Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

За минувшие четверть века появился развернутый список мировых рок-звезд, у которых сложились почти интимные отношения с Россией. Deep Purple, Nazareth, Элтон Джон, Scorpions приезжают к нам регулярно и надолго с любыми своими проектами. Иногда говорят, что в последний раз, но через год всё повторяется.

Некоторые из этих музыкантов встречаются с руководителями страны, а уж с местными промоутерами общаются, как со старыми приятелями. Выступают на корпоративах, снимаются в телешоу, катаются с концертами на Урал и в Сибирь, стабильно собирают полные залы. В общем, у нас они почти свои. В их компанию, думается, можно уже зачислить и бывшего панка из The Police, ставшего в середине 1980-х респектабельным британским артистом, а десять лет назад кавалером Одена Искусств и литературы — Гордона Мэтью Томаса Самнера по прозвищу Стинг.

Октябрь 2017-го он встретил в Питере и Москве, куда приехал не только со своим вином, которое лично представил в одном из столичных супермаркетов, но и с двумя стадионными сольными концертами в рамках мирового тура 57th & 9th в поддержку своего последнего альбома. Как и 11 лет назад, Стинг привез с собой старшего сына Джо. И представил его публике по-русски фактически без акцента. В свою очередь, 40-летний Джо, оставшись один с гитарой перед переполненным «Олимпийским», начал с объяснений в любви к языку Пушкина и Толстого (опять-таки на русском) и с извинений, что сам-то он русского не знает, но надеется, что зрители знают английский. Зал ответил гулким yes. Для закрепления дружбы Джо продемонстрировал народу медиатор, раскрашенный в цвета российского триколора. Таких любезностей от западных артистов наблюдать не приходилось давно.

Впрочем, если вспомнить, что «постполисовская» сольная история папы Стинга начиналась с сингла Russians, где использовался фрагмент сюиты Сергея Прокофьева, то многое объяснимо. Джо вполне мог проникнуться родительским интересом к русской культуре. Стинг, кстати, рассказывал в одном из интервью и о том, что в середине 1980-х любил смотреть советские детские телепередачи. То есть познавал русский менталитет основательно. Поэтому, видимо, и вписался семь лет назад в «Оливье-шоу» «Первого канала» и появился на прошлогодней сочинской «Новой волне». Хотя был момент после истории с Pussy Riot и крымских событий, когда Стинг несколько лет воздерживался от визитов в Россию, но теперь, видимо, нашел для себя объяснения и мотивацию, чтобы вернуться с туровым концертом в Москву.

Повернувшийся ныне к аутентичному рок-н-роллу после серии симфонических экспериментов Стинг построил программу (особенно ее первую часть) на чередовании давних хитов The Police и тех «нетленок», за которые и любит его российская аудитория. Englishman In New York, Fields of Gold, Mad About You шли привычной чередой при лаконично, но точно выстроенном свете и хорошем звуке. Стинг вообще звучал в «Олимпийском» как-то по клубному. Редкий для данного сооружения факт.

Джо старался на бэк-вокале и перкуссии, плотности саунду придавала игра барабанщика Джоша Фриза, который участвовал в записи альбома 57th & 9th наравне с давним ударником Стинга Винни Колайутой, но в турне поехал один, видимо, потому что значительно моложе. Семейственность вечера усиливала пара гитаристов — отец и сын Миллеры. А дополнительную душевность и задор (опять-таки, словно Стинг ориентировался специально на россиян и Восточную Европу) обеспечивал аккордеонист Перси Кордона, превращавший знаменитые соло, исполнявшиеся прежде при поддержке клавишных или саксофона, в романо-балканскую аранжировку. При таком раскладе хотелось, чтобы свою знаменитую ориентальную Desert Rose Стинг продолжил композицией Inshallah из последнего альбома, посвященную беженцам с Ближнего Востока. Но он перешел к Roxanne.

Еще думалось, что Стинг помянет своего легендарного коллегу и ровесника Томма Петти, скончавшегося накануне. И, возможно, он бы так и сделал, но возник другой трагический повод. Традиционно финальную в этом туре Fragile Стинг посвятил многочисленным жертвам стрельбы в Лас-Вегасе. Мизансцена получилась поэтичная. Стинг один с гитарой в центре сцены, окруженный тысячами людей с поднятыми вверх светящимися мобильниками, размытые изображения гитары и музыканта на видеоэкранах и чернота большого зала. Стихающая акустика завершила двухчасовой спектакль. Уверен, что следующего приезда Стинга ждать недолго. Уж если он допоет до своего 70-летия, то Россию в свой юбилейный тур включит обязательно. С нашей страной у него особенная связь.

Автор — журналист, музыкальный критик, автор книг о рок-музыке

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Прямой эфир