Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Не хрюкнем

Кто-то заметил: скажи человеку сто раз, что он свинья, - на сто первый раз человек хрюкнет. Так вот, уважаемый Александр Архангельский, не хрюкнем. Думаю, мы даже слишком долго слушаем вас, певцов демократии. Пора нам понять, что нового вы никогда не скажете, а будете перепевать все сказанное тысячу и тысячу раз. Смысл ваших песнопений один: Европа и Америка - это хорошо, а Россия в любых своих проявлениях - плохо. Да знаем мы это! Вы лучше скажите: что именно мы не так делаем? Почему мы, восстанавливая свою экономику и промышленность, так и не можем восстановить свой жизненный уровень?
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Не хрюкнем

С трудом дочитал статью обозревателя Александра Архангельского "Почему у них получилось". Опять какая-то упоенная серенада западной демократии, и опять - по обеим щекам российской тоталитарности. На этот раз были использованы высказывания Александра Солженицына: вот, дескать, даже столп идеологии говорит о том же, а вы, лапотники, все норовите телегу впереди лошади запрягать.

Кто-то заметил: скажи человеку сто раз, что он свинья, - на сто первый раз человек хрюкнет. Так вот, уважаемый Александр Архангельский, не хрюкнем. Думаю, мы даже слишком долго слушаем вас, певцов демократии. Пора нам понять, что нового вы никогда не скажете, а будете перепевать все сказанное тысячу и тысячу раз. Смысл ваших песнопений один: Европа и Америка - это хорошо, а Россия в любых своих проявлениях - плохо. Да знаем мы это! Вы лучше скажите: что именно мы не так делаем? Почему мы, восстанавливая свою экономику и промышленность, так и не можем восстановить свой жизненный уровень?

А тоталитарные режимы, в отличие от нас, как раз и живут достаточно богато. Не станем упоминать арабских нефтяных шейхов - но Чили с Пиночетом, Китай с компартией? Куда вы их-то пристроите? Да и СССР, скажем прямо, не бедствовал.

Я не PR-менеджер компартии, как и не акын демократии. Мне пришлось родиться в России, когда она была СССР, и ее политическая принадлежность всегда была и будет второстепенной для меня, как и для многих моих соотечественников. Для нас всегда было и будет главным нечто большее: наша страна с ее дорогами и властью, люди, которые здесь живут, культура, которая нас всех роднит, одни и те же беды... И мы, что бы вы там ни говорили, уважаемый народ.

Сергей Ёжиков, сварщик, Санкт-Петербург [serjozikov@mail.ru]

Третий случай

Во-первых, спасибо обозревателю "Известий" Александру Архангельскому. Благодаря ряду его публикаций мы все ближе подходим к началу принципиальной дискуссии о месте современной России на оси исторических координат. Убежден, что без проведения подобной дискуссии мы - как нация - просто не состоимся.

Теперь по существу.

В статье "Почему у них получилось" А. Архангельский пишет о двух не использованных новой Россией вариантах разобраться со своим прошлым - немецком и испанском. Но ведь история России ХХ века принципиально отличается и от немецкой, и от испанской.

Германия была разгромлена внешним противником и попала в буквальном смысле под внешнее управление, без которого ни Нюрнберг, ни долгая и трудная денацификация были бы невозможны. Это к вопросу о пользе поражений.

В Испании политика гражданского примирения стала возможной потому, что в тамошней гражданской войне победили тамошние белые - т.е. правые националисты. После периода авторитарной нормализации страна оказалась готовой к внутреннему примирению по инициативе правого руководства. Такой сценарий был бы возможен для России, победи в ней Корнилов или Деникин. Это к вопросу о пользе побед.

Случай России, увы, не тот и не другой, а какой-то третий. Более трудный. И начинать надо с признания наличия нерешенной проблемы оценки того, что же произошло в 1917 году. После этого необходимо дать оценку советскому периоду и определить место постсоветской России в этой системе координат: с кем она - с последним легитимным периодом русской истории, завершившимся в феврале 1917 года, или с формально нелегитимным революционным этапом, растянувшимся с 1917 по 1990-1993 годы? Давайте решать.

Сергей Каринский, географ, Москва [karinscom@mtu-net.ru]

Читатель - автору

Было, да прошло


В статье "Два князя тьмы" (02.06.2005) обозреватель Сергей Лесков охарактеризовал г-на Фурсенко как министра, "ответственного за народное просвещение".

Активную деятельность г-на Фурсенко на посту министра образования и науки РФ можно охарактеризовать разными терминами: реформирование, модернизация, оптимизация, экономия... etc. Наверное, все это нужно и полезно. Но вот что касается НАРОДНОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ...

Действительно, когда-то в России было Министерство народного просвещения. Увы, было - но не осталось.

Александр Павлов [pavlov@soi.spb.ru]

Мысли вдруг

Вынужденная посадка


По-моему, у власти не было другого выхода, кроме ареста Ходорковского, богатство которого становилось политической силой. В каком-то смысле его осуждение - это удавшаяся проверка власти на прочность, наглядная демонстрация ее дееспособности. И нормы демократии здесь не играют никакой роли.

В современных политических условиях России объединение власти с олигархией практически означало бы самоуничтожение власти, поскольку бизнес приобретал бы негласное право диктовать ей свои условия. Единственным способом хоть как-то урегулировать ситуацию был показательный процесс. Он состоялся, точки над i расставлены, значит, аналогичных процессов можно в ближайшее время не опасаться.

Матвей Фиалко, Санкт-Петербург [mathew@list.ru]

ПИСЬМА ПОДГОТОВИЛ АЛЕКСАНДР ТОРБА

[TORBA@IZVESTIA.RU]

ПИШИТЕ НАМ ПО ЭЛЕКТРОННОМУ АДРЕСУ READER@IZVESTIA.RU

ИЛИ ОБЫЧНОЙ ПОЧТОЙ: УЛ. ТВЕРСКАЯ, 18, К. 1, МОСКВА,

127994, РЕДАКЦИЯ ГАЗЕТЫ "ИЗВЕСТИЯ"

Продолжение темы: "Наука против реформ", 18.05.2005

Кто едет в ушедшем поезде?

Мне 46 лет. Я закончил биологический факультет МГУ им. Ломоносова в 1981 году. Занялся наукой - биохимией. До 1991 года она развивалась весьма интенсивно. Затем случился огромный провал. Пришлось заняться другим делом.

Тем не менее я все 90-е годы надеялся, что все переменится к лучшему и будет шанс вернуться в науку. В начале 2000-х мне показалось, что ситуация стала иной, ученые вновь востребованы. Но назад, к исследованиям, меня не пускают, говорят: твой поезд ушел. Но куда он ушел и кто в нем едет?

В науке практически отсутствует средний возрастной слой (35-50 лет). Для более молодых есть хорошие шансы, но они не горят особым желанием посвятить себя исследованиям. Я знаю многих людей среднего возраста, которые остаются преданными своему призванию, но они не нужны ни директорам-пенсионерам, ни стране. Этот провал в смене поколений, развал научных школ является наибольшим злом для науки России.

На его преодоление в первую очередь нужно направить реформаторские усилия: вернуть людей, получивших блестящее образование и опыт еще в советское время (80-е годы) и способных восстановить престиж отечественной науки. Необходима государственная программа поддержки таких людей.

Иннокентий Мохосоев, кандидат биологических наук [imokhosoev@mail.ru]

Читатель - читателю

Не вкуснее, но реже

Был когда-то анекдот: "В каннибальском ресторане порция мозгов руководителя стоит 10 рублей, а порция исполнительских мозгов зашкаливает за тысячу, хотя по вкусовым параметрам блюда идентичны. На недоуменные вопросы шеф-повар поясняет: из одного начальника можно несколько порций сварганить, в то время как исполнителей, чтобы хотя бы порцийку сделать, надобно больше сотни отловить..."

Хотя появился сей перл задолго до прихода рынка в нашу страну, суть рыночной экономики в нем отражена довольно точно. Так что возмутившее читателя Алексея Кузнецова ("Троллейбус круче БМП", 20.06.2005) превалирование зарплаты московского водителя троллейбуса над зарплатой контрактника происходит вовсе не потому, что водитель - "вкуснее". Просто в нашей стране всеобщей воинской обязанности количество молодых людей, никакой профессией еще не обремененных, но уже почти выученных навыкам бойца-контрактника, вполне достаточно для комплектования воинских частей Северного Кавказа. А вот водителей троллейбусов, особенно с московской регистрацией, - явная нехватка!

Лев Галныкин, водитель троллейбуса [galnikin@mail.rcom.ru]

Читатель - авторам

Не о свободе раб мечтает

В "открытом письме" телеведущего А. Гордона и писателя Д. Липскерова "Если нет у нас совести, давайте попробуем жить по законам" (20.06.2005) содержатся, мягко говоря, крайне спорные суждения о демократии и свободе. Правильно ответил им на этой же полосе главный редактор "Эха Москвы" А. Венедиктов: "Если у вас нет совести - вы никогда не сможете соблюдать законы" ("За это не сажают"). Скажу больше. Если для господ Гордона и Липскерова демократия - это лишь инструмент для создания неравных условий, а свобода - мечта раба, то они просто не понимают универсальной и безусловной ценности этих понятий.

Каковы альтернативы демократии и свободе, о которые они вытирают ноги? Советский Союз, Северная Корея, тюрьма, баланда и жизнь по распорядку. Свобода - это совсем не мечта раба. Раб мечтает встать на место своего хозяина и хлестать его плеткой, как до этого делал тот. Никакая это не свобода. Да, при свободе расцветают и розы, и чертополох. Она, как Солнце, одинаково равнодушно светит и пороку, и добродетели. Но это единственный способ для человека стать человеком, познать себя и окружающий мир без давления извне.

Защита селективности нынешнего российского "правосудия", правовой нигилизм, презрение к основополагающим принципам морали свидетельствуют об уровне правосознания и нравственности в среде российских телеведущих и писателей. Тем более жаль, потому что мне всегда нравились передачи Александра Гордона.

Анвар Усманов, Москва [afu@mail.ru]

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...