Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Владимир Васильев: "Общественная оценка может стать одним из стимулов для МВД"

Реформа МВД, борьба с терроризмом, взаимодействие правоохранительных органов с обществом и друг с другом -- это не полный круг вопросов, которыми занимается комитет Госдумы по безопасности. Десятки законов прошли через комитет в весеннюю сессию, над многими предстоит работать осенью. Председатель комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев стал широко известен после теракта на Дубровке в октябре 2002 года. Тогда он был заместителем министра внутренних дел. - Дубровка мне очень помогла. Я впервые испытал чувство, о котором раньше даже не подозревал, -- это ощущение поддержки со стороны людей. И не десятков, а сотен тысяч. Когда это испытываешь, то появляется такое чувство, что все остальное менее значительно
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Реформа МВД, борьба с терроризмом, взаимодействие правоохранительных органов с обществом и друг с другом - это не полный круг вопросов, которыми занимается комитет Госдумы по безопасности. Десятки законов прошли через комитет в весеннюю сессию, над многими предстоит работать осенью. Председатель комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев стал широко известен после теракта на Дубровке в октябре 2002 года. Тогда он был заместителем министра внутренних дел и единственным человеком, который объяснял, что происходит. В среду Владимиру Васильеву исполнилось 55 лет, а накануне он беседовал с редакцией "Известий".

"После Дубровки жизнь стала другая"

- Вы Дубровку часто вспоминаете?

- Специально не вспоминаю, но мне о ней часто напоминают.

- Как?

- Люди встречают и говорят: мы помним вас. Получилось, что до Дубровки у меня была одна жизнь, а после Дубровки - немного другая. Меня очень многие люди воспринимают через Дубровку.

- Вам это помогает в жизни?

- Дубровка мне очень помогла. Я впервые испытал чувство, о котором раньше даже не подозревал, - это ощущение поддержки со стороны людей. И не десятков, а сотен тысяч. Когда это испытываешь, то появляется такое чувство, что все остальное менее значительно.

- А с коллегами не возникло проблем? Обычно в таких случаях некоторые начинают по-разному воспринимать ситуацию...

- Не было таких проблем. Те, кто действительно коллеги, кто был рядом, - знают, что завидовать-то нечему. Если бы все не получилось так, как в октябре 2002 года, все было бы с обратным знаком. Оно и сегодня имеет огромный внутренний обратный знак. Потому что погибло много людей. Я обычно не говорю об этом, но это тоже присутствует. Люди об этом напоминают.

- Что, по-вашему, нужно делать, чтобы жители крупных городов ощущали себя в большей безопасности?

- Есть главная составляющая, которая питает терроризм, - определенная часть идейных борцов. Но если говорить о том, что можно сделать в плане безопасности, особенно в городе, то еще одна составляющая - работа спецслужб, правоохранительных органов. И ее нужно совершенствовать. Очень важно вовлекать в процесс и население. Пока оно, к сожалению, индифферентно. Люди как бы сидят в театре и смотрят, как злу противостоят сотрудники правоохранительных органов. Израильтяне, пожалуй, единственные вовлечены в этот процесс, потому что живут в состоянии постоянного стресса. У нас едва ли это возможно, но, очевидно, какую-то часть населения надо подтягивать. И еще нужна система, когда человек может позвонить и сообщить, что видел что-то подозрительное.

"Сотрудники стали меняться, испытав признательность общества"

- Сейчас появляется много вариантов реформы МВД. Что будет с милицией?

- Реформа будет больше административная, чем функциональная. Например, если говорить о миграционной службе, то здесь действительно произошли функциональные изменения - частью службы стала паспортно-визовая система. Это серьезный шаг. То, что раньше было разорвано, - ведение миграционного контроля и паспортно-визовая система - сейчас в одних руках. Если же ставить вопрос шире - что будет с милицией? - то, думаю, пока кардинальных перемен не будет. Милицию ждут сокращения. В МВД было более 10 заместителей министра, осталось 3. На 20% сокращается аппарат, это много для любого аппарата, а тем более для министерства, которое охватывает всю территорию России. Придется работать в тех же условиях, но меньшим числом. Правда, за счет сокращения повысится оплата труда. Тем самым система будет работать эффективней. - А повышение зарплат серьезное?

- Достаточно серьезное. Высший и средний профессиональный состав будет получать больше не на 10-20%, а существенно выше.

- Вы говорите об административной реформе, а когда произойдет функциональная?

