Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Подошел к концу XIII Московский международный конкурс артистов балета и хореографов. Сегодня жюри подведет итоги и объявит имена лауреатов. Потом, конечно, члены судейской коллегии, победители и проигравшие выступят со своими оценками, а пока я с уверенностью могу гарантировать только то, что результаты будут максимально объективными и победят сильнейшие.

Почему я так уверен в этом? Не потому, что конкурс лишен субъективности: как и на всяком соревновании, у жюри есть свои симпатии и антипатии. Однако смею думать, что мы нашли систему, которая позволяет компенсировать эти минусы. Она абсолютно прозрачна. Человек посмотрел выступление участника, поставил оценку. Занавес опускается, и мне тут же отдают судейские бюллетени. Далее баллы считает компьютер, делит на количество членов жюри, и я оглашаю средний балл конкурсанта. Ни у кого, включая председателя, нет приоритетов. Никто не знает, кто лидирует и кто в аутсайдерах. И так до самого конца. Мы даем цифры, не привязанные к фамилиям. Полученные в третьем туре баллы удваиваются, потому что третий — решающий, самый сложный тур, с оркестром. Это сделано, чтобы человек, выступивший хорошо во втором туре и плохо в третьем, не получил приз за предыдущие заслуги.

Раньше на конкурсах — имени Чайковского и Московском балетном — члены жюри видели баллы участников. И у них складывалось впечатление, что того, кто получил плохую оценку в первом туре, можно во втором не смотреть или не слушать. Таким образом, на каком-то человеке заранее как бы ставили штамп. А он во втором туре, может быть, лидера первого переиграл или перетанцевал. Программы-то у всех разные: у некоторых исполнителей конкретно этот репертуар хорошо идет, а их соперники, например, сильны совершенно в другом. Эта система придумана для того, чтобы члены жюри постоянно смотрели и слушали конкурсантов как в первый раз.

Иногда говорят, что подобная система нивелирует участников, что раньше после третьего тура победитель определялся открытым обсуждением и голосованием. Здесь мне вспоминается один из московских балетных конкурсов советских времен. Там было 33 члена жюри, из них 23 иностранца, у каждого переводчик. То есть порядка шестидесяти человек высказывались. После 11 часов вечера началось обсуждение, на повестке — 40 конкурсантов. Шум, гам, бедлам. Кто-то кричит, что не понял, что ему перевели; кто-то обнаруживает, что вообще не знал, за что голосовали... То же самое было на конкурсе Чайковского. Решили отказаться от этого. Юрий Николаевич Григорович всегда говорит: «Обсуждать нечего — вы свое мнение высказали оценкой. Оно учтено. Мы все равно друг друга не убедим, поэтому выводим среднее».

Уже больше 30 лет я занимаюсь конкурсами; провел сотни соревнований с разными системами подсчета, и эта, бесспорно, лучшая. Так что 20 июня на историческую сцену Большого театра на церемонию вручения призов и гала-концерт выйдут действительно сильнейшие.

Но среди них не будет танцовщиков Большого театра, не потому что проиграли, а потому что труппа Большого, как объяснили гендиректор и худрук балета ГАБТа, в момент проведения конкурса находились на гастролях в Японии...

По должности я обязан ровно относиться ко всем конкурсам: и к Московскому, и к Нью-Йоркскому. Но, как генеральный директор Международной федерации балетных конкурсов, могу констатировать, что такого конкурса, как в Москве, нет нигде. Этот балетный смотр исключителен по всем параметрам, не говоря уже о том, что в этом году сделаны фантастические премии. И такого исполнительского уровня, как на этом конкурсе, тоже нигде в мире нет. Постоянно бываю на многих балетных состязаниях мира. На наш, Московский, многие просто боятся ехать. Это действительно великая сцена; очень серьезное жюри — перед такими мэтрами балетного искусства у многих, как говорится, начинают трястись коленки...

Я был директором этого конкурса в советские времена. Как отбирали наших исполнителей! Это были самые яркие, самые талантливые, самые перспективные. Их отправляли на полгода в Дом отдыха Большого театра в Серебряном Бору. С ними занимались лучшие педагоги: Уланова, Семенова, Кондратьева, Стручкова. И когда они выходили на конкурсную сцену, то действительно были сильнее всех. Мне не по статусу что-то диктовать. Это тема Министерства культуры — государственной организации, которая призвана заниматься нашей культурой, поддерживать ее профессиональный уровень. Проведение XIII Московского конкурса артистов балета и хореографов как раз доказывает это.

И сейчас очень важно, чтобы представители нашей страны были на конкурсе. Потому что на Западе специально распространяется слух, что в России уровень балета упал... Очень хотелось бы, чтобы наши артисты не отставали. Балет — одно из главных наших национальных достижений. Терять его нам нельзя.

Автор — гендиректор Международной федерации балетных конкурсов

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Прямой эфир