, чтобы я с кем-то из группы жил?

в: Не имел в виду ничего двусмысленного...

о: Я живу один. Да у нас все живут теперь в одноместных номерах. По двое мы расселялись в период нашей бедности.

в: Она же, бедность, видимо, мешала вам и полновесный альбом выпустить раньше?

о: Я чего-то все ждал — когда у нас появится время, деньги, мы поедем в Лондон или в Америку и запишем пластинку. А выпустить альбом хотелось. И вот он вышел. Он должен был бы появиться года 3—4 назад. Но, с другой стороны, лучше поздно, чем никогда.

в: Логично. В завершение разговора — вам приходилось попадать в какие-то комичные ситуации в связи с вашим популярным сериальным следователем-однофамильцем?

о: Персонаж этот вымышленный, но я был в шоке, когда открыл книжку и прочитал об Александре Борисовиче Турецком. Он же полный тезка моего родного брата. Корни фамилии, доставшейся нам по материнской линии, идут из Белоруссии, а еще раньше, видимо, из польского городка Турец. Что касается приколов, то случаются они обычно именно с моим братом. Особенно когда его останавливают гаишники, и он им официально представляется своим полным именем...

Комментарии
Прямой эфир