Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

АЛЕКСАНДР СОКУРОВ: "В политиках сидит синдром официанта"

Александр Сокуров начал съемки "Солнца" - третьего после "Тельца" и "Молоха" фильма из задуманной им тетралогии. На этот раз, после Ленина и Гитлера, главный герой картины - японский император Хирохито. "Я не стал бы называть его диктатором, - говорит Сокуров. - Как-то так устоялось в информационном пространстве, что я делаю тетралогию о диктаторах. Нет, я делаю фильмы о людях, которые оказались на поверхности власти, о тех, кто заметнее, чем остальные. Человеческое - слабости, страсти, комплексы - в этих людях стоит над всем: над властью, над обстоятельствами, над всей историей. Человеческие качества, характер выше любого течения истории, исторической ситуации - выше или сильнее"
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Александр Сокуров начал съемки "Солнца" - третьего после "Тельца" и "Молоха" фильма из задуманной им тетралогии. На этот раз, после Ленина и Гитлера, главный герой картины - японский император Хирохито. С АЛЕКСАНДРОМ СОКУРОВЫМ встретилась спецкор "Известий" Юлия КАНТОР.

- В Петербург прилетал исполнитель главной роли - роли императора Хирохито. Его имя вы по-прежнему держите в тайне?

- Да. Я не хочу никакого шума, не хочу привлекать внимание к этому необыкновенному человеку - ибо внимание может помешать ему в подготовке или в самом осуществлении поставленной задачи. Не последней причиной являются и соображения личной безопасности актера - в Японии некоторые экстремистски настроенные монархисты способны и убить человека, который, как им кажется, недостаточно уважительно публично упоминает императора Хирохито, а тем более пытается его изображать...

- Вы бываете в Японии довольно часто - там культ Хирохито?

- Я бы не сказал, что отношение к нему - культ, фанатизм в европейском понимании. Это гораздо более сложное явление. В Японии оно во многом было органично "вплетено" в свое время. С 1860-х годов развитие Японии шло стремительно. Это было не как в Европе: усредненность, постепенность, неторопливость - это был мощнейший прорыв.

- Это механистическое развитие?

- Нет, существовала сбалансированность. Скажем, японский императорский дом с 20-х годов ХIХ века окончательно и бесповоротно принял для себя как образец правления и внешнюю атрибутику у викторианской монархии. Среди всех монархий мира японцы выбрали именно британскую: они понимали, что, если они сохранят нетронутой свою необычную жизнь, сам уклад своей бытовой жизни, свою глубоко национальную государственность, их, японцев, их государство европейцы просто уничтожат. И сделают это, мотивируя тем, что уж слишком непонятно им японское общество, слишком независимое от Европы общество: европейцы всегда боялись слишком своеобразных. Вот в опережение событий японская элита стремительно проводила огромную реорганизацию страны, европеизируя всю жизнь. Японцы сняли с себя национальную одежду, оделись во все европейское, сохранив при этом некое мягкое своеобразие. И защитили свой внутренний мир.

- Так возник психологический конфликт внутреннего и внешнего?

- Конфликта как раз не возникло. Произошло глубокое осмысление своей островной природы. Как в свое время у англичан. Это не конфликт, а синтез. У японцев - восточных людей - больше энергичности, чем у англичан, больше жесткости, может быть. Но в целом они похожи - это не материковые цивилизации... В современной Японии трудно найти что-то старое. Художественной "материальной" старости очень мало. Внутри все сохраняется, но японцы не плачут над каждым упавшим камнем, они создают новое.

Я делаю фильмы не о диктаторах, а о тех, кто заметнее, чем остальные

- Чем для вас интересен Хирохито?

- Мне интересна природа человека. Я не стал бы называть его диктатором. Как-то так устоялось в информационном пространстве, что я делаю тетралогию о диктаторах. Нет, я делаю фильмы о людях, которые оказались на поверхности власти, о тех, кто заметнее, чем остальные. Человеческое - слабости, страсти, комплексы - в этих людях стоит над всем: над властью, над обстоятельствами, над всей историей. Человеческие качества, характер выше любого течения истории, исторической ситуации - выше или сильнее. Если руководитель принимает какое-то решение, то в 90 процентах случаев он принимает их не потому, что сопоставляет некие исторические факты, а потому, что характер вынуждает его принять решение. А потом он уже ищет оправдание в документах советников, в советах посторонних.

- Вынуждает характер или подсознание?

- Не существует такого человека, который способен абсолютно адекватно реагировать на масштабные события или на исторический момент. Человек обязательно ошибется. Но! Он может смягчить последствия этого события - если у него есть нравственный потенциал, нравственные принципы. Главное в политике - нравственность. От этого зависит судьба народа.

- Быть безнравственным во власти проще, нежели сохранить моральные устои?

- Конечно. Попасть во власть безнравственному человеку просто... Хирохито отличается от многих других политиков, имеющих такой же масштаб участия в историческом процессе, хотя бы потому, что его готовили к власти. Он не пробивался туда, не воевал за нее, не интриговал. Он, возможно, привык к ощущению этой предопределенности - быть у власти. Для него это не вожделенная вершина, куда другой карабкается изо всех сил и любыми способами, чтобы наслаждаться этой победой, давя всех остальных.

Нет отдельной истории - русской, американской, японской - она одна на всех

- Привить порядочность, готовя к власти, невозможно. Порядочность - качество, которое дается не столько воспитанием, сколько - заложено или нет в самой натуре?

- Порядочность, видимо, не генетический фактор, а воспитательный. Черты характера человека ведут по жизни, но воспитание ставит внутри человека непреодолимые преграды. Воспитание выше природы, сильнее. Но Хирохито не мог быть готовым к той сложности событий, с какой ему пришлось столкнуться. Историческая ситуация - это всегда хаос, она непредсказуема, это болезнь общества. Кстати, Хирохито, как мне кажется, не имел того объема власти, какой мы предполагаем. Он по конституции не должен был заниматься "земными" делами. Влияние военных в стране в то время было определяющим, ведущим. Что для островного государства значит военный - летчик, моряк! Тем более для государства со значительным потенциальным агрессивным настроением внутри общества. Внутри самого японского общества набирала силу столь же страшная идеология, что и в Европе 30-40-х годов. Об этом редко говорят. Но если в Германии нацизм уже осмыслен обществом как национальная вина, как катастрофа, то в Японии все сложнее.

- Почему?

- На этот вопрос правильно могут ответить только японцы. Мне кажется, это связано с той скоростью движения вперед, с какой Япония уходила от своего прошлого. Ради выживания. Они еще не оборачивались назад. Но без этого не обойтись. Это впереди.

- С чем связано обожествление Хирохито в японском сознании?

- Он - как император - олицетворяет культуру и дух нации. Он не только символ государства, он - фигура, которая по определению не должна быть запятнана реальной политической жизнью. Он - символ страны. Мы говорили о нравственности политика: когда обсуждался вопрос - воевать или сдать страну неприятелю, столкнулись две тенденции. Гражданское правительство категорически выступало за то, чтобы прекратить все военные действия в 1945 году, а руководство армии требовало продолжения войны. Армия Японии была тогда колоссальной, и она превосходила экспедиционный корпус США. Одни только сухопутные войска - четыре миллиона. Если бы приняли решение воевать, американцы были бы уничтожены, без всякого сомнения. Но и у японцев были бы катастрофические потери. На этом заседании у Хирохито - этот эпизод будет у нас в фильме - только решение императора могло поставить точку. Хирохито слушал, потом стал говорить: сделал выбор в пользу мира. Хотя это могло стоить ему жизни - было ведь несколько попыток государственного переворота внутри армии.

- Он поэтому не был объявлен военным преступником?

- Он не предстал перед судом, решившим судьбу многих японских властителей - как гражданских, так и военных. Размышляли, что делать с императором. Мы в "Солнце" будем показывать ситуацию, в которую он попал, ожидая решения своей судьбы. Макартур, главнокомандующий американскими войсками, - интересная фигура. И мы покажем долгий и трудный диалог двух этих людей - японского императора и американского кадрового военного. Судьба Хирохито, имя которого не звучало в Токийском суде среди имен обвиняемых, - едва ли не единственный случай в истории ХХ века - Хирохито не был арестован, его не вызвали на суд. Это было абсолютно правильное решение, поскольку иначе Япония оказалась бы ввергнута в гражданскую войну. Американские политики понимали, что их главная задача - не только окончательно сломить противника, но создать управляемое пространство. И задачу поддержания этой управляемости переложить и на японское общество. Это единственный эффективный исход. И сохранением Хирохито они втянули японское общество в систему ответственности за будущее. Они связали прошедшее, настоящее и будущее.

- Связали или повязали?

- Я бы все-таки настаивал на том, что связали. Повязали - это насилие. А в случае с Хирохито шла речь о внутреннем согласии, пусть и вынужденном. Что и произошло между США и Японией. А в Европе после Второй мировой войны это не получилось. Мне этот исторический сюжет интересен потому, что он показывает: нет отдельной истории - русской, американской, японской - она одна на всех. Ее течение едино. То, что происходило в Японии, имеет непосредственное отношение к нам.

