Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Маску" вручил - "Маску" принял

Церемония закрытия "Золотой маски" состоялась в Мариинском театре, правда, в отсутствие его хозяина Валерия Гергиева, зато при участии губернатора Владимира Яковлева, Валентины Матвиенко, президента Сбербанка Андрея Казьмина и курсантов Кронштадтского, Нахимовского и Суворовского училищ. Итоги фестиваля комментируют обозреватели "Известий"
0
Вручили главную театральную премию страны
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Курсанты оттеняли все происходящее своей военной выправкой, что, впрочем, никак не сказывалось на общей неформальной атмосфере. На экране проносились поезда, видимо, едущие из Москвы в Петербург. Знаменитый танцовщик Жозеф Надж с подвязанной ногой исполнял политкорректный танец калеки, фольклорный ансамбль Покровского, смешавшись с местным хором, пел музыку минималиста Владимира Мартынова и даже мариинский балет, плясавший половецкий акт из "Князя Игоря", и тот был одет в костюмы от Юрия Харикова. Церемония прошла в дружественной, неформальной обстановке, срежиссированной мастером уличных зрелищ Андреем Могучим. Директор "Золотой маски" Эдуард Бояков и мариинская балерина Дарья Павленко прогуливались по сцене и пытались вести непринужденный разговор а-ля популярные телеведущие Фекла Толстая и Петр Фадеев. В промежутках между попытками Павленко успевала переодеться в новый туалет, знаменуя этим переход к новой номинации. Самым удачным оказалось короткое красное платьице, к которому прилагалась огромная, в человеческий рост, Масяня, - потому что после этого сцену заполнили "Лицедеи", приглашенные для вручения премий в "кукольных" номинациях, и умирающий от смеха зал наконец-то на полную катушку почувствовал на себе волшебную силу театрального искусства. Награды получили герои Чем разумнее и компетентнее выглядит решение жюри, тем меньше поводов остается для комментариев. На сей раз оно оказалось прямо-таки до обидного взвешенным. Критики, из года в год потирающие руки - сейчас они там наприсуждают, а уж мы-то их потом научим театр любить, - пребывают по большей части в растерянности - тут и комментировать почти нечего. Главная радость заключается даже не в том, что в номинации "Лучший спектакль большой формы" победил "Московский хор" Льва Додина и его ученика Игоря Коняева (событием могло стать лишь неприсуждение ему "Маски" - ведь соревноваться спектаклю МДТ было решительно не с чем). Главная радость в том, что сразу две "Маски" - за "Лучший спектакль малой формы" и за "Лучшую режиссуру" взял Кама Гинкас с поставленной в МТЮЗе "Дамой с собачкой". У Гинкаса с "Маской" все никак не складывались отношения. Снаружи казалось, что это какой-то злой заговор, изнутри почти всегда было понятно, что скорее злой рок. Апофеозом несправедливости стала позапрошлогодняя церемония вручения, когда гинкасовского "Черного монаха", один из лучших спектаклей не только этого режиссера, но и вообще театральной России, прокатили по полной программе. Нынешние награды можно считать компенсацией за ту давнюю несправедливость. К тому же "Дама с собачкой", еще одна безусловная удача мастера, связана с "Черным монахом" неразрывными узами - это две части необычной, по-гинкасовски жесткой, лишенной привычной акварельности и воздушности трилогии по Чехову. Вне конкуренции была и Татьяна Щуко, самоотверженно и вдохновенно играющая Лику в "Московском хоре". Ее победу, как и победу самого спектакля, зал встретил овацией. Куда более жидкими аплодисментами удостоили Александра Калягина, отмеченного жюри за заглавную роль в "Короле Убю" Альфреда Жарри. Инфантильного и шаловливого негодяя Убю Калягин играет, конечно, мастерски, но для самого артиста это никакое не свершение. Такие роли сей неугомонный лицедей, наделенный фантастическим комедийным обаянием, щелкает как орехи. Они ему на один зуб. Иными словами, это все равно как если бы чемпион по прыжкам в высоту перепрыгнул планку на уровне собственного живота. Главным соперником Калягина был Константин Райкин в роли