Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Потехе - время, делу - час

Программы передач основных федеральных телеканалов с каждым днем все больше напоминают мне популярную некогда газетную забаву: "Найдите, как минимум, пять отличий". В программах большинства главных телеканалов отличия можно обнаружить лишь в названиях сериалов, фильмов и информационных выпусков. Создается ощущение, что сетки вещания сверстаны по единому шаблону одним программным директором: новости, начиная с шести часов вечера, сменяются всюду сериалами, которые, перемежаясь все теми же новостями, следуют один за другим, изредка уступая место просто фильму
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Программы передач основных федеральных телеканалов с каждым днем все больше напоминают мне популярную некогда газетную забаву: "Найдите, как минимум, пять отличий". В программах большинства главных телеканалов отличия можно обнаружить лишь в названиях сериалов, фильмов и информационных выпусков. Создается ощущение, что сетки вещания сверстаны по единому шаблону одним программным директором: новости, начиная с шести часов вечера, сменяются всюду сериалами, которые, перемежаясь все теми же новостями, следуют один за другим, изредка уступая место просто фильму. В будни я насчитала за вечер: шесть сериалов и фильмов на ОРТ, четыре - на РТР, пять - на НТВ, три - на ТВЦ и три - на ТВС. Изобилие? Возможность выбора? Ешь - не хочу? А вот и не хочу, потому что пища духовная, как и просто пища, должна быть сбалансированной и разнообразной. В противном случае потребитель-зритель подобно таможеннику Верещагину из "Белого солнца пустыни" рано или поздно взвоет: "Опять икра!" Да, боюсь, и зрителей на весь этот сериальный "продукт" не хватит - надо же когда-то и погулять, и родственников навестить, и книжку почитать. Я уж не говорю о том, что есть энное количество странных людей, которые предпочитают сериалам публицистику, просветительские передачи, мемуары. Этим чудакам впору либо искать ночную работу, либо вовсе не работать, поскольку все, что мало-мальски отвечает их вкусам, если и попадает в эфир, то исключительно в дневное или раннее вечернее время. Российское государственное телевидение, открывшее на минувшей неделе очередной сезон, выделило всю документалистику-публицистику в новой сетке вещания в отдельную "линейку"-резервацию: с 17.20 до 18.20. Теперь вроде бы и не упрекнешь главный канал страны в том, что подобно коммерческим телекомпаниям он гонится за рейтингами и кормит своего зрителя одними сериалами, развлечениями и новостями. А по сути, именно так и есть. Поставили галочку, отметились - мол, сеем, как и положено государственному ТВ, разумное, доброе, вечное: с 17.20 до 18.20. А то, что сеем в пустоту, - не наше дело. Кстати, спустя некоторое время можно будет, оправдываясь отсутствием рейтинга, ликвидировать и эту тощую "линейку": ну не смотрит зритель всю эту документальную "лабуду". Нет спроса - нет и предложения. Между тем как минимум два документальных цикла, стартовавших на РТР в это самое провальное и глухое время, достойны прайм-тайма и, уверена, собрали бы аудиторию, вполне сопоставимую с аудиторией многих сериалов. Цикл "Свет звезды" по своему замыслу мало чем отличается от цикла "Кумиры" на ОРТ, тоже рассказывающего о судьбах знаменитых людей, давно переживших пик своей славы. Существенное отличие в том, КАК это делается. Если в "Кумирах" эмоции из зрителей пытается буквально выдавливать ведущая Валентина Пиманова, слащаво и отчего-то шепотом излагающая драматические подробности той или иной биографии, то в "Свете звезды" эмоции, переживания, воспоминания как зрителей, так и героев рождают тщательно отобранные и искусно смонтированные кадры хроники, свидетельства людей, прошедших вместе с героем этапы жизненного пути, размышления героев о превратностях судьбы. Героиня первой программы цикла Ирина Скобцева, сидя в кинозале, впервые за много лет смотрит кадры, запечатлевшие некогда актрису молодой, успешной и счастливой, - они вызывают у нее бурю эмоций и массу воспоминаний. Так же, как и у зрителей, чья молодость пришлась на то время, так же, как у большинства людей, привыкших видеть своих кумиров в блеске славы и не подозревающих, чем за это иногда приходится платить. Сделанный в лучших традициях отечественного документального кинематографа цикл "Свет звезды" помимо всего прочего, как ни печально об этом говорить, запечатлевает для истории уходящую натуру: большинство его героев - люди немолодые. Да и молодые, как свидетельствует грустный опыт, тоже в любой момент могут оказаться "уходящей натурой": так, интервью Андрея Ростоцкого стало его последней прижизненной съемкой, и Ирина Константиновна, увидев на экране своего ученика, с восхищением и нежностью вспоминающего годы учебы у Бондарчука и Скобцевой во ВГИКе, не может сдержать слез и надолго замолкает, отворачиваясь от камеры. И камера деликатно держит паузу - негоже преследовать человека в момент сокровенного переживания. И кто бы мне объяснил (вопрос риторический), чем такой фильм не достоин приличного вечернего времени и чем провинился зритель, лишенный по воле составителей программы, отличного тонкого зрелища и встречи с любимыми артистами? Этот же риторический вопрос возникает и по поводу другого нового цикла на РТР - программы "Традиционный сбор". Идея цикла тоже не особенно замысловата и отчасти продолжает исчезнувшую из эфира "Старую квартиру" - собирать время от времени в телевизионной студии людей, некогда связанных общим делом: съемками фильма, созданием театра, учебой на одном курсе университета. На этой неделе традиционный сбор объявили для создателей и участников знаменитого прежде Студенческого театра МГУ. Его уникальную школу прошли Марк Розовский, Геннадий Хазанов, Аркадий Арканов, Юлий Гусман и многие-многие из тех, кто составляет сегодня гордость и славу российской культуры. Собравшись вместе, они говорили о времени, о театре, о своих коллегах, о себе. Масштабные, интересные, остроумные люди, герои программы с помощью ведущей Киры Прошутинской сумели избежать опасного в таком жанре привкуса междусобойчика, дав зрителю возможность почувствовать вкус времени, в котором существовал и формировал умы Студенческий театр МГУ. Еще одна премьера РТР - программа "Вера. Надежда. Любовь" - кажется мне куда менее удачной, нежели два вышеназванных проекта. Идея - чистый клон давно существующей на ОРТ программы "Жди меня", где ищут, находят и соединяют потерявших друг друга людей. В принципе нет, наверное, ничего особо страшного в клонировании, то есть повторении благородных идей, тем более призванных помогать людям. Жаль, когда идея воплощается кое-как, а все изобразительно-выразительные средства направлены лишь на то, чтобы выжать из зрителей слезу: "Плачьте с нами, плачьте, как мы, плачьте лучше нас". В программе "Жди меня" тоже плачут - потому что по-настоящему трогают драматические истории и судьбы, которые авторы программы расследуют и "прописывают" досконально. В программе "Вера. Надежда. Любовь" все истории оставляют ощущение недосказанности и приблизительности. Как пленный российский солдат оказался в доме у доброго чеченца, безвозмездно вернувшего его матери, почему чеченцу, приглашенному в студию, закрывают лицо (чтобы с ним за его доброту не разделались свои же), но при этом показывают в видеосюжете дом, в котором он живет в Чечне, абрикосовый сад и рассказывают о его пяти дочерях? Что на самом деле случилось с маленькой девочкой, якобы подкинутой в детский приют при живой-то матери, кто и зачем это сделал и почему, наконец, бабушка, вместе с матерью ребенка и самим ребенком приглашенная в студию, никак не может смириться с тем, что из "Маши сделали героиню"? Ведущих по большому счету явные нестыковки в "показаниях" героев не интересуют - они хотят катарсиса и всеобщего счастья и братства. А ведущих зачем-то три - видимо, по числу слов в названии программы: Кира Прошутинская, Александра Буратаева и Юлия Рутберг. Кто из них олицетворяет собой "Веру", кто - "Надежду", а кто - "Любовь", осталось непроясненным, ясно одно: тройное ведение существенно затрудняет восприятие и без того не вполне внятного материала. Ведущие бесконечно перебивают друг друга, повторяют только что сказанные слова и обцеловывают своих героев, когда слова у всех трех заканчиваются. При этом актриса Рутберг из всех возможных реакций выбирает пафосно-экзальтированную, бывшая ведущая новостей, а ныне депутат Госдумы Буратаева - отстраненно-ироничную, а руководитель Авторского ТВ и тележурналист Прошутинская - слезоточиво-умилительную. Ничто так не вредит благородству замысла, как режущие ухо фальшивость интонаций и демонстративность эмоций, исходящие от ведущих. В бесконечных, заполонивших весь эфир игровых телесериалах дурная актерская игра не так бросается в глаза, как имитация чувств в общении с живыми людьми. Так что и документалистика документалистике рознь. А что вы думаете об этом?
Комментарии
Прямой эфир