Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В культуре очень широко распространено понятие «тургеневская девушка». Думаю, что «чеховская женщина» имеет не меньшее право на существование. Это женщина со слабыми руками и сильной волей, с умением терять и неумением поступаться принципами. Легкомысленная Раневская может все свое состояние потратить на заболевшего парижского любовника, но вишневый сад и родительский дом не продаст, как не уговаривай.

Ольга Леонардовна Книппер-Чехова, 150-летие со дня рождения которой отмечается сегодня, по праву считалась примой Московского художественного театра. Многие задавались вопросом: почему? Были в труппе актрисы красивее, чем Ольга Леонардовна, моложе ее и даже талантливее. Но тем ни менее бесспорной примой признавали ее. Именно она сыграла все главные женские роли в чеховском репертуаре.

И что еще важнее, в своем женском и человеческом типе она идеально воплощала именно «чеховскую женщину», ее легкомыслие, ее слабость, ее благородство и несгибаемую силу духа.

Когда Антон Павлович впервые увидел Ольгу Книппер на сцене в роли царицы Ирины в спектакле «Царь Федор Иоаннович», то написал полушутливо-полувсерьез: «Из Москвы надо бежать, иначе влюблюсь в эту Ирину. Такая в ней задушевность и благородство, что просто невозможно».

Но от судьбы, как известно, не убежишь.

Про женское и человеческое обаяние Ольги Леонардовны написано много. В своей книге Софья Гиацинтова оставила зарисовку как Книпер-Чехова идет по переулку, ведомая под руки двумя мужчина, щебечет и лицо ее сияет весенним светом. Такой она была до самой старости: всегда надушенная, благоуханная, шуршащая юбками, всегда веселая, даже когда жизнь складывалась трагически.

Веселье и стойкость ценил в ней Антон Павлович, который начиная с «Трех сестер» писал роли с мыслью именно о ней, переплавляя ее женское естество в Машу Прозорову или Раневскую. Дарил любимым героиням ее бесшабашность, легкость, фантастическое женское обаяние.

О Книпер-Чеховой как о человеке мы многое знаем из ее переписки с мужем. Двухтомник переписки актрисы с Антоном Павловичем, по-моему, одно из лучших среди опубликованных эпистоляриев XX века.

Полное отсутствие пафоса и сентиментальности. При этом поразительное ощущение внутренней близости людей, которые могут поделиться друг с другом всем: мелочами быта и раздумьями о главном.

Самое ласковое словосочетание, которое Антон Павлович употреблял по отношению к Ольге Леонардовне — «моя собака». Но при этом из переписки абсолютно понятно, как они близки во взгляде на мир, в оценке людей и событий.

Пару лет назад замечательный мхатовский историк Зинаида Удальцова собрала переписку Ольги Леонардовны с Марией Павловной Чеховой, сестрой драматурга. Это были очень тяжелые отношения. Мария Павловна долго не могла простить актрисе, что брат вдруг взял и «изменил» семье — женился. Они долго и болезненно притирались друг к другу, строили свои отношения, переступая обиды и недоумения. И в итоге на протяжении полувека эти женщины переписывались, дружили, помогали друг другу.

В самые тяжелые годы Ольга Леонардовна отправляла Марии Павловне, которая жила в Ялте в доме Чехова, продуктовые посылки. А сестра драматурга собирала первые появившиеся цветы и отправляла в Москву. Поразительная история взаимоотношений людей, которые на протяжении длиной-длинной жизни убирали из себя все плохое. И, судя по всему, удалось им это блестяще!

В научно-исследовательском секторе Школы-студии МХАТ к 150-летию со дня рождения актрисы подготовлена еще одна ее переписка — с архивистом и библиографом Ленинской библиотеки Марией Коншиной. Она начинается с писем поклонницы прославленной актрисе, длится десятилетия, становится всё более дружеской и доверительной.

В многолетнем эпистолярном общении этих двух женщин запечатлен один из самых непростых периодов в жизни нашей страны: годы революции, годы террора. Мария Коншина была близким другом семьи философа Густава Шпета, который был расстрелян в 1937 году. Я никогда до этого не знала, что Ольга Леонардовна принимала так много участия в его судьбе. К сожалению, этим «чеховским женщинам» не удалось спасти Шпета от ссылки и смерти. Но светлым лучом для него они, несомненно, были.

Убеждена, что чем больше мы узнаем об Ольге Леонардовне, тем лучше начинаем понимать чеховских героинь. Пристально всматриваясь в необыкновенно долгую насыщенную жизнь актрисы, можно представлять, как чеховские героини, живущие в разных русских городах принимали свой век.

Автор — профессор Школы-студии МХАТ, доктор искусствоведения, театральный критик

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Прямой эфир

Загрузка...