другого негодяя - синьора Тодеро из одноименного спектакля Роберта Стуруа. Надо сказать, что таких гуттаперчевых мерзавцев, как Тодеро Райкина, наша сцена еще не видела, но худрук "Сатирикона" уже и без того знатный "золотомасочник", так что в битве двух титанов победил тот, которого до сей поры "Маска" миновала. Конкурс в номинации "Лучшая мужская роль" оказался на этот раз вообще чрезвычайно сильным. Андрей Панин и Николай Фоменко из "Академии смеха", Владимир Скворцов из спектакля "Облом-off", Алексей Левинский из "Странников и гусаров" были пусть и не очень именитыми, но, безусловно, достойными соперниками двух театральных ньюсмейкеров. Но тут уж члены жюри вполне могут воскликнуть, как советская продавщица: их много, а "Маска" одна. Главное открытие нынешнего фестиваля - питерский инженерный театр "АХЕ" со спектаклем "Sine Loco" тоже совершенно справедливо оказался в числе победителей, обойдя не только несколько скисшее и огламурившееся "Дерево", но даже всеобщего любимца Евгения Гришковца с одним из лучших его спектаклей "Дредноуты". Ахешники показали нечто настолько необычное и завораживающее, что отдавать "Новацию" кому-то другому было бы насмешкой над здравым смыслом. Ради таких, как они, и номинацию-то изобретали. Единственным проколом жюри можно счесть решение объявить "лучшим художником" Юрия Харикова с его аляповатой и пошловатой сценографией к "Мамаше Кураж" Адольфа Шапиро. Уж если кто и был достоин награды в этом спектакле, так это Роза Хайруллина в роли мамаши, но уж никак не явно схалтуривший Хариков, чья работа на фоне изумительной сценографии Алексея Порай-Кошица к "Московскому хору" или прекрасной работы Сергея Бархина к "Даме с собачкой" смотрелась просто жалко. По всей видимости, это был утешительный приз провинции. Таким же реверансом в сторону провинции выглядел и спецприз жюри спектаклю екатеринбургского ТЮЗа "Каштанка", очень неплохо смотревшемуся бы на фестивале "Золотая репка" и совершенно нелепо - на фестивале "Золотая маска". Другой спецприз достался симпатичному спектаклю "Эдип-царь" молодого питерского режиссера Андрея Прикотенко. Случайная ли это удача, или закономерная, мы поймем, когда Прикотенко поставит свой второй спектакль, но кого, безусловно, стоит выделить в "Эдипе", так это Ксению Рапопорт, актрису редкого дарования и совершенно неземной декадентской красоты. Видимо, именно ее жюри подспудно и имело в виду. И еще две радостные новости. Приз критики получил спектакль "Странники и гусары" верного рыцаря полуподвальной сцены Юрия Погребничко, долгое время вовсе (и совершенно зря) не замечаемого "Золотой маской". Спектакль "Облом-off" Михаила Угарова взял приз зрительских симпатий. Мои симпатии тоже на его стороне. Ну просто благодать какая-то. В такие редкие минуты начинаешь верить, что в оценке произведений искусства возможна не только высшая, но даже сиюминутная, житейскими дрязгами непоколебимая справедливость. Марина ДАВЫДОВА Других опер у нас для вас нет Итоги оперной "Маски" - главная неприятность этого конкурса. Их, конечно, не назовешь скандальными. Скорее - удручающими. Четыре "Маски" за раз - это полная и ошарашивающая победа милого, слезливого, очень хорошо принятого питерской публикой и совершенно рядового спектакля "Мадам Баттерфляй" Музыкального театра Станиславского и Немировича-Данченко, который, окажись прошлый оперный сезон поудачнее у Мариинки или, скажем, у Большого, мог бы вообще не попасть в конкурс. Ничего плохого в этом спектакле нет. Есть даже хорошее - Ольга Гурякова в заглавной партии. И право главной примадонны театра на очередную "Маску" бессмысленно оспаривать. Другое дело, что куда эффективнее было бы наградить "за лучшую женскую роль" безвестную Светлану Матвееву из Екатеринбургского экспериментального театра, ничуть не хуже справившуюся с ролью Гувернантки в "Повороте винта" Бриттена. Но и то хорошо, что ей достался спецприз жюри. Однако, помимо бесспорной Гуряковой, "Маски" получили еще Людмила Налетова за "лучшую работу режиссера", Елена Степанова "за лучшую работу художника" и