Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Последнее крупное месторождение золота в России с запасами более 175 т — Кючус — может быть продано на аукционе уже этой осенью. Таким образом, в нераспределенном фонде Роснедр не останется крупных месторождений золота. И такая картина не только в золотопромышленности.

Ситуация наглядно показывает, что у российских недропользователей, специализирующихся на добыче твердых полезных ископаемых, есть проблема, связанная с тем, что советский поисковый задел практически исчерпан. И если в золотодобыче восполнение минерально-сырьевой базы на достаточно хорошем уровне, то, например, восполнение марганцевых руд, по данным Счетной палаты, демонстрирует нулевой рост, а вольфрамовых и скандиевых руд, а также калийных солей имеет отрицательную динамику.

Обеспечить необходимый прирост геолого-разведочных работ (ГРР) возможно за счет частных компаний. Необходимо сподвигнуть их наращивать инвестиции в эту область путем стимулирующих мер и снижением регуляторных ограничений. Это сделает вложения в геологоразведку более привлекательными и сократит путь до начала разработки месторождения. Целесообразно не только стимулировать крупные компании вести ГРР, но и с нуля создать рынок юниорных компаний, малых предприятий, специализирующихся на геологическом изучении недр с целью поиска полезных ископаемых и открытия месторождений для последующей продажи крупным игрокам.

В начале сентября президент России Владимир Путин уже одобрил ряд инициатив, призванных оптимизировать процесс восполнения минерально-сырьевой базы. И это не просто инициативы, а стимулирующие меры для создания рынка юниоров.

Минприроды совместно с заинтересованными ведомствами и компаниями уже начали разработку законопроекта, который позволит донастроить «заявительный принцип» получения лицензий. Сейчас получить лицензию на разведку будущего месторождения с установленными ресурсами по категории Р1 и Р2 по такому принципу сложно. В последние годы сложилась практика: если регулятор видел, что участком недр интересовалось несколько компаний, он зачастую отказывался удовлетворять заявку по заявительному принципу и выставлял участок на торги. Победить на таком аукционе юниорам без стороннего финансирования или партнерства с крупным игроком было практически невозможно: маленькая компания ограничена в ресурсах, а работа и подготовка заявок требуют затрат.

Препятствием для вовлечения новых площадей в поисковые работы являются ограничения по площадям поиска золота. В России одно юрлицо может взять в год лишь три лицензии на поиск полезных ископаемых, каждая из которых рассчитана на 100 кв. км. Воспроизводство минерально-сырьевой базы пойдет быстрее, если увеличить площадь поисковой лицензий до 1–1,5 тыс. кв. км, при этом нужно обязать компании в течении двух-трех лет сужать зоны поиска, а не представляющие интереса участки сдавать государству. Минприроды уже приступило к решению этого вопроса.

Немаловажно разрешить и оборот поисковых лицензий, что будет способствовать развитию в России юниорных геологоразведочных компаний, специализирующихся на поиске месторождений. Для малых компаний это необходимость, которая позволит сосредоточиться на поиске золота, а не на бюрократической работе по переоформлению лицензий на различные юрлица. А если разрешить дробление лицензий по просьбе недропользователя, это может увеличить инвестиционную привлекательность поисковых проектов.

Важным является наличие геологической информации и доступ к ней. Сейчас она не оцифрована и не консолидирована. Минприроды уже начало работу над этим вопросом.

Не стимулируют развитие института юниорных компаний и сроки рассмотрения заявлений на лицензии: сейчас это шесть месяцев и более. Соответственно возрастают риски: если будущий недропользователь ошибется в заявлении и допустит пересечение интересующего его участка с другим ранее выданным (хоть на метр), ему придется заново подавать заявление с уточненными координатами. Минприроды подготовило поправки, которые допустят корректировки технических ошибок в координатах заявок и сократят сроки согласования.

Кроме того, в «серой зоне» до сих пор находится и вопрос первооткрывателей стратегических месторождений (в золоте это запасы объемом более 50 т). Не факт, что открыватель такого месторождения сможет сохранить за собой право разрабатывать его. Этот вопрос остается на усмотрении правительственной комиссии по стратегическим инвестициям.

Как мы видим, государство уже приняло решение снизить порог выхода на рынок для юниорных компаний, убрать бюрократические барьеры и стимулировать создание рынка. Успешная реализация этой задачи позволит уже в следующем году обеспечить вовлечение средних и малых компаний в геолого-разведочные работы, что в значительной мере решит задачу по обеспечению прироста сырьевой базы без дополнительных затрат со стороны государства.

Разумеется, работа по совершенствованию системы недропользования на этом завершиться не должна. Прирост сырьевой базы сформирует условия для строительства новых добывающих предприятий и развития экономики страны. При этом на первое место должны выйти меры, направленные на поддержку ускоренного запуска добывающих предприятий. Например, передача Минприроды функций «единого окна» пакетной выдачи разрешений и согласований различных ведомств, необходимых для ведения работ на участке, а также включение в границы лицензионного участка площади под размещение инфраструктуры добывающего предприятия — на этапе выдачи лицензии.

Автор — вице-президент по работе с государственными органами компании «Полюс»

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Прямой эфир