Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Переходящее право: почему сироты лишаются полученных квартир
2021-08-19 16:00:37">
2021-08-19 16:00:37
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Самаре в августе начался суд над предполагаемым «черным риелтором» Лилией Малебской, выяснили «Известия». Ее обвиняют в организации убийств мало социализированных граждан для получения прав на принадлежавшее им жилье. Среди возможных жертв женщины и ее сообщников — как минимум двое выпускников детских домов, найденных погибшими около десяти лет назад. Тогда сироты, которые по закону имеют право на бесплатное жилье от государства, часто становились жертвами мошенников, которые переписывали полученные квартиры на себя. «Известия» поговорили с экспертами о том, как складывается ситуация сейчас и с какими рисками могут столкнуться выпускники детских домов, получившие долгожданные квартиры.

История не одного убийства

Дело «черных риелторов» в Самаре расследуют с 2019 года — тогда были арестованы первые подозреваемые, которым в том числе вменяются убийства нескольких человек. В числе возможных жертв — одинокий пенсионер МВД, а также как минимум двое выпускников детских домов, убитых около десяти лет назад.

Тело 19-летней Натальи Асияновой, пропавшей из Тольятти в 2011 году, нашли на трассе «Сызрань» в 2012-м. На теле девушки были следы насильственной смерти. В мае 2011 года, незадолго до исчезновения, она по решению суда получила от мэрии Тольятти положенную ей квартиру. Тело 20-летнего выпускника детского дома Виктора Никонова нашли на городском пустыре незадолго до этого. На нем не было обуви и верхней одежды, предположительно, он умер от переохлаждения.

В 2019 году по подозрению в совершении этих убийств были задержаны Лилия Малебская, ее гражданский муж Дмитрий Скороход, бывший кикбоксер Евгений Никольский и еще несколько жителей области. Евгений Никольский, который встречался с Натальей Асияновой до ее исчезновения, а также был знаком с Лилией Малебской и Дмитрием Скороходом, был осужден по обвинению в убийстве. Свою вину он не признал.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

Дело самой женщины Самарский областной суд начал рассматривать в августе этого года, подтвердили «Известиям» в пресс-службе суда. Слушаться оно будет с участием коллегии присяжных. В следственном управлении СК РФ по Самарской области на просьбу уточнить детали дела издание адресовали в Главное управление Следственного комитета РФ. Там к моменту публикации на запрос издания не ответили.

Подобные случаи в начале 2010-х происходили и в других регионах — в частности, в Пензе тогда же мошенники, по данным правоохранителей, лишили жилья 12 выпускников детского дома, убедив их продать полученные от государства квартиры, чтобы вложиться в общий бизнес. Чтобы избежать подобных ситуаций, с 2013 года в России изменили правила предоставления жилья сиротам — теперь получатель не может распоряжаться ими в течение первых пяти лет.

Это позволило сократить число подобных случаев, но не искоренило проблему полностью — так, только в июле этого года в УМВД по Астраханской области сообщили, что 34-летний сожитель обманом убедил 30-летнюю женщину пойти на продажу квартиры, чтобы обналичить материнский капитал. В результате женщина лишилась как положенной ей по закону квартиры, так и маткапитала.

«Понимание ценности жилья»

Проблема с лишением сирот полученного ими от государства жилья — давняя и очень острая, говорит Александр Гезалов, создатель благотворительной организации «Гезалов-центр», которая занимается помощью выпускникам детских домов.

— В первую очередь эта проблема связана с инфантильным непониманием детьми ценности этого жилья, потому что оно им достается бесплатно. Они привыкли жить в детском доме, который предоставляет и угол, и питание, и всё остальное. И получив угол после выпуска, они продолжают жить как в детском доме, — отмечает он.

Уязвимыми сирот, дождавшихся получения в собственность жилья, по его словам, делает плохое понимание личных границ и неумение выстраивать коммуникацию с окружающими. Дети, привыкшие в детдоме жить коллективно и много общаться с волонтерами, легко начинают рассказывать о себе всем окружающим, что делает их легкой мишенью для злоумышленников.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

Многие стремятся к тому, чтобы продолжать жить в группах и после выпуска из детского дома. Это приводит к тому, что в полученные ими квартиры часто заселяются посторонние люди, которые затем через обман или давление убеждают их переоформить жилье на себя.

