Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

«Из участников международного общения мы никого врагами не считаем. И не рекомендуем никому считать нас своими врагами», — говорил президент Владимир Путин несколько лет назад. Из-за границы мы часто слышим иное — то и дело какой-нибудь крупный политик заявляет о «враждебности» России. У жителей РФ складывается ответное впечатление. Последний опрос «Левада-центра» показал, что, по мнению наших сограждан, целый список стран настроен по отношению к России враждебно.

Но в реальной международной практике категории «друзей» и «врагов», столь любимые СМИ и социологами, очень условны, призрачны и переменчивы, как китайский дракон. Внешнеполитическая реальность — это всегда сложное и противоречивое сочетание множества тенденций. С одной стороны, она зависит от меняющихся (иногда — случайно) физических и социальных условий. Например, биржевой скачок цен на энергоносители может быть вызван прогнозом холодной зимы — кстати, не всегда и не вполне надежным. С другой, люди (субъекты не всегда рациональные) активно взаимодействуют в рамках этой реальности, познают ее, пытаются сознательно менять. И тот же скачок цен может быть вызван намеренными заявлениями или действиями политиков.

На этом фоне отношения государств во многом определяются их положением на мировой арене, которое опирается на экономику и военно-политический потенциал, а также уровнем контактов, культурно-цивилизационной основой, взаимными симпатиями на уровне народов стран и их лидеров. В центре же условного деления на «друзей» и «врагов» по-прежнему лежит стремление развивать межгосударственные отношения — тесно связанное с необходимостью продвигать пересекающиеся национальные интересы. Если же эти интересы сталкиваются, это ведет к повышению градуса риторики, политическому противостоянию, которое может привести к конфронтации.

​Внешняя политика России, в отличие от ряда других стран, изначально не наполнена стремлением к конфронтационному соперничеству и мессианской манией навязывать свою позицию остальным. Это делает ее гораздо привлекательней для выстраивания долгосрочных и стабильных отношений — как двусторонних, так и многосторонних.

​Официальная Москва небезосновательно позиционирует себя как один из мощных центров силы. Хотя бы потому, что стремится выстраивать нормальный прагматичный международный диалог, поддерживая региональную и глобальную безопасность. Не использует в отношениях с партнерами риторику в стиле «кто не со мною, тот против меня». И осознает наличие у всех собственных, вполне определенных интересов, суверенитета.

В то же время Россия не позволяет ущемлять свое право на развитие, понимая, что рассчитывать здесь, конечно, нужно на себя. Как многократно доказала суровая практика, в этом смысле не стоит безоглядно надеяться на те или иные международные и региональные альянсы. Хотя, безусловно, следует укреплять потенциал таких организаций, как ШОС, ОДКБ, ЕАЭС. Налаживать эффективные контакты по линии этих структур и укреплять кооперацию с иными заинтересованными странами и региональными объединениями — от БРИКС до АСЕАН.

При этом немаловажно последовательно формировать инфраструктуру доверия и взаимопонимания с непримиримыми геополитическими конкурентами. То есть как раз с теми, кого многие называют «врагами», сильно упрощая ситуацию. И не забывать, что энтропия и глупость в любой системе нарастают самостоятельно, а создание нового и рационального — это всегда результат совершенно конкретных усилий. Окружающий нас мир становится сетевым, причем не только в информационном смысле слова, и дает для этой работы все необходимые инструменты и возможности. Общественные организации, деловые круги, научные и экспертные площадки, культурная элита, спорт, молодежь — это огромное пространство идей и смыслов. И здесь стремление услышать все точки зрения намного сильнее, чем идеологические комплексы и сиюминутные интересы, которыми не всегда готовы поступаться конкретные политические элиты.

​У нас есть и всегда будут друзья на Востоке и на Западе — те люди, которые вместе или одновременно с нами стремятся создать более предсказуемый и полицентричный международный порядок. Такой порядок, который будет опираться на устойчивые и юридически верифицируемые договоренности, способные обеспечить народам равные права и возможности — без одностороннего диктата извне. А поскольку в современном сетевом мире людей, ориентированных на многополярность и равенство возможностей, становится всё больше, то круг стран, кого россияне уверенно назовут друзьями, может существенно расшириться.

Автор — политолог, директор Института стратегических исследований и прогнозов РУДН

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Прямой эфир