Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Более трех лет ведется работа по подготовке нового издания Красной книги Российской Федерации (том «Животные»). Реанимирована деятельность Комиссии по редким и находящимся под угрозой исчезновения животным, растениям и грибам. Принят новый порядок ведения Красной книги. Увеличилось число природоохранных характеристик каждого вида — к «статусу редкости» добавили «угрозу исчезновения вида» и «природоохранный приоритет». Казалось, что всё сложится и в Год экологии новый фолиант займет свое достойное место на полках, увеличивая череду книг разных оттенков красного цвета. Однако попытка совместить старые подходы с новыми веяниями не привела к положительному результату.

Отсутствие четких измеримых параметров, по которым вид должен быть включен в Красную книгу, стало одной из причин тупиковой ситуации, в которой оказались составители нового издания. В итоге дебаты вокруг судьбы менее двух десятков видов и подвидов животных выплеснулись в публичное пространство.

Если посмотреть на список «спорных» видов, то большинство из них — это новые кандидаты в Красную книгу России, их нет в действующей редакции. Например, гималайский или белогрудый медведь, вызвавший, пожалуй, наиболее жаркие дебаты, был включен в Красную книгу РСФСР (1983), но исключен из перечня «краснокнижных» видов еще в 1997 году. Другие виды — серна, кавказский благородный олень, серая утка, обыкновенная горлица — и ранее не были включены в Красную книгу.

Считаю, что мы должны исходить не из принципа преемственности списков, а из реальной оценки текущего состояния вида в стране. К примеру, гималайскому медведю угрожают два фактора — браконьерство и уменьшение количества старых дуплистых деревьев, в которых он зимует. И с тем и с другим нужно разбираться отдельно. Так, после введения запрета на охоту на гималайского медведя в берлогах снизилась гибель медвежат и была обеспечена сохранность мест зимовок. Кроме того, охрана мест обитания и убежищ животных должна быть одним из условий лесозаготовок. Правила заготовки древесины допускают сохранение старовозрастных деревьев, деревьев с дуплами, но пока это не обязательное требование. Вспоминается случай из жизни — лесники как достижение показали гнездо орлана-белохвоста на одиноком дубе посреди вырубки... Могли и вовсе срубить!

В чем суть разногласий двух сторон — назовем их условно «природоохранниками» и «природопользователями»? В зачастую диаметрально противоположных оценках состояния вида и непонимании тех пределов его численности, когда требуются специальные меры охраны. Если природоохранники считают, что за последние 20 лет численность вида значительно сократилась, то их противники оспаривают эти сведения. И те и другие опираются на данные ученых ведомственных институтов и учреждений.

Проблема заключается в отсутствии единого центра мониторинга редких видов, который мог бы аккумулировать и анализировать всю информацию. Есть еще одна причина — она, вероятно, связана с неким ореолом Красной книги. Это как обращение к «батюшке царю», последняя надежда на спасение исчезающих животных. Отчасти это действительно так, но неоправданное увеличение краснокнижных списков видов не позволяет задействовать иные механизмы охраны и использовать дифференцированный подход.

Все виды, занесенные в Красную книгу России, имеют один природоохранный статус. Поэтому с юридической точки зрения не важно, куда будут потрачены выделенные федеральные средства: на тигра, орла, змею или бабочку. Именно для того чтобы выделить виды, требующие первоочередных действий с учетом социально-экономических возможностей, научных достижений и разработок, введен статус природоохранного приоритета.

Какой выход из этой ситуации? Необходимо использовать различные методы охраны биоразнообразия, привлекать ресурсы природопользователей, регулировать квоты или вводить запреты на охоту на срок, необходимый для восстановления того или иного вида. Также важно проводить качественный учет численности видов, оценку среды обитания и выявлять факты, которые могут снижать численность видов.

До сих пор на спасение краснокнижных животных выделяется значительно меньше средств, чем на сохранение видов, отнесенных к объектам охоты или рыболовства. Например, в 2018 году объем субвенций на краснокнижные виды запланирован в 3,7 раза ниже, чем на объекты промысла. Это серьезная проблема, о которой мы говорим не первый раз. Биотехнические мероприятия можно реализовать в рамках спецпрограмм. Нужно не забывать, что, сохраняя виды в списке охотничьих ресурсов, мы обеспечиваем им дополнительную охрану со стороны сотрудников охотхозяйств.

Необходимо изменить подход при формировании списка видов, занесенных в Красную книгу, взяв за основу не их редкость, а оценку угрозы исчезновения. Такой метод использует Международный союз охраны природы. Внедрение количественных оценок позволит значительно сократить число видов Красной книги, исключив те из них, состояние которых не вызывает опасений. А заодно и даст возможность понять, что «редкость» тоже является нормой.

Автор — координатор регионального отделения «Российский Кавказ» WWF России

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Прямой эфир