- Возможно, раньше, чем мы думаем... Допустим, сегодня система МВД функционально решает задачу поддержания общественного порядка в зоне проведения контртеррористической операции. Задача четко поставлена и реализуется, это бесспорно. Были и другие направления, по которым МВД предпринимало серьезную работу. Я - депутат от Твери и помню опыт этого региона. В свое время в Центральном федеральном округе была поставлена задача в 5 крупных регионах - Москве, Московской, Тверской и других областях - существенно улучшить работу по розыску украденных автомобилей. Так за 4 месяца стало возможным повысить раскрываемость в 10 раз! Только в Тверской области владельцам вернули более 600 машин. На мой взгляд, решение таких задач - это будущее милиции. Тогда происходит и рост авторитета, и изменение представлений о милиции. Что интересно, сами сотрудники МВД стали меняться, когда испытали признательность общества.

"Оборотнями" не рождаются, ими становятся"

- А не превратится решение таких задач в кампанейщину: сегодня разбираемся с угонами, завтра - с убийствами и т.д.?

- МВД надо "спасать" себя за счет таких целевых программ, и они дадут реальный результат. Скажем, нужно заниматься наведением порядка на рынках. Сейчас там значительная часть средств скрывается от учета. Если системно заниматься этой задачей, можно добиться серьезного увеличения поступлений в бюджет. А деньги эти можно пустить на стимулирование контролирующих, фискальных правоохранительных органов. Но здесь происходит замена качества - коррумпированное "тело" частично вынимается и поступает в местный бюджет. И уже из бюджета в качестве доплаты за честность идет сотрудникам. Это меняет ситуацию, в этом уже участвует и общество. В принципе общественная оценка может стать одним из сильных стимулов для системы МВД. Когда мы говорим, что милиции надо поднимать зарплату, то это совершенно правильно, но только деньгами не победить коррупцию. Мы никогда не дадим тех денег, которые дает криминал. Но я много раз убеждался и в другом: основная часть людей, которые даже являются объектами разработки УСБ (Управление собственной безопасности МВД. - "Известия"), способны исправиться, если изменить общие правила игры.

- По-вашему, "оборотней" нужно не карать, а перевоспитывать?

- Если говорить честно, то очень высокий процент сотрудников МВД нарушает нормы морали и права. В некоторых коллективах этому уже даже не удивляются и не противодействуют. Не поймали - значит, он честный человек, поймали - негодяй. Это пагубный подход. Как становятся "оборотнями"? Приходят молодые люди, честно работают, а "бывалые" их учат: ты неправильно себя ведешь, в первую очередь решай свои проблемы. Новички этому поначалу сопротивляются. Но на какой-то стадии честный сотрудник может столкнуться вот с чем: возбудили уголовное дело, пошло следствие - следствие прекратили; дело дошло до суда - его там прекратили; осудили преступника - выпустили досрочно. После этого руки опускаются. А "бывалый" опять говорит: что ты хочешь, все так живут, и ты должен научиться. Вот так нормальный сотрудник перерождается в "оборотня". Это часто происходит в коллективах, где нет задачи серьезно бороться с преступностью. А бывает иначе. В той же Твери мне рассказали историю: у парня был медовый месяц, ему положен отпуск, а он бросает все и едет на работу. Он с коллегами несколько лет "вел" группу, и вот наконец наступил момент - преступников берут. И он не смог остаться дома с женой. Вот такой должна быть атмосфера в коллективах.

- Может, все же проще держать не на авторитете, а на страхе?

- Нельзя должностное лицо держать на страхе. Кроме того, беда в том, что очень много жалоб идет и на само УСБ. Повторяю, нужно менять и общие правила игры. Надо ставить задачу и реализовывать ее, привлекая людей к работе. Если сразу начинать отстранять тех, на кого имеешь компромат, это значит - проигрыш. Больше скажу, в одном городе резко снизил уровень преступности человек, который сам был под большим вопросом. Его под честное слово оставили, и он всю ситуацию вытянул. Почему? Ставкой было его честное имя. Так что, если мы хотим, чтобы люди менялись, с ними надо работать. Это сложно, долго, тонко. Но такие простые вещи, как "мы тебя посадим", все равно не срабатывают.

- Вы, как депутат, собираетесь участвовать в изменении правил игры?

