Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Путин идет в разведку

Во вторник на российской встрече Всемирного экономического форума президент Владимир Путин сделал заявление, которого мир ждал от него с 11 сентября, - о создании в России специального органа по борьбе с легализацией доходов, полученных преступным путем. "Документы по его созданию полностью подготовлены и будут подписаны в самое ближайшее время", - сказал президент. По информации "Известий", это означает, что уже с нового года в стране заработает финансовая разведка. Она должна тесно взаимодействовать с аналогичными структурами Европы и США, чтобы исключить финансирование потенциальных террористов через российскую банковскую систему
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
В России не так много случаев, когда у эпохальных экономических идей есть конкретные авторы. Например, история умалчивает, кто первый подсказал президенту Владимиру Путину мысль о создании Единого тарифного органа. У идеи финансовой разведки есть точные время, место и автор. В середине декабря 2000 года Путин встретился в Кремле с тогдашним главой Федеральной службы налоговой полиции (ФСНП) Вячеславом Солтагановым. Обсуждалась проблема борьбы с отмыванием грязных денег. Результат этой встречи - у нас будет финансовая разведка. После встречи Солтаганов пояснил: "Я рассказал президенту об итогах своей недавней поездки во Францию, где существует аналогичная служба, работающая в системе Министерства финансов". При этом финансовая разведка мыслилась автором как департамент в составе Минфина, состоящий исключительно из штатских лиц, занимающихся анализом денежных потоков. Финансовые разведчики должны были стать мозгом борьбы с отмыванием капиталов и утечкой этих капиталов за границу, а не карающим перстом. Проект создания финансовой разведки при Минфине Солтаганов лоббировал в "пакете" с другой грандиозной идеей - преобразованием налоговой полиции в службу финансовой полиции с приданием ей статуса отдельного министерства. Причем 1 сентября 2000 года, выступая в День знаний в стенах Академии налоговой полиции, Вячеслав Солтаганов пообещал, что уже к началу 2001 года у страны появится финансовая полиция. Солтаганов не уцелел. Сменивший его на посту главного налогового полицейского Михаил Фрадков сразу отказался от идеи создания финансовой полиции. И при этом не выпячивал свое ведомство в качестве активного лоббиста финансовой разведки. Но идея уже жила своей жизнью, овладев "массами" чиновников правительства и администрации президента. После принятия летом нынешнего года федерального закона о противодействии легализации доходов, нажитых незаконным путем, стало актуальным создание "компетентного органа". А после террористической атаки на США от России этого ждали все страны антитеррористической коалиции. В отличие от Единого тарифного органа, за право обладать которым сражались Минэкономразвития, Министерство по антимонопольной политике и Федеральная энергетическая комиссия, претендовать на роль куратора финансовой разведки публично никто из ведомств не решался. Поэтому высока вероятность сохранения президентом солтагановской идеи - то есть финансовую разведку отдадут Минфину. Во всяком случае, в ФСНП "Известиям" заявили: "Мы давно уже не следим за процессом создания финразведки и не претендуем на то, чтобы она стала нашей частью". Но окончательно этот вопрос еще не решен. Путин не лукавит, когда говорит, что имеет готовый к подписанию документ. Только недоговаривает, что этот документ у него на столе сегодня лежит в нескольких вариантах. По мнению источников "Известий", рассматривается такой итоговый вариант, при котором новый орган станет, может быть, подчиняться не столько министру финансов Алексею Кудрину, сколько вице-премьеру Алексею Кудрину. Кроме того, по сведениям "Известий", своих людей в структуре финансовой разведки хотело бы видеть Министерство внутренних дел. Нет пока ясности с полномочиями нового органа. В России до сих пор нет единого органа валютного контроля. Этим делом занимаются и Центробанк, и Государственный таможенный комитет, и специальная федеральная комиссия валютного контроля. Нет единой базы данных об участниках внешнеторговых сделок, доступной всем ведомствам, не говоря уже обо всех хозяйствующих субъектах. При таких условиях аналитики финансовой разведки просто замучаются собирать необходимую исходную информацию для наводки налоговых полицейских на экономических преступников. Кроме того, по словам президента, борьба с легализацией преступных доходов не должна привести к тому, что будет нарушаться банковская тайна. "Финансовая разведка, напротив, должна следить за соблюдением банковской тайны", - заявил он. Но как раз полная открытость всех счетов для аналитиков нового органа