сам спектакль "Мадам Баттерфляй" как таковой. Это значит, что его фактически приравняли к спектаклям Льва Додина или Камы Гинкаса, получивших в этом году "Маски" в своих номинациях, или к двум знаменитым мариинским постановкам - "Китежу" Дмитрия Чернякова и "Щелкунчику" Михаила Шемякина, - победившим в прошлом году. И это выглядит крайне нелепо. По-моему, уже надо определиться: к какому виду соревнований ближе "Маска" - к футболу, где всегда есть победитель, или к конкурсу Чайковского, где его может и не быть. Нынешний оперный конкурс оказался очень слабым, так зачем же делать вид, что все о'кей? Во-первых, наверное, затем, чтобы со всеми жить мирно. В прошлом году случился небольшой внутренний скандал - Театр Станиславского по каким-то плохо объяснимым причинам решил обидеться и отказался выдвигать свои спектакли на "Маску". А теперь вот перестал обижаться, выдвинул - и как все сразу хорошо сложилось! Не досталась "Мадам Баттерфляй" лишь одна важная "Маска" - "за лучшую дирижерскую работу". Ее получил Владимир Понькин за "Лулу" Берга, поставленную в "Геликоне", а скорее - за то мужество, которое он проявил в работе над первой российской постановкой додекафонной оперы. И еще, наверное, пришлось сделать вид, что все о'кей, чтобы не портить праздника. В этом году и так есть пустые конверты. Не присуждена "Маска" в номинации "лучшая мужская роль в опере". Без премии оставили постановщиков "Норд-Оста" Васильева и Иващенко (они были единственными претендентами на "лучшую режиссерскую работу в мюзикле"). "Норд-Ост", впрочем, все-таки увезет в Москву две "Маски": за "лучший спектакль" и "за лучшую мужскую роль" (ее получил Юрий Мазихин, сыгравший роль Татаринова). "Лучшая женская роль" досталась Теоне Дольниковой, Эсмеральде из конкурирующего "Notre Dame de Paris". Победой на питерской "Маске" "Норд-Ост" заканчивает свое московское существование (10 мая будет сыгран последний спектакль) и собирается переселиться в следующем году в Петербург. Екатерина БИРЮКОВА Графиня и валенки Практически все призы в разделе "балет" достались Большому театру. "Вечер хореографии", объединивший "Пассакалью" и "Пиковую даму" Ролана Пети, настолько впечатлил жюри, что судьи отдали ему сразу три награды. Наибольшего внимания удостоилась вторая часть "Вечера", ставшего "лучшим спектаклем" (поставленным почему-то не "лучшим хореографом" - награду в этой номинации не присудили никому). Одноактный сюжетный балет по мотивам самой интригующей повести Пушкина отмечен и за актерские работы. Но в победе Илзе Лиепа (Графиня) и Николая Цискаридзе (Герман) никто и не сомневался. Вполне достойным ролям других номинантов - Нины Ананиашвили в "Леа" (Театре танца п/р Алексея Фадеечева), Дианы Вишневой и Андрея Меркурьева в "Золушке" - все же не хватило ярких красок. Автор этих спектаклей Алексей Ратманский тяготеет к осовремениванию старых сказок и прямому пересказу сюжетов, с трудом справляется с большой формой и не всегда ладит с музыкой. Впрочем, декорации полноформатной "Золушки" могли бы принести Мариинскому театру хотя бы одну награду. Евгений Монахов и Илья Уткин выстроили довольно необычное пространство и совпали с музыкальными смыслами Прокофьева. Но премия художнику музыкального театра ушла в оперу. А Мариинский театр впервые за долгие "масочные" годы остался без наград. Раздел "Современный танец" - на волоске от гибели. Эксперты признавались, что выбирать в этом году было не из чего, а руководство просило заполнить целых два фестивальных вечера. Знатоки предрекали награду балету Панфилова. Думали, жюри почтит память погибшего хореографа. Да и в спектакле про войну диковатый пафос "тарзана русского танца" вполне уместен. Но результаты оказались непредсказуемы. "Золотая маска" досталась "Ожиданию" Ольги Пона. Среди судей был только один специалист по contemporary dance - Геннадий Абрамов. А остальные, судя по всему, являются поклонниками "русского стиля" с валенками, платками, заиндевелыми окошками, горючей тоской и кабацкими плясками. Елена ГУБАЙДУЛЛИНА
Комментарии
Прямой эфир