Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Корежится архитектурный шедевр"

0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

14 марта - в памяти людей, неравнодушных к красоте исторической Москвы, навсегда останется связанной <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/emergency/article45267">со страшным пожаром</A>, охватившим в центре города строгое и прекрасное здание Манежа. Пожар сразу оказался в фокусе общественного внимания, породив множество пессимистических интерпретаций как причин, так и последствий события. Среди них были и сочувствующие, что понятно и естественно, но были и злорадные - давно, мол, надо было заменить деревянные конструкции на металлические, да вот историки и реставраторы мешали, из-за них и полыхнуло.<BR><BR>Циничный и коммерческий оттенок интерпретации беды был столь неприличен, что быстро сориентировавшиеся даже в отсутствие мэра власти пообещали - все быстро восстановим, в том числе и деревянные конструкции. Через пять дней на общественном совете от вернувшегося в город Юрия Лужкова уже исходила уверенная энергия - да, все восстановим. При этом проведем нужную реконструкцию: для прибыли инвесторов нужны будут гаражи - и надо дать инвестору эту возможность. Как откровенно высказался мэр к вящему удовольствию зала - "невинность можно потерять только один раз". <BR><BR>Инвестиционная и реконструктивная смелость по отношению к памятнику была дополнена вторжением в реставрационные проблемы. Очарованный искалечившим Гостиный Двор Кваренги громадным перекрытием Юрий Михайлович тут же, вопреки мнению специалистов, объявил - потолка в Манеже делать не будем, надо показать деревянные конструкции, это очень красиво. <BR><BR>Хотя Манеж имел потолок с самого начала, с 1817 года, через восемь лет потолок переделывался, а не делался заново. И в отзывах первых зрителей восхищение вызывало не только обширное свободное пространство, но и огромный, казавшийся невесомым потолок. Волевое решение мэра, ставшее основой решения общественного совета, никогда не было утверждено органами охраны памятников - ни московским, ни федеральным, но работы немедленно начались в свете этого руководящего указания. <BR><BR>Потолок не только служил пространственным ограничением здания, но и делил его на два самостоятельных пространства - холодный чердак и теплый зал. Насыпной слой на потолке служил для теплоизоляции, общая толщина потолка составляла немного менее метра. Уничтожение потолка заставило перенести теплоизоляцию в кровлю, но подобное утолщение кровли могло привести к ее отрыву от стен и изменению общих габаритов и очертаний здания. Грубость подобного решения вызвала бы общественный скандал. Поэтому было решено опустить фермы таким образом, чтобы наружные очертания оказались бы повторяющими изначальные. Как ни старались реставраторы, все же фермы более чем на полметра опустились ниже исторического уровня.<BR><BR>Просто скрыть эту разницу оказалось невозможным - ибо по всему периметру стен проходит авторский карниз, который прежде зрительно поддерживал потолок, а в новой ситуации оказывался выше потолка. К тому же объединение пространств кровли и зала сделало неизбежным их вентиляционное и противопожарное объединение. Единый сплошной потолок не мог быть устроен ни на первоначальном, ни на каком-то новом уровне, но и существование авторского карниза не могло быть просто игнорировано.<BR><BR>Весьма споро продвигавшиеся работы попросту игнорировали проблемы. Само задание на реставрацию здания было выдано Главным управлением охраны памятников Москвы лишь через пять месяцев, когда работы уже шли полным ходом, согласование задание федеральным органом охраны памятников произошло уже после изготовления из клееного дерева конструкций и начала их монтажа. Проект в окончательном виде никогда не был согласован ни городским, ни федеральным органом охраны памятников, строительство бодро заканчивается по неутвержденной документации.<BR><BR>Еженедельные совещания архитекторов и руководителей города в Манеже привели к появлению фантастического варианта перекрытия зала, не имеющего ничего общего ни с историческим, ни с каким-либо здравым архитектурным предложением. Решено устроить сплошной потолок в первоначальном уровне над карнизом. Но этот уровень может быть выдержан лишь на расстоянии 2-3 метров от стен, далее свисающие торцы балок вторгаются в этот уровень - и потому здесь потолок сменяется вырезом. Эта огромная окантованная дыра преподносится нам как реставрационная победа, как символ любви и уважения к историческому наследию. Уже объявлено, что торжественное открытие этого гибрида состоится 18 апреля, в Международный день охраны культурного наследия, когда Манеж, претерпевший от пожара и произвольного решения, будет преподноситься москвичам и гражданам России как дорогой подарок к празднику.<BR><BR>А где же были специалисты - с недоумением спросит свободный от начальственного подобострастия зритель, формулируя само собой рождающийся упрек. Специалисты - и научно-методического совета Главного управления, и Федерального научно-методического совета - трижды отклонили предлагавшийся вариант. Они поддержали единственно возможное, хотя бы иллюзорно восстанавливающее единство потолка и зала решение, предложенное Павлом Андреевым, главным архитектором всех реконструктивных работ по Манежу. Федеральная служба по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия послала предписания об остановке работ до согласования проекта - но все без ответа, реакции нет. По закону следовало бы обратиться в прокуратуру - однако этот шаг так и не был сделан.<BR><BR>Год назад, в первые дни после пожара, в телевизионном интервью программе "Вести", в точном соответствии с федеральным и московским законодательством, я сказал об обязательности согласования проекта восстановления Манежа на федеральном уровне<B>.</B> Через два месяца в судебном иске, поданном от имени Ю.М. Лужкова в Симоновский районный суд, меня обвинили в умалении "деловой репутации московского правительства". 12 дней назад суд отказал в удовлетворении предъявленного ко мне иска - однако теперь я сам вижу свою неправоту. Корежится архитектурный шедевр, пасуют законы, пасуют органы охраны памятников, и московские, и федеральные, а счастливые граждане предвкушают торжество реставрационного чуда. <BR><BR><B class=t11>Алексей Комеч, директор Института искусствознания</B><BR><BR><B class=t11>"Манеж начнет вторую жизнь"</B><BR><BR>Вопрос подлинности при реставрации памятников архитектуры в Москве один из самых болезненных. Специалисты по наследию упрекают городские власти в излишней вольности при обращении с памятниками. Те, в свою очередь, уверены, что современный город нельзя законсервировать до последнего кирпича. "Известия" попросили представителей федеральной и городской власти высказать свою точку зрения на то, какой Манеж мы в итоге увидим через месяц -18 апреля воссозданный памятник обещают торжественно открыть.<BR><BR><B>Александр Работкевич</B>, <STRONG>начальник отдела охраны объектов культурного наследия Росохранкультуры<BR></STRONG><BR>- Проект реставрации Манежа нами согласован. Единственная оставшаяся на сегодняшний день спорная проблема - вопрос об устройстве потолочного перекрытия. Юрий Лужков настаивает на том, что потолка в Манеже быть не должно. Большинство специалистов по охране памятников (и на федеральном, и на городском уровне) высказались за то, что перекрытие надо сделать, и предложили проектировщикам проработать его варианты. Наиболее оптимальным может быть решение перекрыть пространство ячеистой сеткой небольшого размера, которая, с одной стороны, пропускает свет, а с другой - при визуальном восприятии дает эффект сплошного потолка. Насколько я знаю, проектировщики представили в ГУОП (Главное управление по охране памятников. - <I>"Известия"</I>) Москвы несколько вариантов перекрытия, но пока ни один из них не удовлетворил специалистов. При всем при этом нельзя говорить, что весь проект не согласован. Работы по Манежу мы не приостанавливали. Вопросы, связанные с потолком, - это составная часть рабочей документации, которая подписывается уже во время работ. Принципиальным было сохранить объем здания, фасады, стены - то есть внешний облик. И это выполнено. Стены в своей подлинности сохранились. Лепнина будет отреставрирована по историческим чертежам. Восстановят и историческую окраску Манежа. Что касается потолка, то Юрий Лужков, предлагая открыть для обозрения деревянные фермы, приводит свои резоны: во-первых, это красиво, во-вторых, открытое пространство позволит обойтись единой противопожарной системой, в-третьих, устройство потолка требует дополнительного финансирования, с чем, видимо, есть проблемы. Кроме того, возможность устройства этого потолка на последующих этапах сохраняется, и это важно. <BR><BR><B>Александр Кузьмин</B>, <STRONG>главный архитектор Москвы</STRONG><BR><BR>- Нынешний облик здания не просто воспроизводит те черты, что были до пожара - со всеми их огрехами - а соответствует оригинальному проекту Манежа после его первой полномасштабной реставрации, проведенной Осипом Бове в 1825 году. Первым делом реставраторы восстановили утраченные при пожаре уникальные фермы кровли. Они были сделаны по специальному заказу на одном из предприятий в Нижегородской области. Фермы воссозданы по оригинальному проекту Бетанкура, однако ради долговечности они были выполнены из клееной древесины и пропитаны огнебиозащитными составами. Получившаяся в результате конструкция стала уникальной смесью современной технологии и старых, но проверенных инженерных решений. Поэтому по решению мэра Москвы Юрия Лужкова в Манеже не стали делать подвесной потолок - чтобы посетители могли видеть восстановленные фермы. Вполне возможно, что впоследствии наши потомки решат закрыть и все уникальные потолочные фермы Бетанкура. Такая ситуация уже один раз была. Когда Манеж был только построен в 1817-м, деревянная конструкция оставалась открытой, а затем ее задрапировали в 1824 году.<BR><BR><B>Владимир Ресин</B>, <STRONG>глава стройкомплекса Москвы</STRONG><BR><BR>- Что касается так называемых новодельных деталей Манежа, то все они так или иначе связаны с двумя проблемами: безопасностью посетителей и долговечностью самого здания. Ведь от старого Манежа остались лишь стены, и процентов на 30 их пришлось перебрать, сделать вычинку. Главным новшеством стало устройство подземного этажа площадью 10 тысяч квадратных метров. За счет него общая площадь Манежа увеличилась почти вдвое, однако не это было главной целью. Первая и главная из них - укрепление фундамента. Еще в ходе реставрационных работ в 1957 году было отмечено, что фундаменты Манежа серьезно размыты. Но тогда реставрация была лишь косметической, и к фундаментам до пожара так никто и не притронулся. Вторая задача подземной части - разнести основные выставочные площади и вспомогательные помещения. Возможно, в XIX веке размещение туалетных комнат и выставочных площадей в одном объеме было нормой. Но с тех пор в музейном деле многое изменилось. В частности, стало известно, что произведениям искусства нужен точно выверенный баланс влажности и температуры.<BR><BR>Кроме того, необходимо было приспособить памятник двухсотлетней давности к требованиям XXI века. Для этого восстановленный Манеж будет оснащен по последнему слову техники. Отныне в нем будет работать новейшая система кондиционирования и мощная вентиляционная система. С одной стороны, это позволит лучше сохранять экспонаты выставочного зала. С другой - деревянные фермы крыши не нужно будет защищать от сырости по дедовским рецептам, посыпая махоркой, которая в сухую погоду горит, как порох... Многому научил проектировщиков и прошлогодний пожар. Теперь Манеж оснащен несколькими системами пожаротушения. Одни в случае возгорания распыляют воду по всему объему помещения, другие создают "водяные завесы". Кроме того, само здание будет разделено на "пожарные отсеки" огнеупорными перегородками.<BR><BR>За минувший год Москва получила уникальный опыт в восстановлении памятников истории, которым она при необходимости может поделиться. Особенно важно то, что главным заказчиком строительства были именно городские власти, которые и приняли решение воссоздавать Манеж. Воссоздать обязательно. И выполнению этой задачи не помешали ни сложность работ, ни разногласия по вопросу прав собственности на сам памятник. В результате года напряженной работы в выигрыше остались все: и город, и вся федерация, ведь, в конце концов, Манеж - это ближайший сосед Кремля. И получился не просто восстановленный после трагического пожара памятник. Можно сказать, что, открывшись в апреле, Манеж начнет "вторую жизнь": его возможности после реставрации многократно расширятся.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...