- Почему опосредованное, я понимаю, а почему непосредственное?

- Каждый шаг, сделанный в Токио, резонировал у нас. Если бы японцы в ответ на требование Гитлера поддержали войну против СССР и начали бы действия на Дальнем Востоке, то вряд ли мы удержали бы Москву. История не терпит сослагательного наклонения, но все же: Сталин смог бросить на защиту Москвы дивизии, которые он снял с границы Дальнего Востока. Когда пришло время с пониманием и глядя в будущее оценить ситуацию, мы этого не сделали. Мы начали войну со страной, которая нам войну не объявляла.

Начало краха - внутри общества, а не в голове лидера

- Будет ли в фильме некое японское общество или только элита?

- Через персонажи, которые окружают Хирохито. Сам он есть народ: японец - с привычками, качествами характера, мировоззрением. Но думает он о тех же проблемах, что американцы или немцы. Предмет жизни один и тот же. Другое проживание.

- До сих пор вы показывали "закат", угасание руководителей тоталитарных империй - Ленина и Гитлера…

- Нет, "закат" я не показывал, меня это не интересовало... Мы говорили об угасании Ульянова-человека и о значительном росте энергетики у людей, которым он эту власть передавал.

- Передавал или выпускал из слабеющих рук?

- Ленин отдал власть, пусть даже так - выпустил из рук, и она попала к агрессивным, сильным людям. Сам Ленин позвал во власть агрессивных людей. Количество персонажей, которые были им воспитаны, были "вдвинуты" им во власть, огромно. Мы показывали, из чего может состоять человек, от которого многое зависит. В какую жизненную ситуацию он сам может попасть - из чего состоят его жизненные рефлексии, как и на что он реагирует. И оказывается, что он конечно же один из нас.

- Будет ли в "Солнце" конец дней некоей эпохи?

- Нет, как не было этого в "Тельце" и "Молохе". Начало краха - внутри общества, а не в голове лидера. Общество начинает девальвироваться от народа. А не от власти. Власть приходит потом, несколько позже - почувствовав эту девальвацию и пользуясь ею. В политиках сидит синдром официанта: "Что вам угодно, вы только скажите - мы все сделаем!" - говорят политики. Когда общество доходит до определенной степени разложения, когда начинается необратимый процесс гибели народа, превращение его в толпу - вот тогда появляются Ленин и Гитлер: они из этой же толпы. Но Хирохито другой. Из другого пространства, хотя и из того же времени.

- Вы художественно "препарируете" политиков, ища в них человеческие, психофизиологические составляющие?

- А что сделал, например, Ленин? Его профессия - политик. Но не это в нем, в них главное. Так сложилась его жизнь. Ульянов не стал юристом - не получилось, не захотел. Он оказался в ситуации, когда в стране, куда он вернулся из эмиграции, начался хаос. Он делал свою работу как профессиональный политик, как политически универсальный автомат. В нем нет нравственных механизмов, и его потому ничто не ограничивало. Тем более что вся русская политическая традиция и практика - насилие. Другой нет и не было... Когда-то я хотел понять, с чего все началось, например, для Ленина.

- И с чего?

- Представьте себе ситуацию - Мария Ильинична Ульянова собирает детей и говорит: "У нас в семье несчастье - ваш брат Саша будет казнен". Так? Но она могла бы сказать и по-другому: "Ваш брат, мой сын Саша замышлял преступление - убийство, и он будет казнен. Убивать нельзя!" Но она этого не сказала. И все. Володя решает мстить. Даже женщина, мать не до конца понимала: убить - это хорошо или плохо?.. Мужчина - со своими комплексами, раздраженностью, жаждой власти, страстями и выпестованной с детства мстительностью - он становится разрушителем..

- Хирохито вам симпатичен?

- Я еще буду к нему приближаться. Съемки продолжатся, и я шаг за шагом пойду к нему навстречу и буду рядом с ним. Вообще я начинаю чувствовать, как складывается этот мир четырех картин - две уже сняты, третья в работе. Они все разные - но мне не страшно начинать новое, они такие разные. И четвертый фильм этой тетралогии пока только в мыслях. Честно говоря, мне было бы гораздо легче снять все четыре, а потом показывать их вместе, а не по одной. Но это невозможно.

Что Хирохито подавали на завтрак?

- Каким был первый съемочный день?