необходима, если он замышляется как эффективная структура для отслеживания криминальных или террористических сделок. Для других целей полномочий и сегодня хватает у спецслужб, которые могут получить любую банковскую информацию после санкции прокурора или решения суда. В том-то и смысл разведки, чтобы анализировать внешне безобидные сделки и выявлять преступные закономерности. Не так давно глава комитета Госдумы по безопасности Александр Гуров прямо говорил, что спецслужбам хорошо известны те банки, которые работают на мафиозные структуры. Что мафия стала уходить в легальный бизнес. Использовать финразведку для борьбы с этим - все равно что стрелять из пушки по воробьям. Если службам известны и банки, и способы их взаимодействия с мафией, то им и работать в этом направлении. Поправки же к действующему законодательству, если это необходимо, можно принять. Финансовая разведка нужна для системного анализа. И ей действительно требуется максимальный доступ к любой информации. На это после сентябрьских терактов пошли американцы, то же сделали и европейцы. Россия подписала соглашение об обмене информацией с западными спецслужбами, но им нужна точная аналитическая информация. Так что Путин просто обязан был заявить мировой бизнес-элите, что создает необходимую для этого организацию. Теперь президенту надо срочно решить сверхсложную задачу: как сделать, чтобы информация не использовалась для торговли ею или для решения политических задач российской элиты. Вот почему его администрация спешно работает над тем, чтобы мощное оружие в виде разведки не оказалось в чьем бы то ни было единоличном распоряжении. Остается увидеть, хватит ли этого, чтобы застраховаться от превращения финразведки в карательный инструмент внутреннего использования. Примеры пока есть только отрицательные. Та же ФСНП подчиняется напрямую президенту, а в провинциях - фактически местным властям. Но используются налоговые полицейские и для экономических "разборок", и для политического давления на неугодных. С кем бы вы пошли в разведку? Олег НЕЧИПОРЕНКО, полковник КГБ в отставке: - Так я сорок лет в разведку ходил! Если бы можно было выбирать напарника, в разведку я бы пошел с профессионалом. Профессионализм для меня - это технологический опыт, помноженный на преданность делу, которому служишь. Профессиональный долг и совесть я больше всего ценю в людях. Игорь КИО, иллюзионист: - С президентом Путиным. Он человек умный, опытный и к тому же бывший разведчик. И в его действиях я пока не вижу ничего, что могло бы свидетельствовать о его неверности долгу. Татьяна САМОЛИС, пресс-секретарь директора Службы внешней разведки: - С мужем и с сыном. Это два самых близких мне в жизни человека, в них я уверена, они мои друзья. Когда мы задаем такой вопрос, речь идет об экстремальной ситуации. И желательно в такой ситуации оказаться с человеком, на которого можно во всем положиться, который тебя не подведет, вытащит из всех трудностей и сложностей. Юлий РЫБАКОВ, депутат фракции СПС в Государственной думе: - Идти в разведку нужно с тем, кого хорошо знаешь и с кем уже бывал в разведке. Я бы взял с собой в разведку Сергея Ковалева. Хотя боюсь, что он стал бы выскакивать из окопа и в своей академической манере спрашивать: "Как вы думаете, с той стороны стреляют, или с этой?" Пошел бы в разведку с президентом фонда "Ночлежка" Валерием Соколовым... Список можно продолжать еще долго. Олег ТАБАКОВ, главный режиссер "Табакерки": - Я бы взял с собой в разведку Анатолия Приставкина, Виктора Астафьева, Зиновия Гердта, Гришу Чухрая, моего друга Сережу Глинку. Антон НОСИК, главный редактор "Лента.Ру": - С собакой. Это единственный вид разведчика, который никогда не предает своих, не работает на врага и не публикует мемуаров. Бизнес разведки - это бизнес предательства по определению. А обман врага - это все равно обман. Станислав САДАЛЬСКИЙ, актер: - Однозначно с профессионалами. Хотя я считаю, что российская разведка профнепригодна. Американская не лучше: до сих пор бен Ладена не может найти. Вообще в разведку нужно брать с собой людей непубличных, неузнаваемых. Но если уж выбирать из людей известных, я пошел бы с Люсей Нарусовой. Это же просто танк Т-34! Пробьет любую стену. А из мужиков - с президентом Чувашии Николаем Федоровым. Потому что он не боится идти на конфликт. Людмила СТЕБЕНКОВА, депутат Московской городской думы: - С Юрием Михайловичем Лужковым. Он умный и порядочный человек. К тому же, говорят, у него есть бронированная кепка. Павел КИМ, первый заместитель директора Московского дома книги: - Наверное, я бы пошел в разведку с человеком, который сел на диету. Ведь он же меньше ест! А в разведке это актуально. Лев НОВОЖЕНОВ, телеведущий: - Только с женой.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир