Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Не стало Зинаиды Славиной — народной артистки РСФСР, легендарной актрисы Театра на Таганке. Она в нем служила с первых дней, когда и театра-то еще не было. Началось всё с того, что в Щукинском училище Юрий Петрович Любимов поставил дипломный спектакль со студентами. Это был «Добрый человек из Сезуана» по мотивам пьесы Бертольда Брехта, а в роли госпожи Янг выступила Зина. Премьеру сыграли в апреле 1964 года. С этого дня театр официально начал свое летоисчисление.

В сентябре 1964 года стартовал первый полноценный сезон. Ядром труппы были Алла Демидова, Анатолий Васильев, Борис Хмельницкий, Зина Славина. В дополнительный набор в театр пришли Николай Губенко, Валерий Золотухин, Инна Ульянова, Мария Полицеймако, Владимир Высоцкий. Влившись в этот коллектив, я увидел солнце в лице Зины. Она была светлейшим человеком. Яркая, очень смешная, безмерно одаренная, мощная артистка. У нее было таланта на 200 человек!

Андрей Вознесенский воспел красоту женской части нашей труппы, написав известные строчки на стене в кабинете Любимова: «Все богини — как поганки перед бабами с Таганки!» И не без оснований: какая же фигура была у Зинки! Впрочем, ее ни тряпки, ни еда, ни бытовые глупости, ни даже личная жизнь не интересовали. Она была вся в профессии. Могла сыграть всё что угодно. И Любимов это ценил, давай ей роли. Она прекрасно читала стихи Ольги Берггольц в «Павших и живых», участвовала в поэтических вечерах в Политехническом музее.

Но я ее люблю по другим работам. Мы с ней играли в нескольких постановках. Любимов умудрился поставить произведение, которое почти невозможно инсценировать: антихудожественный роман Чернышевского «Что делать?». Давид Боровский придумал декорации в виде амфитеатра, на ступенях которого и происходило действо. Я играл Кирсанова, а Зина — мою жену Веру Павловну. Каждый спектакль я не знал, чего от нее ожидать. Сплошной фонтан импровизаций!

Еще одна ее выдающаяся роль — Азазелло в «Мастере и Маргарите». Я играл Мастера, Нина Шацкая — Маргариту, Вениамин Смехов — Воланда. Зине же очень хотелось сыграть мужскую роль. Ну и попросила у Любимова. Она была человек свободный. А Юрий Петрович не возражал. Ему — лишь бы было весело и красиво.

Если на «Таганке» ей везло, то романа с кино, увы, не получилось, хотя какие-то роли она играла. Я как-то размышлял, отчего так происходит с талантливыми актрисами. Возможно, дело в том, что режиссеры привечали красавиц, смазливый типаж. А Зинка была характерная артистка.

Когда произошел разлад на «Таганке», коллектив разделился. Девчонки очень шумели, переживали, что Любимов начнет составлять списки, кого уволить, а кого оставить. Ну а у «деда», так я звал Юрия Петровича, была своя точка зрения. Он хотел вообще отказаться от модели репертуарного театра, где много актеров, а играют единицы. Конфликт зашел далеко. Часть труппы последовала за Николаем Губенко, в том числе и Зина Славина. Появилось «Содружество актеров Таганки». Меня тоже звали. Но я решил остаться с «дедом». «Есть грань, которую нельзя переступать, я просто перестану себя уважать, — сказал я Коле Губенко. — Может, он и не прав, но все-таки он нас набирал, и это его театр». Зато она благодаря Коле до последних дней была в труппе «Содружества», хоть и не выходила на сцену.

Как-то она лежала в больнице, мы с Юрием Петровичем и артистами поехали ее навестить. А после, когда я всех развозил по домам, Любимов сказал: «Спасибо вам». «За что? Это наше общее дело», — ответил я... Зина не пила, не курила. Но со здоровьем у нее было не очень, хотя она никогда не унывала. В последние годы я не поддерживал с ней никакой связи, но Зина всегда незримо присутствовала со мной.

Автор — актер Театра на Таганке, заслуженный артист России

Прямой эфир

Загрузка...