- Мы снимали военный эпизод - бомбежку Токио, с большим количеством пиротехники, сложными приспособлениями, несколькими камерами... Съемки этого эпизода мы будем продолжать в течение части июня - сложнейшие работы: и организационно, и технически, и художественно. В нашей съемочной группе много новых людей - большой фильм, и не обойтись нашим обычным немногочисленным составом. Я очень доволен, что в составе нашей съемочной группы молодой коллектив специалистов по компьютерной обработке изображения во главе с Алексеем Гусевым. Я благодарен Николаю Суслову за понимание и поддержку в решении сложнейших производственных и финансовых вопросов. Строительством декораций в павильоне "Ленфильма" занимается Елена Жукова, наш художник-постановщик. С художником Юрием Купером мы осваиваем новое для кинематографа пространство многослойной пространственной живописи, которая станет важнейшей частью эстетики фильма "Солнце". Работы Купера чрезвычайно важны для меня, его эстетика и все, что он делает, очень мне близко. На нашем фильме работает выдающийся художник по костюмам Лидия Крюкова - практически все свои игровые фильмы я делал только с Крюковой. У нас сильная русская продюсерская группа - Андрей Сигле, Игорь Каленов (студия "Никола-фильм"), Андрей Зерцалов (киностудия "Ленфильм"). Андрей Сигле также является и автором музыки к фильму "Солнце".

Чрезвычайно важным и почетным для меня является факт, что в финансировании этого фильма принимает участие наше государство. У нас есть и европейские продюсеры, которые вкладывают свою часть средств в производство этого очень сложного по производству фильма. Актерский состав в основном - японцы и американцы. Американец Роберт Доусон играет Макартура. Великолепные актеры из Японии - они из разных театров с великолепной артистической школой, это ведущие театральные актеры своей страны. Русские актеры получают на этот раз мало ролей - адъютанта Макартура, полуяпонца, полуамериканца играет наш петербургский актер Георгий Пицхелаури. Снимаются также Ирина Муртазаева, Дмитрий Гаврилин. Языки фильма - японский и английский. Некоторое время назад, после завершения отбора актеров в Токио, мы пригласили некоторых из них в Петербург. Наш уникальный художник-гример Жанна Родионова провела очень большой объем работ с гримом наших исторических персонажей. За несколько дней, что наши японские коллеги были в Петербурге, мы смогли сделать все, что намечали. Грим актера, исполняющего роль императора Хирохито, продолжался каждый день не менее восьми часов - во время съемок этот актер до появления на съемочной площадке будет сидеть на гриме около четырех часов. Очень сложный грим и у персонажа Макартура, и этот грим требует в каждый съемочный день не менее трех часов.

До середины сентября мы работаем в Петербурге, после поедем на съемки в Токио. В январе, надеюсь, работа над фильмом будет завершена. Кино ведь очень конкретное, любящее подробности ремесло. Нам нужно подробное, точное знание мелочей жизни японского императора и атмосферы самой эпохи. Многое сокрыто, являясь государственной тайной, многое забыто навсегда по небрежности или по нежеланию запоминать признаки жизни тяжелых, военных лет. Но мы продолжаем поиски в книгах, в кадрах кинохроники, в рассказах старых слуг, камергеров императора, которые, конечно, неразговорчивы... Как выглядит кисточка, которой император писал стихи? Что Хирохито подавали на завтрак? В этих мелочах - сокровенность традиции. Без них не понять природу человека, который, являясь носителем священной божественной традиции, работал императором...

- Вы упомянули о четвертой картине, которая пока - в мыслях. Что это?

- "Фауст" по Гете и Манну. Я хочу, чтобы это снималось в Вене, чтобы было много веселой музыки, "шоколада", фейерверков, красивых людей, вообще всей этой венской прелести и, конечно, музыки Штрауса. Но до "Фауста" еще далеко, пока передо мной "Солнце".

Алексей Учитель, режиссер

Фильм "Телец" я смотрел на фестивале в Канне, когда был официальный просмотр картины. И что редко бывает, я видел наэлектризованность зала в хорошем смысле слова. Вообще, его фильмы я считаю выдающимся явлением искусства. Говорю совершенно искренне. Это выдающийся режиссер. Именно тогда, в Канне, что меня поразило: после просмотра был какой-то небольшой прием и я подошел к Сокурову, чтобы поздравить его с успехом. И знаете, что он мне ответил? Что я был первым режиссером из России, который поздравил его. Все-таки мы как-то иногда неправильно относимся друг к другу. А то, что делает Сокуров, любой его фильм, - это новый поворот в истории кино. Мало того, что это любопытно и талантливо, это необходимо для всех нас. Я с удовольствием узнал, что он запустился с новым фильмом. Очень важно, что эта трилогия состоится. Я уверен, что все, что делается под зорким оком Сокурова, всегда будет безумно интересно. Он старается делать то, что ему необходимо. Это очень редкое качество. И уже за это надо его любить, ценить и беречь.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир