Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Приехав сегодня утром в Иваново на фестиваль авторского кино «Зеркало», я получил трагическое известие: не стало Алексея Баталова. Он был любимцем великих создателей авторского кино — достаточно вспомнить его роли в фильмах Алексея Германа («Седьмой спутник»), Марка Донского («Мать») и, конечно, Михаила Калатозова («Летят журавли»). Да и сам имел режиссерский опыт: любимые всеми «Три толстяка» — именно его работа. Но главное — он был автором своего уникального образа, совершенно особого и нетипичного для кинематографической среды СССР, да и вообще для советского общества.

Мы знаем, что в Советском Союзе искусство в основном было ориентировано на изображение народных типажей. Героями фильмов становились представители победивших классов — пролетариата и крестьянства. Но был среди множества экранных рабочих, доярок, колхозников и механизаторов один интеллигент — человек сомневающийся, обладающий тонкой душевной организации. Этот образ создал и пронес через всю жизнь Алексей Баталов. Он играл нашего современника — страдающего, думающего, рефлексирующего и по своей сути сильно отличающегося от других представителей «поколения победителей». 

Мы полюбили его прежде всего за роль в шедевре Михаила Ромма «Девять дней одного года». Там он и Иннокентий Смоктуновский создали дуэт интеллектуалов, ученых-ядерщиков. А два десятилетия спустя Баталов снялся в фильме Владимира Меньшова «Москва слезам не верит» — и это была еще одна знаковая роль великого артиста. Алексей Владимирович играл слесаря — казалось бы, непривычная задача для него. Но и здесь проявилось его своеобразие. У Баталова получился слесарь-интеллигент — особый, одаренный совестью, юмором, способностью по-настоящему любить… 

Эта творческая ниша  — интеллигент, воплощавший собой всё лучшее, что было и есть в русских людях, так за ним и осталась. В каком-то смысле она не заполнено и сейчас. Но было бы ошибкой думать, что Баталов изображал того, кем не являлся на самом деле. Вся судьба его говорит о том, что он не просто играл эти роли, а сам был настоящим интеллигентом. 

Алексей Владимирович рос в семье поэта Виктора Ардова. В его квартире на Большой Ордынке бывали и порой подолгу гостили великие писатели — Борис Пастернак, Михаил Зощенко, Марина Цветаева. Особенно дружила с Ардовыми Анна Ахматова. Когда она приезжала из Ленинграда в Москву, то останавливалась именно у них. Поэтому Баталов был с детства знаком с ней. Он воспитывался в атмосфере поэзии, творчества. В доме звучали стихи гениев Серебряного века. И та душевная тонкость, которая заложена в высокой литературе, сопровождала Баталова всю жизнь и стала, можно сказать, его сущностью, духовной базой. 

В каком-то смысле он сам оказался связующим звеном между культурами дореволюционной  и советской России. Неудивительно, что его так часто приглашали играть в экранизациях большой русской литературы. Вспомним «Даму с собачкой» Иосифа Хейфица по одноименному рассказу Антона Павловича Чехова, «Бег» Александра Алова и Владимира Наумова по произведениям Михаила Афанасьевича Булгакова… В «Беге» он создал образ опять-таки интеллигента — возмущенного, смущенного, благородного человека, главного положительного героя. 

И вот что интересно: ему позволяли играть именно таких людей. На его актерскую долю выпали не смехотворные, издевательские карикатуры — «бесхребетные интеллигентики», о которых в свое время так нелестно высказался Ленин. Хотя именно этот типаж был особенно востребован. Баталов же на киноэкране всегда оставался благородным, чистым, честным. Разве что, может быть, не очень приспособленным к жизни. Но это только добавляло ему обаяния. Таким он, наверное, и был. Тончайший, деликатнейший, тонко чувствующий человек.

Увы, мне не довелось поработать с ним на съемочной площадке. Я очень об этом сожалею. Подбирая актеров, я всегда искал более острые, эксцентричные, порой даже сатирические типажи. Но так получилось, что актеры самого разного амплуа и творческой направленности в нашем кино есть, а вот таких, как Баталов, уже не осталось.

Это ужасная потеря — уходят крупные люди, могучие величины. Конечно, Алексей Владимирович уже давно не снимался активно, болел. Но знание того, что этот человек есть, давало ощущение непрерывности традиции русской культуры — и художественной, и человеческой. Это именно то, что олицетворял Баталов. Теперь же последнего интеллигента русского кино не стало. Вечная память.

Автор — кинорежиссер, сценарист, президент Международного кинофестиваля «Зеркало»

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Читайте также
Прямой эфир