- Если говорить о милиции, очень важно, чтобы более эффективным было само наше законодательство, и именно этим мы планируем заниматься в осеннюю сессию. У нас есть рабочая группа во главе с Александром Гуровым, мы привлекли экспертов. Коротко тема выглядит так: у нас сегодня есть очень много неэффективных законов. Простой пример: сегодня нельзя предъявить обвинение заочно. Если преступник совершил преступление в Московской области, а уехал во Владимирскую, то нужно собрать группу и профинансировать ее поездку туда. Можно, конечно, послать телеграмму, но у ребят во Владимире и своих забот хватает. В результате преступники безнаказанно перемещаются, а предъявить им заочное обвинение нельзя. Другой пример: масштабно воруется лес, ловят человека с бензопилой. Но ее нельзя изъять! То есть экономический удар этому промыслу нанести невозможно.

Сейчас правительство говорит о том, чтобы финансирование министерств и ведомств осуществлялось по функциональному признаку. Разрабатываются критерии, которые позволят оценивать работу в том числе и правоохранительных ведомств. И Дума здесь может занять серьезное место. Например, в этом году мы рассматривали вопрос дополнительного финансирования борьбы с терроризмом. Присутствовали все наши ведомства. И на вопрос, насколько эффективно были потрачены средства прошлого года, никто не смог ответить. Если сейчас мы реализуем схему: выделены деньги - что сделано, что будет еще сделано, это очень хорошо. Тогда это станет задачей для министра: поставлена цель, выделены ресурсы, что сделано. Об этом узнает Дума, общество, не будет кампанейщины, а будет движение вперед.

"Мы поощраем пивной алкоголизм"

- Недавно Госдума и Совфед приняли закон, который запрещает рекламу пива в дневное время на телевидении. Не кажется ли вам, что это попытка бороться не с причиной, а со следствием?

- Я не автор этого законопроекта, но когда мне предложили, подключился к работе. 5 лет законопроект лежал в Думе. Во время выборов в Твери слышал, что о рекламе пива говорили простые люди. Я тоже сторонник ограничения такой рекламы. Одна из проблем нашего общества - алкоголизм. В Твери в Старицком районе есть детский приют, в котором дети из двух семей из одной деревни. Одна мама в 28 лет умерла от пьянства, вторая - на грани этого. Из одной деревни! Это беспредел. Но до водки, как и до наркотика, люди доходят в силу социальных условий, неурядиц в жизни. А мы порой недостаточно на это реагируем, чтобы как-то изменить эти условия. Больше того, исключаем пиво из списка алкогольных напитков, в то время как оно таковым является. А дальше начинает работать рынок и агрессивно предлагать продукцию, чтобы получить дополнительную прибыль.

- Так удивляет то, что депутаты вмешались не в процесс борьбы с алкоголизмом, а в рекламу. Это совершенно другой бизнес, он живет по иным законам. Возьмите те же футбольные турниры. "Амстел" рекламируется на мировых чемпионатах, вся Европа их смотрит, и никому это не мешает.

- Знаете, кто-то использовал образ, который мне кажется правильным: есть дерево, а есть столб, который только что поставили. Если что-то вешать на дерево, то у него есть ветки, есть корни, оно выдержит. А если пытаться прикрепить что-то на столб, он рухнет. Наше общество, экономика несравнимы с европейскими. Там другие факторы сдерживают ситуацию. А что у нас? Скажем, в обычной, средней семье есть небольшие деньги. Они могут пойти на мороженое, на хорошее дело, умную книгу, но в результате агрессивной рекламы эти деньги ушли в пиво. Человек включает телевизор и видит: ага, я не такой, как все; все уже "ушли" за "Клинским", а я еще нет. И он тоже пошел, потому что хочет приобщиться к тому стилю жизни.

"За льготников кто-то должен платить"

- Когда Дума занималась монетизацией льгот, выяснилось: 38 категорий льгот у сотрудников МВД. Пока этот закон только частично касается системы МВД, но, говорят, с 2006 года льготы будут отменены полностью. Как отреагирует милиция?

- В МВД очень заинтересованное и напряженное отношение. Не только для правоохранительных органов, но и для военнослужащих, особенно тех, кто служит вдалеке, большая проблема отправить детей на летний отдых. Если не будет поддержки, это недостижимая цель. Но на все вопросы, которые мы поставили, мы получили ответы. Не скажу, что они нас полностью удовлетворяют, но что совершенно очевидно: правительство намерено решать эти вопросы.

- Все-таки что предпочтительнее: набор льгот или выплаты?

- Лучше платить достойные деньги. Зачем человеку, скажем, льгота на проезд на метро, если у него в городе нет метро или если он ходит на работу пешком? Я знаю многих людей, которые не пользуются льготами. Но если человек имеет деньги, он их тратит так, как сам считает нужным.
Комментарии
Прямой эфир