Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Забудьте мелодию для флейты

Политологи, политики и политические журналисты уже выговорились о новых слугах народа. В куче слов можно было отыскать разнообразные сведения, касающиеся биографий министров, их профессиональных качеств, а также их личных склонностей. Но мы-то, гуманитарии и неполитические обыватели, все-таки больше смотрим не в паспорт и не в анкету, а на лица. Как в фас, так и в профиль, да еще и на просвет. Мы по природе и по опыту тонкие физиогномисты. Правительственных людей мне показали, но они мне не "показались". Не яркие, не знаковые, не политические, не харизматические, не артистичные... И не плейбои к тому же. Они "технические" ребята. С другой стороны, подумал я, а зачем нам яркие лица функционеров? Пить нам, что ли, с них...
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Политологи, политики и политические журналисты уже выговорились о новых слугах народа. В куче слов можно было отыскать разнообразные сведения, касающиеся биографий министров, их профессиональных качеств, а также их личных склонностей. Но мы-то, гуманитарии и неполитические обыватели, все-таки больше смотрим не в паспорт и не в анкету, а на лица. Как в фас, так и в профиль, да еще и на просвет. Мы по природе и по опыту тонкие физиогномисты. Беня Крик, которого один молодой большевик пытался завлечь в СДРП (было такое в одном из неопубликованных сценариев Бабеля), отвечал агитатору в том духе, чего это ты мне марксистские книжки таскаешь, ты мне своих людей покажи. Правительственных людей мне показали, но они мне не "показались". Не яркие, не знаковые, не политические, не харизматические, не артистичные... И не плейбои к тому же. Они "технические" ребята. С другой стороны, подумал я, а зачем нам яркие лица функционеров? Пить нам, что ли, с них... Но нет, судя по общему гулу в прессе и на телевидении, публика, разглядывая правительственный иконостас, желает острых эстетических впечатлений. Чтобы лики министров были не слишком квадратными, чтобы в глазах светился интеллект, чтобы все они были немножечко цицеронами, а также спинозами и чтобы в их фигурах чувствовалась аристократическая порода. Это, видимо, застарелые рефлексы. Люди, почитающие себя либералами, приходят в негодование при мысли о возможности власти над собой сугубо технического правительства; им подавай власть идейно-политическую. Возможно, что это рудименты революционно-утопического сознания. Как можно было в ту пору двигаться в новую жизнь и штурмовать сияющие вершины коммунизма или нацизма без харизматичных и артистичных лидеров! Кажется, что и сейчас, в эпоху размеренного бытия и рационализированного сознания, шагу без них сделать нельзя. А если попробовать? Если ко всему комплексу властных институтов отнестись как к набору рабочих инструментов в сумке, которая болтается на плече слесаря? Если сказать себе, что государство - это как жилконтора. И тогда - какая нам разница, какие лица у ее председателя и его сантехников... Дело бы делали. Мы знаем, что большой романтик Остап Бендер не желал переквалифицироваться в управдомы. Но я подумал: если бы он все-таки переквалифицировался, хотел бы я, чтобы начальником моего Краснопресненского ЖЭКа стал бы неповторимый и неподражаемый человек-праздник Остап Ибрагимович? Пожалуй, что нет. И чтобы он стал министром культуры - тоже навряд ли. Функционеры любого ранга должны быть людьми без лиц. Правда, тут надо войти и в положение функционеров. Для иных здесь нет никакой проблемы. А для некоторых - это задача. Отчего-то припомнился рязановский фильм "Забытая мелодия для флейты" о трагифарсовой судьбе чиновника в перестроечной России. Человек умел играть на флейте, выводил красивые мелодии, но забросил волшебную дудочку за шкаф и пошел в чиновники. И дослужился до начальника Управления свободным временем в ранге министра. И в этот самый момент дал волю сердцу, которое не вместило карьерной логики и нахлынувшего чувства; оно и разорвалось. Потом, правда, склеилось благодаря все тому же чувству, но не в этом дело. Михаил Ефимович Швыдкой был тем чиновником, который свои прямые обязанности сумел соединить с игрой на флейте для души. Кого-то это раздражало. Мне это не мешало. У него и то и другое получалось почти одинаково хорошо. Но по большому счету и, глядя со стороны, министр, работающий шоуменом в свободное от госслужбы время, смотрелся странно. По большому счету карьерный чиновник должен быть человеком в футляре. В футляре своих функций. А вот лидеры общественных организаций, политических партий, творческих союзов, художники, телешоумены, писатели, певцы, музыканты и т.д. должны иметь лица с необщим выраженьем. Новый министр культуры Александр Соколов, музыкальный теоретик по образованию, человек с незапоминающимся лицом, и это хорошо. Настораживает другое: еще пребывая в далекой Японии, он выразил желание разобраться с музыкальными критиками в отделах культуры негосударственных газет. Это как если бы слесарь, которого я пригласил починить кран, занялся бы перепланировкой санузла в моей квартире. ...Министерский пост - довольно внушительный футляр. Размером с футляр для контрабаса. С ним можно завести роман, а можно им ненароком и убить.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир