Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Все сложилось так, что я должен был ненавидеть русских"

- Да, мы приехали в Сибирь не как туристы и у меня не было чувства любви к советскому народу. Все сложилось так, что я должен был ненавидеть русских. Сначала так и было. Но я увидел простых сибиряков. Они не смотрели, что мы поляки, делились с нами последним куском хлеба. А потом было офицерское училище под Рязанью. Затем я был командиром взвода конной разведки, дошел до Берлина. Два раза ранен, один раз контужен. И я стал любить вашу страну. Фронт укрепил это чувство
0
Войцех Ярузельский: "Ссылка в Сибирь -это наша семейная традиция"
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Одним из многочисленных гостей на прошедшем в Москве праздновании 60-летия Победы был бывший руководитель социалистической Польши Войцех Ярузельский. Однако Москвой его визит в Россию не исчерпывался - сразу после празднования он отправился в Алтайский край, на могилу своего отца. О том, как его семья связана с Россией, о польской и советской истории, а также о своей реакции на обвинения СССР в оккупации Восточной Европы Войцех Ярузельский рассказал корреспонденту "Известий" Сергею Теплякову.

"Польская армия была больше французской"

Войцех Ярузельский: Я был очень счастлив, что меня пригласили на этот великий праздник. В Польше были те, кто говорил, что мне ехать не надо. Но я сказал, что поеду обязательно. 9 Мая - это был священный день. Я помню его 60 лет назад, в Берлине. День жизни. Потому что до этого погибали тысячи людей. Это победа советских солдат: из десяти убитых немецких солдат восемь погибли на Восточном фронте. Это позволяет понять, кто какой вклад сделал в победу во Второй мировой войне. Лидеры разных стран нынче говорят о советской оккупации. Но это было освобождение - освобождение от фашистской гибели.

известия: Польская армия была четвертой по численности в антигитлеровской коалиции. Не было обидно, что это оказалось забыто на прошедшем праздновании 60-летия Победы?

В.Я.: Да, польская армия была больше, чем французская. Поляки сражались вместе с Советской Армией. Вместе освободили Варшаву. В 1945 году польская армия, единственная из армий союзников, вместе с Советской прошла по Красной площади на том Параде Победы. В этом году - не пришлось. Наверное, кто-то и в Польше виноват в том, что так получилось...

"Известия": Как случилось, что история вашей семьи оказалась связана с Алтаем?

В.Я.: В 1941 моя семья была сослана сюда в числе прочих репрессированных. Ссылка в Сибирь - это наша семейная традиция: дед участвовал в восстании 1863 года и был сослан на восемь лет. Отец воевал с Красной Армией (добровольцем пошел на польско-советскую войну в 1920 г. - "Известия").

"Известия": Вы должны были ненавидеть нашу страну.

В.Я. Да, мы приехали в Сибирь не как туристы и у меня не было чувства любви к советскому народу. Все сложилось так, что я должен был ненавидеть русских. Сначала так и было. Но я увидел простых сибиряков. Они не смотрели, что мы поляки, делились с нами последним куском хлеба. А потом было офицерское училище под Рязанью. Затем я был командиром взвода конной разведки, дошел до Берлина. Два раза ранен, один раз контужен. И я стал любить вашу страну. Фронт укрепил это чувство. И когда через посольство мне передали приглашение на празднование 60-летия Победы, я спросил, можно ли совместить поездку в Москву с поездкой в Бийск. Мне ответили: пожалуйста.

"Известия": Чего вы ждали от этой поездки?

В.Я.: Вспомнить те годы, тех людей… Посмотреть места, куда был депортирован с матерью и сестрой, где умер мой отец. Да и потом, я считаю, что отношения Польши и России должны быть хорошими, добрососедскими. Даже самые больные места в этих отношениях - депортация, Катынь, лагеря, смерть людей - можно перековать в лучшую сторону. Да, была в нашей истории такая страница. Но она должна не делить, а в каком-то смысле объединять нас. Была общая трагедия, но потом была общая борьба и общая победа. Самые большие жертвы от сталинизма понес советский народ. Миллионы погибли еще до войны. 600 тысяч советских солдат лежат в польской земле. Каждая смерть является уроком - надо жить, думать о будущем. Могилы должны объединять нас.

"Известия": Вернемся к вопросу об "оккупации Восточной Европы". Когда вы были руководители Польши, насколько лидеры стран соцлагеря были управляемы из Кремля?

В. Я.: В разное время - по-разному. Десять послевоенных лет зависимость была полная. Кадровая верхушка вся одобрялась Москвой, все основные решения согласовывались.

"Известия": То, что Рокоссовского поставили министром обороны Польши - это как раз чтобы Польша "не убежала"?

В. Я.: Думаю, Сталин хотел, чтобы Польша была "под наблюдением". Что касается Рокоссовского, он действительно был большим полководцем. Сейчас говорят, что он и не поляк вовсе. Это не так: он и сам поляк, да и потомки его оказались очень патриотичны. На днях в польском посольстве на приеме ко мне подошла девушка лет 25. Оказалось, маршал Рокоссовский - ее прадед! Эта правнучка прекрасно говорит по-польски. Я спрашиваю - где вы так научились? Рокоссовский хорошо говорил по-польски, но уже его внуки только понимали язык. А она отвечает: "В костеле, в Москве". Смотрите, как получилось: Рокоссовский был неверующий, а его потомки пришли в костел… Яркий пример того, как народам можно дружить.

"Известия": И все же - насчет самостоятельности...

В.Я.: После XX съезда - мы были довольно самостоятельны. У нас были большие перемены: пришел Гомулка. Прямого дирижирования не было, но мы входили в Варшавский блок, в СЭВ. Ну а затем настал очень трудный для нас период - 1980-1981 годы. "Солидарность" угрожала стабильности страны… Была опасность, что следующим этапом станет гражданская война. А стабильность в Польше очень важна для стабильности в регионе, да и Варшавский договор без Польши не мог бы существовать. Было понятно, что руководство СССР в чрезвычайной ситуации пойдет на ввод войск. Я упредил это, введя военное положение. А после прихода Горбачева сложились нормальные партнерские отношения, которые позволили решить много наболевших вопросов - Катынь, пакт Риббентропа-Молотова. Жаль, что сотрудничество сорвалось.

"Известия": Как вы думаете, удастся ли Владимиру Путину восстановить былое влияние России?

В.Я.: Россия - огромная страна, и я желаю ей оставаться могучим государством. Я с большим вниманием смотрю на те действия, которые делает президент Путин для укрепления авторитета своей страны. Он восстанавливает многое, но в полной мере это вряд ли удастся. Может, и не надо? Ведь всегда самое важное - что внутри. Тебя будут уважать, считаться с тобой, глядя на то, как ты решаешь экономические, политические проблемы у себя в стране.

Алтайский край

Кто такой Войцех Ярузельский

Родился 6 июня 1923 года, по происхождению - дворянин. Учился в приходской католической гимназии. После начала Второй мировой войны его семья бежала из Польши в Литву, а после присоединения Литвы к СССР в июне 1941 года была выслана на Алтай - в общей массе репрессированных. В 1943 году был принят в Рязанское военное училище, готовившее командиров для Войска Польского. В июле 1943 года добровольцем вступил в ряды 1-й польской пехотной дивизии, сформированной на территории СССР. Командовал полковой разведкой, дошел до Берлина.

В 33 года стал самым молодым польским генералом. Затем - начальник Главного политуправления, начальник Генштаба, замминистра, министр национальной обороны. С 1981 года - премьер, первый секретарь ЦК ПОРП, председатель Госсовета. Был одним из инициаторов переговоров "круглого стола" и последующего соглашения с политической оппозицией (5 апреля 1989 года), в результате которого Польша вышла из соцлагеря. 19 июля 1989 года был избран президентом ПНР, 22 декабря 1990 года добровольно подал в отставку.

Анекдот в тему (совместно с www.anekdot.ru)

Почему Дэвид Копперфильд отказался проводить турне по Польше?
Никому такое шоу не интересно. В Польше нет ничего необычного, когда
что-то внезапно исчезает!
Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...