Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Музы станут цифрами

Грамотно оживленную картину не стыдно будет выставить в галерее, был бы качественный плазменный монитор хорошего размера (при этом всем процессом мог бы управлять простенький чип, закрепленный на обратной стороне). Следующая ступень цифрового преображения живописи - интерактивные flash-сайты. Здесь картинки двигаются и изменяются по воле пользователя, тычущего курсором в разные места. Создатели таких ресурсов совмещают в себе таланты художника, режиссера и разработчика компьютерных игр, поэтому действительно хороший flash-сайт (каких пока не так уж много) красиво нарисован, занятно двигается, может иметь внутренний сюжет или просто представлять из себя открытый мир, по которому можно путешествовать в любом направлении
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Из какого отдела мозга исходит желание творить - ни один нейрохирург до сих пор не отыскал. Зато многие, в том числе изобретатели, инженеры и ученые, доподлинно установили, что это желание нуждается в таком же удовлетворении, как, например, жажда или консьюмеристский зуд. Отрадно наблюдать, что средств и жанров его реализации с каждым годом становится все больше, они проявляют склонность к взаимодополнению и вообще намекают на тотальный синтез искусств. Все это вызывает самые серьезные перемены в процессе самовыражения.

Для начала творческая деятельность потеряла свою элитарность - случилось это одновременно с приходом цифровых технологий. Кое-что, конечно, и раньше создавалось единоличным порывом. Но были вещи, для производства которых строили целые комбинаты. А нынче они доступны в пределах обычной квартиры.

В особенности это касается музыки. Сочинение мелодий в пару последних столетий было делом весьма хлопотным: для реализации даже самой завалящей сонаты приходилось искать как минимум струнный квартет, а если дело доходило до симфоний - без оркестра было не обойтись. Последняя попытка доцифрового упрощения занятий музыкой дошла до размеров рок-группы (2-4 человека, главные инструменты - гитара и барабанная установка).

Но творец-одиночка, кто придумывал музыку для 128 инструментов, а реализовать ее не мог в силу отсутствия денег на оркестр и звукозаписывающую студию, получил широкие возможности совсем недавно. Возникновение волны "спальных музыкантов" (у которых вся необходимая техника для творчества помещалась в углу спальни) приходится на начало 90-х. В самом начале качественная техника оставалась уделом либо профи, либо людей с деньгами, остальные баловались дешевыми имитациями и копили опыт. Через десять лет можно констатировать, что в процессе участвует все больше любителей (нередко не ходивших даже в музыкальную школу), а их орудия становятся все дешевле и, как ни странно, совершеннее.

Теперь посредством компьютера можно не просто реализовать симфонический оркестр, но и совершить над ним любую акустическую операцию: растянуть, сжать, нарезать в произвольном порядке, запустить в космос или превратить в едва слышимый сигнал из старого радиоприемника.

Говорят, что особенные люди с чрезвычайно развитым слухом в состоянии заметить разницу между "живым" оркестром и его цифровой имитацией. Однако в этом смысле ближайшее будущее таит в себе ошеломительные перспективы: качество обработки звука станет таким, что разница между аналоговым и цифровым выйдет за пределы слышимого спектра и окончательно перестанет ощущаться. И каждый человек с композиторским даром, кто захочет создать "цифровую" музыку, которая звучала бы, как сыгранная вживую, сможет проделать это, имея под рукой мощный компьютер и набор программ.

Первые ростки этого явления, которое, как можно понять из пересудов, довольно сильно волнует консервативно настроенных музыкантов, показались еще в 1999-м. Тогда типичный "спальный музыкант" Моби записал в своей нью-йоркской квартире мультиплатиновый альбом "Play". Разумеется, большой шоу-бизнес еще будет какое-то время цепляться за привычные схемы, однако лет через десять-пятнадцать монополия на производство качественной музыки безвозвратно уйдет в руки аматёров. И тогда, возможно, в обществе начнет формироваться институт специально обученных слушателей, поскольку сочиненной музыки будет едва ли не больше возможных потребителей.

Но, если посмотреть правде в глаза, то получится, что музыка в чистом виде - это двадцатый век, без пяти минут анахронизм. В начале третьего тысячелетия чистые виды искусства успешно продолжают объединяться друг с другом и превращаться в нечто совершенно новое, нашим предкам не доступное (в связи с отсутствием необходимой техники в том числе).

