Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир

Уходящая фигура

Политолог Евгения Пименова — об эволюции российско-германских отношений в период канцлерства Ангелы Меркель
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Ангела Меркель прибыла в Москву с официальным визитом для переговоров с российским президентом Владимиром Путиным. Повестка встречи двух лидеров была ожидаемой: среди ключевых вопросов — ситуация в Афганистане, обсуждение итоговых деталей и обязательств по «Северному потоку – 2», а кроме того — Ливия, Сирия, Украина и Белоруссия. Также канцлерин возложила венок к Могиле Неизвестного Солдата в Александровском саду.

Этот визит сразу же назвали прощальным. И действительно, это ее последняя поездка в Россию в качестве канцлера ФРГ — в сентябре в Германии состоятся выборы, по итогам которых будет определен новый председатель правительства. Сама госпожа Меркель еще три года назад сказала, что 2021 год станет для нее финальным в кресле главы кабинета министров. Именно поэтому нынешняя встреча руководителей России и Германии носит особый, символический характер — де-факто Ангела Меркель приехала подвести итоги более чем полутора десятилетий в отношениях двух стран. Кстати, Владимир Путин заметил, что госпожу Меркель будут рады видеть в России и после ее ухода с должности — вне всяких статусов и протоколов.

Прибыв в Кремль, Меркель заявила, что у Москвы и Берлина есть разногласия, но страны намерены поддерживать контакты. Владимир Путин подчеркнул, что ФРГ — это второй торгово-экономический партнер для России после Китая, а товарооборот между странами увеличился почти в два раза за первые полгода 2021-го, даже несмотря на «достаточно серьезный» спад в 2020-м. «Наши взгляды не всегда совпадали, но диалог между нами был откровенный, содержательный, нацеленный на поиск компромиссов, на решение самых сложных вопросов», — добавил российский лидер.

Так с чем же все-таки Россия и Германия подошли к концу «эры Меркель» с точки зрения эволюции отношений двух стран?

Стоит вспомнить новейшую историю российско-германского взаимодействия. После объединения Германии и распада СССР отношения Москвы и Берлина стали стремительно развиваться по восходящей. Первый президент РФ Борис Ельцин называл тогдашнего канцлера Гельмута Коля не иначе как «мой друг Гельмут». К слову, именно Коль лоббировал включение России в «большую семерку». А затем именно Ангела Меркель педалировала исключение Москвы из G8 в качестве санкционной меры после 2014 года.

Подлинный расцвет российско-германских отношений пришелся на период канцлерства социал-демократа Герхарда Шредера. Германия тогда стала одним из самых активных сторонников смягчения визового режима между РФ и ЕС, кратно вырос двусторонний товарооборот, интенсифицировались бизнес- и инвестиционные процессы, было создано немало неформальных площадок для диалога по линии НПО. Помимо прочего, между российским президентом и германским канцлером установились дружеские отношения. Именно Герхард Шредер положил начало традиции присутствия немецких лидеров на майском параде Победы на Красной площади. К слову, именно Меркель эту традицию прервала, с 2015 года предпочитая возлагать венки к мемориалам в индивидуальном порядке.

Некоторые эксперты тогда — в разгар эры Шредера — оптимистично полагали, что прочные отношения Москвы и Берлина станут одним из ключевых факторов европейской стабильности в ХХI веке. Но таким радужным надеждам не суждено было окончательно сбыться. Несмотря на свое восточногерманское происхождение, Ангела Меркель заметно усилила трансатлантический вектор в своей внешней политике. После воссоединения Крыма с Россией канцлерин выбрала путь наращивания санкционной риторики в отношении Москвы.

Германия стала балансировать между внешнеполитической конъюнктурой и прагматизмом национальных интересов. Поэтому Берлин, с одной стороны, присоединился к раскручиванию спирали антироссийских настроений в Европе (можно вспомнить, к примеру, интервью спортивного функционера Родченкова немецкому телеканалу ZDF, причисление России к угрозам для ФРГ в «Белой книге» бундесвера, позицию немецких властей по поводу расследования «дела Навального», обвинения Москвы в киберататках на бундестаг и пр.). Глава Мюнхенской конференции по безопасности Вольфганг Ишингер год назад даже заявил, что отношения Германии и России достигли «низшей точки».

А с другой стороны, как это ни парадоксально, именно Германия в лице Ангелы Меркель осталась, образно говоря, «последним бастионом» здравого смысла в вихре деструктивной антироссийской риторики на Западе. Именно Меркель искала изощренные компромиссы и боролась за «Северный поток – 2», в ряде случаев была против критического ужесточения санкций.

Объективно, ни Берлин, ни Москва не желают роста напряженности в отношениях. В свою очередь, для Ангелы Меркель важно остаться в истории Германии и Европы лидером, созидавшим «восточную политику», а не разрушавшим ее. Также важно подчеркнуть, что преемственность внешнеполитического курса в нынешних условиях — один из оптимальных вариантов. Именно это показала последняя встреча Путина и Меркель. Несмотря на то что всё еще есть вопросы, которые не нашли своего окончательного решения в ходе встречи и, судя по всему, перейдут в «наследство» преемнику Меркель (мирный процесс в Сирии, проблема выполнения обязательств по Донбассу, белорусский кейс, афганское урегулирование и пр.), оба политика оценили ее как конструктивную. А кроме того, повестка и итоги встречи показали, что все-таки, говоря о «низшей точке» отношений, карьерный дипломат Вольфганг Ишингер несколько сгустил краски. Диалог идет, точки соприкосновения есть, фундамент двусторонних отношений крепок. Собственно, итоги визита Ангелы Меркель еще раз подтвердили эти тезисы.

Автор историк, политолог, научный сотрудник Института международных исследований (ИМИ) МГИМО

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Реклама
Прямой эфир