Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Пентагон заявил об изучении оборудования на сбитом аэростате КНР
Мир
ПВО Израиля перехватили летательный аппарат над сектором Газа
Мир
Зеленский лишил гражданства нескольких чиновников времен Януковича
Происшествия
В Донецке более 8 тыс. абонентов остались без электричества из-за обстрела
Мир
Посольство РФ назвало передачу Украине активов Малофеева воровством
Мир
Французский политик предостерег от приема Украины в Евросоюз
Мир
В США частично закрыли воздушное пространство из-за китайского шара
Мир
США сбили китайский аэростат у своего побережья
Мир
Экс-морпех Риттер заявил о подготовке США к поражению Украины
Мир
В Вероне прошла манифестация против НАТО и антироссийских санкций
Мир
В Венгрии предупредили ЕС о дефиците топлива из-за антироссийских санкций
Спорт
Экс-чемпион UFC Конор Макгрегор проведет первый бой с 2021 года

Сложный праздник

Обозреватель «Известий» Наталия Портякова — о том, с какими достижениями и проблемами КНР встречает свое 70 летие
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В советские годы среди наших сограждан ходила популярная шутка о том, что на свете нет ничего, что бы не могло служить еврею фамилией, а китайцу — едой. Несколько десятилетий назад это было намёком отнюдь не на разнообразие китайской кухни, а историей о нищей аграрной стране с растущим в геометрической прогрессии населением, которая пыталась прокормиться чем-то, кроме чашки риса.

Первые десятилетия после образования Китайской Народной Республики 1 октября 1949 года действительно были тяжелыми и голодными. Еще не успевшая оправиться после войны с Японией и последующей гражданской войны экономика была подкошена сначала недальновидной политикой «большого скачка», а затем репрессиями «культурной революции».

Тем не менее при Мао Цзэдуне КНР постепенно «встала на ноги», как утверждает недавно введенная классификация новейшей китайской истории. И пока в Союзе подтрунивали над китайцами, «младший брат» потихоньку двигался вперед. С конца 1970 годов вплоть до 2012-го (времена правления Дэн Сяопина, Цзян Цзэминя и Ху Цзиньтао) Китай становился всё зажиточнее. Пока наконец Поднебесная не вступила в нынешнюю «пору усиления», старт которой, согласно партийным документам, положил приход во власть председателя Си Цзиньпина в 2012 году. И тогда называть республику младшим братом стало уже неуместно.

Китай XXI века — это вторая экономика мира с крупнейшими золотовалютными запасами. Это уже не мировая фабрика, чья копеечная рабочая сила производила когда-то низкокачественные товары для всего остального мира, а флагман высоких технологий, чей производитель новейших телекоммуникационных сетей 5G — компания Huawei — контролирует самую большую долю глобального рынка (28%). К слову, в пятерку мировых лидеров в сфере телекоммуникаций входит и другой китайский гигант ZTE.

Еще на рубеже веков столичный Пекин массово жил в каменных одноэтажных хутунах — типичных старинных застройках без отопления и с одним общественным туалетом на всю улицу. Сегодняшний Китай — это страна, которая может похвастаться самыми высокими небоскребами, не уступающими дубайским высоткам, самыми длинными мостами и крупнейшими в мире аэропортами.

Один только город Ханчжоу недалеко от Шанхая легко даст фору подмосковной Барвихе по числу разъезжающих по дорогам Ferrari и Bentley. А главные клиенты европейских бутиков уже давно не российские нувориши, а сплошь жители Поднебесной. О стремительном росте их благосостояния свидетельствует и статистика выездов за рубеж: в 2000 году за границей побывали 10 млн жителей Поднебесной, в 2018-м число зарубежных выездов граждан КНР достигло уже 149 млн.

И во многом развязанную США торговую войну против Китая, хоть в ней есть и объективные предпосылки, можно счесть своеобразным признанием той возросшей роли, которую Пекин стал играть в глобальной экономике и мировой политике.

Вместе с тем, китайское экономическое чудо не обошлось без перекосов. К ним можно отнести не только типичное для многих стран социальное расслоение, но и проблемы с типично местной спецификой.

В погоне за приростами темпов ВВП (а с 1990 годов он в среднем увеличивался на 10% в год) в республике не особо думали о защите окружающей среды. Итог оказался предсказуемо печален. Плохая экология (из-за которой китайцы в промышленной северо-восточной части страны стали в среднем жить на пять лет меньше) превратилась в предмет главной озабоченности граждан наряду с коррупцией и социальным неравенством, став головной болью и властей.

Обратная сторона медали оказалась и у многолетней политики планирования семьи: сдержав прирост населения в голодные годы, впоследствии меры по ограничению рождаемости усугубили проблему старения населения. А кроме того, обернулись катастрофическим гендерным дисбалансом. Из-за права иметь только одного ребенка многие китайские пары сознательно прерывали беременность, узнавая, что будет девочка. Как итог — излишек мужчин в Китае составляет сейчас порядка 35–40 млн человек.

Сбой дала не только политика «одна семья – один ребенок», но и принцип «одна страна — две системы». Ярчайшим примером этому стали последние события в Гонконге, которые, бесспорно, наложили мрачный отпечаток и на отношения Пекина с Тайванем. И хотя КНР выигрывает в битве за переманивание на свою сторону редких дипломатических союзников Тайбэя (вроде Соломоновых островов, недавно порвавших дипсвязи с Тайванем в пользу КНР), борьбу за сердца и доверие жителей Тайваня, равно как и Гонконга, материк пока проигрывает.

Распространение мягкой силы вообще оказалось слабым местом Китая. Несмотря на щедрые инвестиции и льготные кредиты доброй половине мира, Пекин так и не смог конвертировать капиталовложения в хорошие отношения. Последние годы ознаменовались расцветом синофобии и раздуванием идеи «о долговой ловушке» — как в США и в странах Евросоюза, так и во многих странах Азии, включая те, которые подписались под масштабный мегапроект «Пояс и путь».

Но главный вызов, который стоит перед Китаем сейчас, — внутри страны. За последние годы там выросло поколение с очевидным гражданским самосознанием и набирающим обороты запросом на демократизацию. И долго игнорировать этот запрос общества китайским властям вряд ли стоит.

Автор — обозреватель газеты «Известия»

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Читайте также
Реклама
Прямой эфир