Передать информацию о месте проживания выпускников детских домов могут в том числе соседи или представители ЖЭКов, отмечает собеседник издания.

Кроме того, жилплощадь, которую получают сироты, как правило, достаточно легко найти, поскольку местные власти публично сообщают о выделении жилья: «Достаточно часто можно увидеть в новостях фотографию, на которой какой-нибудь региональный министр или замминистра вручает ребенку ключи от новой квартиры».

Практика публичной отчетности в этом случае изначально неверна, уверен Александр Гезалов, поскольку речь идет о выполнении обязательств, которые существуют по закону и не являются достижением чиновников, но может привлечь к сиротам внимание мошенников.

«Не всегда возможно говорить о мошеннических схемах»

Чтобы предотвратить случаи обмана или насильственного отъема жилья, в 2013 году в России внесли поправки в законодательство — квартиры от государства теперь выделяются сиротам в спецнайм.

Это значит, что жилье, выделенное начиная с 2013 года, предоставляется из специализированного жилищного фонда. Собственником остается государство, а значит, сироты не могут самостоятельно им распоряжаться. Оформить эти квартиры в соцнайм с возможностью дальнейшей приватизации они смогут только через пять лет после получения — после того как будут готовы самостоятельно ими управлять.

Поправки позволили сократить количество случаев мошеннического или насильного отъема жилья, однако сироты продолжают лишаться квартир — чаще всего просто потому, что не умеют организовать свой быт. В результате у них копятся долги за «коммуналку» и жилплощадь забирает само государство, выделяя им взамен место в общежитии, рассказала «Известиям» юрист фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Ольга Будаева.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Коньков

— Здесь не всегда можно говорить о мошеннических схемах, здесь возможно говорить о том, что эти сироты просто не умеют заниматься собственным жильем, — говорит собеседница издания.

По закону, сопровождать выпускников детских домов — в том числе консультировать их и помогать адаптироваться ко взрослой жизни — должны органы опеки или попечительства. Однако на деле представители социальных служб чаще всего ограничиваются проверками в квартирах, во время которых смотрят, как выпускник детского дома справляется со взрослой жизнью, в каких условиях живет и оплачивает ли коммунальные счета.

Если результат окажется неудовлетворительным, квартиру в том числе могут изъять, а самого выпускника детдома — переселить в общежитие.

«Вести по жизни»

Вовремя отследить судьбу выпускника детского дома после выпуска, чтобы не дать ему совершить опрометчивый поступок, сейчас практически невозможно, подтверждает Александр Гезалов.

Механизмы, необходимые для защиты интересов сирот, в том числе в том, что касается недвижимости, в законе есть, говорит Ольга Будаева, «однако необходимо, чтобы они полноценно работали на практике, а не использовались формально».

Ситуация также усугубляется тем, что в России существует серьезная задолженность по жилью перед сиротами. Так, по данным на январь 2020 года, в России проживало около 200 тыс. сирот старше 18 лет, которые не получили квартиры несмотря на положенное право.

Для того чтобы компенсировать недостаток жилплощади, рассматриваются различные механизмы. В том числе в России предложили ввести специальные денежные сертификаты для сирот на приобретение жилья — в этом случае, по мнению авторов инициативы, им не придется ждать появления квартир в специализированных фондах.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев

Это может ускорить темпы приобретения жилья. Но такой механизм, обращают внимание собеседники издания, повысит риски возникновения новых мошеннических схем, поскольку никакой дополнительной защиты — как в случае с жильем, выданным в спецнайм, — здесь не предусмотрено.

Обезопасить выпускников детских домов, по мнению Александра Гезалова, может создание института наставников, функции которых будут исполнять, прежде всего, волонтеры. В этом случае каждого выпускника детского дома будет сопровождать взрослый, который сможет отследить его судьбу, вовремя поддержать, не дать совершить опрометчивый поступок или сообщит опеке о проблеме: «Это будет человек, который будет вести его по жизни после выпуска и в случае возникновения сложной ситуации сможет выступить «информатором» в хорошем смысле слова. Потому что ресурсов опеки всё равно всегда будет не хватать».

Читайте также