Это в полной мере относится к мультимедийным перформансам, где многотысячные толпы зрителей подвергаются одновременному воздействию музыки, света и видеоизображения. Идея "цветомузыки", которая пришла в голову еще композитору Александру Скрябину, нынче реализуется при помощи самых современных устройств; пересказывать словами, как цветные лучи сплетаются в невероятные фигуры, а огромные экраны непрерывно транслируют картинки, на которых так легко "залипнуть", дело неблагодарное - лучше пережить самому.

Показательно при этом, что аппаратура для таких перформансов, хоть и относится к рангу hi-end, все чаще попадает в руки не к консерваторским гениям ранга Жан-Мишеля Жарра, а к простым ребятам, увлеченным светопередачей или нелинейным видеомонтажом. Эти люди не боятся использовать любую техническую новинку, так или иначе отвечающую их целям, - когда придет время голографических проекций и психоакустических систем, будьте уверены, они не растеряются и сумеют пристроить их для проведения очередной многотысячной вечеринки.

Впрочем, изменения касаются не только музыки. Изобразительное искусство нахальным образом полезло в компьютер, поскольку обнаружило в последнем массу чудесных возможностей для качественных метаморфоз.

Прежде всего пришло движение: объекты на картине не обязаны более быть статичными. Хотите - анимируйте детали в "амбиентном" стиле, хотите - придайте шевелению сюжет. Грамотно оживленную картину не стыдно будет выставить в галерее, был бы качественный плазменный монитор хорошего размера (при этом всем процессом мог бы управлять простенький чип, закрепленный на обратной стороне).

Следующая ступень цифрового преображения живописи - интерактивные flash-сайты. Здесь картинки двигаются и изменяются по воле пользователя, тычущего курсором в разные места. Создатели таких ресурсов совмещают в себе таланты художника, режиссера и разработчика компьютерных игр, поэтому действительно хороший flash-сайт (каких пока не так уж много) красиво нарисован, занятно двигается, может иметь внутренний сюжет или просто представлять из себя открытый мир, по которому можно путешествовать в любом направлении.

Скульпторы, кстати, не отстают. Правда, у них свой взгляд на будущее, отличающийся сугубой утилитарностью. Во-первых, их интересуют новые материалы, применяемые в научных и hi-tech-сферах. Глина и мрамор - это, конечно, замечательно, но при наличии стольких разновидностей пластика - несколько консервативно. Во-вторых, высокотехнологичный мусор: очень провокативная вещь. Двух работников Королевского общества поддержки искусств, производства и коммерции она подвигла на создание скульптуры из электрического и электронного оборудования, выброшенного на помойку (сокращенно - WEEE Man). Месседж понятен: нужны программы по утилизации подобного добра, которое человечество активно производит. Но и средства реализации, согласитесь, подобраны вполне актуальные.

В-третьих, часть скульпторов (в душе - настоящих Пигмалионов) скооперировалась с робототехниками. Их усилиями в мире появилось не менее дюжины андроидов, чрезвычайно похожих на людей. Последний персонаж легализовался в июне 2005 года на фестивале NextFest в США, и по несомненной иронии судьбы этот персонаж - покойный писатель-фантаст Филип Дик, придумавший неотличимых от людей роботов-репликантов (роман "Мечтают ли андроиды об электроовцах", экранизированный как "Бегущий по лезвию бритвы"). Создатели - инженеры из денверской компании Hanson Robotics - называют свое творение "андроидом-портретом": робот не только внешне похож на писателя, он может отвечать на вопросы, используя заложенные в своей памяти более ста тысяч страниц текстов, написанных Диком. Получается очень достоверно. Специальная программа биометрии позволяет андроиду узнавать своих прижизненных друзей и родственников, а также распознавать эмоции на лице собеседника и реагировать на них. Близкие Дика довольны результатом работы Hanson Robotics: по их мнению, андроид мог бы стать первым в своем роде мемориалом одному из самых неординарных писателей второй половины ХХ века.

Самая же странная вещь, связанная с развитием человеческой способности творить, с превращениями и слияниями разных видов искусства, заключается вот в чем: по-настоящему грандиозные трансформации с нами еще не приключались. Мы, если честно, даже толком представить себе не можем, какие творческие горизонты откроются перед нами, когда сбудутся нанотехнологии и виртуальная реальность, не отличимая от настоящей. Самое интересное - впереди.
Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...