Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Считайте его коммунистом

Залегший еще в 2000 году на дно телеведущий Сергей Доренко в последнее время заметно активизировался. У него есть собственное "окошко" на радиостанции "Эхо Москвы" в рубрике "Персонально ваш...", где он комментирует актуальные политические события, ему предложено заняться тем же самым на зарубежном русском ТВ имени Гусинского. Если вспомнить его выступления на страницах газеты "Завтра", то поневоле вспомнишь и Достоевского, сказавшего: "Широк человек..." Понятно, что одноразовый шприц может быть задействован не единожды, хоть и с риском для жизни. Но не до бесконечности же...
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Залегший еще в 2000 году на дно телеведущий Сергей Доренко в последнее время заметно активизировался. У него есть собственное "окошко" на радиостанции "Эхо Москвы" в рубрике "Персонально ваш...", где он комментирует актуальные политические события, ему предложено заняться тем же самым на зарубежном русском ТВ имени Гусинского. Если вспомнить его выступления на страницах газеты "Завтра", то поневоле вспомнишь и Достоевского, сказавшего: "Широк человек..." Понятно, что одноразовый шприц может быть задействован не единожды, хоть и с риском для жизни. Но не до бесконечности же. Казалось, что использованный Березовским Сергей Доренко в борьбе с Примаковым и с "гусь-лужковской сворой", как тогда величал телеведущий ОРТ своих коллег с НТВ, уже не может объявиться в приличном журналистском сообществе. Но не прошло и четырех лет, как он стал еженедельно объявляться на той самой радиостанции, где работает сегодня значительная часть той самой "своры". В пору былой информационной войны он делал язвительные выпады в сторону КПРФ и лично товарища Зюганова, а теперь - член этой самой КПРФ и соратник того самого Зюганова, который еще совсем недавно называл теперешнего товарища по партии из провинциальной первички "информационным киллером". Мир этот все-таки не только тесен, но и округл. Насколько помнится, прежде за душой у товарища Доренко не было ни монархической, ни коммунистической, ни либеральной, ни какой-либо иной идеи. Кроме разве той, которую можно назвать профессиональным нарциссизмом. Или профессиональным цинизмом, что, в сущности, одно и тоже. Когда-то он был презентабельным диктором программы "Время", еще - заурядным интервьюером ("Подробности"), служил посредственным аналитиком ("Версии"), оказался неудачливым шоуменом ("Характеры"), пока в пору царствия на ОРТ Березовского не стал тем, кем он стал - информационным спецназовцем. И его политические симпатии отличались большой переменчивостью. Сначала он был преданной тенью народившейся в России демократии. Потом помчал тенью за олигархом... Потом форма почувствовала себя содержанием и стала числить себя "человеком не команды", кошкой, гуляющей сама по себе. Хотя, честно говоря, тогда в этой "кошке" отчетливо проглянуло что-то смердяковско-карамазовское: "Поцелуй в губы и кинжал в сердце". У него и смердяковский был расчет в его битве с Чубайсом, Лужковым, Примаковым: "В суде не поверят-с, а в публике поверят-с!" Поскольку в суде - вынь да положь факты, а публике довольно харизмы, которой у Доренко не отнимешь. Тогда было видно, что война компроматов для него - мать родная. Здесь он всех превзошел - и Хинштейна, и Караулова, и Минкина. Отсутствие же информационной войны для него, казалось, смерти подобно. Естественно, раз он такой умелец, то его было попытались перевербовать. Чуть ли не сам президент предлагал если не дружбу, то службу (по словам Доренко) - он отказался. Но само собой понятно, что переквалифицироваться из грозы всех политиков в прозаического информационщика ему было бы так же обидно, как Остапу Бендеру - в управдомы. Не та романтика. Оттого, наверное, и ушел на дно. А всплыл в другой роли, с иным имиджем. Он сегодня - за бедную Россию против богатой Москвы. У него сегодня поза не "отвязавшегося киллера", а благородного и крутого Робин Гуда, человека с левыми убеждениями. И, надо признать, публицистическая желчь у господина Доренко не иссякла. Про Рыбкина смешно и точно сказал: "Он может нанести жесткий удар подушкой". А самое главное: нынче он не столько журналист, сколько политик со своей платформой, краеугольным основанием которой возглашена этическая революция и социальная ответственность перед теми, кто нищенствует или живет на грани нищеты. С утра провозгласил ответственность, а вечером ее продемонстрировал в эфире "Эха Москвы". На вопрос слушателя, как он будет голосовать 14 марта, ответил, что его в это время не будет в Москве, что он полетит на Таиланд понырять с аквалангом за плечами. Страсть у него такая. Другой слушатель: "Вам хорошо, а мы-то как?" Доренко обидчиво: "Ладно, я не полечу, кому-нибудь от этого легче станет..." Нет, не должен жертвовать своим красивым хобби Сергей Леонидович за ради ложно понятой аскетичности своего левого имиджа. Он, впрочем, и не собирается жертвовать, в чем читатель сможет убедиться, познакомившись с его интервью . Что бы кто ни говорил, в политике этические струны столь же отзывчивы, как и в журналистике. Стоит только их задеть. Тут как раз тот случай, когда телеведущему в суде поверят-с, а в публике не поверят-с.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир