Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Голубая кровь". Как это было

0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В конце 1984 года меня пригласили в институт хирургии им. А.В. Вишневского: здесь при операции на сердце впервые применяли кровезаменитель перфторан, разработанный учеными Института биофизики АН СССР. Готовясь к операции, хирурги достали из холодильника флакон с голубоватой жидкостью, которой предстояло защитить миокард. "Голубая кровь..." - напросилось невольное сравнение. Под таким заголовком и вышла моя статья в "Известиях", а потом это название пошло по всем публикациям на эту тему.<BR><BR>Изобретение было революционным в хирургии: стандартного, общепринятого заменителя крови в мире не существовало, хотя поиски шли. Препарат блестяще прошел клинические испытания и был даже выдвинут на Государственную премию СССР. Но тут-то и начались его злоключения. Поползли слухи, что препарат повинен в ряде смертей, а руководитель работ профессор Феликс Белоярцев проводил опыты на людях... Сотрудников лаборатории то и дело вызывали в прокуратуру, в "компетентные органы". Говорили о некоем письме, разоблачающем козни разработчиков.<BR><BR>В скандале прослеживался почерк неудачливых конкурентов: в ЦНИИ гематологии и переливания крови тоже работали над подобным кровезаменителем, но он оказался настолько токсичным, что его сняли с клинических испытаний. А поскольку в программе участвовали видные чиновники Минздрава СССР, то там тоже постарались скомпрометировать новинку.<BR><BR>И разработчики перфторана, и медики, его применявшие, обратились ко мне, как к автору первого материала, за помощью. В те времена публикация в "Известиях" была равносильна директиве. Я подготовила статью. А когда позвонила Белоярцеву для уточнения кое-каких деталей, его уже не было в живых: ученый, не выдержав травли, покончил с собой.<BR><BR>Я поставила в известность секретариат. Игорь Голембиовский, в то время ответственный секретарь "Известий", велел мне "сидеть тихо" - статью подготовили к выходу. <BR><BR>Но дотошность не давала мне покоя: что за письмо было в "органы"? И было ли оно вообще? И я позвонила в пресс-службу КГБ. Мне обещали перезвонить. Но позвонили главному редактору И. Лаптеву. Высокий чин возмущался сотрудницей, которая за какого-то самоубийцу вступается!<BR><BR>Статью из номера сняли. Меня "секли" со всех сторон: "Кто тебя просил звонить?!" Я рыдала... Коллега из "Литературки" предложила напечатать статью у них. Она там вышла - почти на полосу. Раскритикованные в ней лица и ведомства промолчали. А вскоре в "Советской России" появилась уничтожающая, разоблачительная статья о перфторане и его разработчиках...<BR><BR>Лаптев на летучке высказался в том смысле, что, к счастью, мы не напечатали статью Ивченко, чем избежали грандиозного скандала. А меня вызвал "на ковер". <BR><BR>Я не слыла маститым автором, к которому было безграничное доверие, но стояла на своем как бастион: я настолько - до мелочей - владела ситуацией, что без труда разбила доводы оппонентов из "Советской России" и даже редактора заставила усомниться в их правоте. Внимательно выслушав, он сказал: "Ваша убежденность делает вам честь".<BR><BR>Словом, этой "голубой кровью" я много попортила крови своей. Но время все поставило на свои места. Ряд публикаций на тему возвращения "голубой крови" прошли в "Известиях" и в других газетах. Перфторан существует, применяется, пользуется у медиков большим спросом. А я горжусь тем, что известинцы внесли свой вклад в победу справедливости.<BR><BR><STRONG><EM>Лидия Ивченко, в 1969-1994 гг. корреспондент социально-экономической редакции "Известий", освещавший медицинские новости и проблемы<BR></EM></STRONG><BR>Читайте также <A style="COLOR: blue" href="http://iz.ru/comment/article1936262&quot; target="_blank">"Покушение на логотип"</A>

Комментарии
Прямой эфир